Чтение онлайн

Так, например, в новом фугасном М-снаряде авиационного выстрела 23 114 получалось разместить в два раза больше взрывчатого вещества. А для 45-мм фугасного М-снаряда масса взрывчатого вещества возросла с 118 граммов (у 2,14 кг осколочной гранаты О-240) до 310 граммов.

Очень помогло использование инерционных донных взрывателей на 23-мм снарядах, которые позволили завершить силуэт веретена, который считается самым оптимальным с аэродинамической точки зрения для снарядов. Кроме того, размещение взрывателей в донной части 45-мм снарядов серьезно упростило вопрос использования в будущем радиовзрывателей, которые должны были стать более габаритными, нежели обычные инерционные или дистанционные.

Вот только некоторые из них.

Тухачевский постарался повторить тот патрон, что имел место в реальной истории. Он относился к нише специального тяжелого пулеметного вооружения, которое в перспективе должно было заменить ДШК на легкой бронетехнике.

Перспективный тяжелый пулемет, разрабатываемый под патрон 14,5 114-мм образца 1938 года. Разработка ведется под руководством Владимирова. Изготавливается исключительно в варианте для установки на самоходные платформы. Впрочем, несмотря на то что на вооружение пулемет приняли еще в 1940 году, вопрос доведения его до массового производства несколько затянулся (на несколько лет) из-за «детских болезней» конструкции и невысокой боевой актуальности.

После создания в феврале 1937 года НИИ стрелкового вооружения в рамках централизации научно-исследовательской и конструкторской деятельности была создана рабочая группа по разработке кардинально новых стрелковых комплексов.

Перед инженерами и конструкторами была поставлена задача «родить» два новых патрона: для самозарядного или автоматического карабина и для пехотного пулемета. Ориентация на высокую надежность работы в автоматике привела разработчиков к ряду параметров, предопределивших внешнюю геометрию патронов.

Карабинным патроном стал практически брат-близнец знаменитого патрона 7,62 39. Впрочем, волюнтаризм Тухачевского в этом плане очень сильно помог научно-исследовательскому процессу, значительно ускорив «творческий поиск».

Пулеметный патрон получили случайно, изучая уже существующие образцы. В ходе этого обзора коллектив наткнулся на патрон 8 59 Breda, созданный в 1935 году в Италии специально для пулемета. Наткнулись и удивились, потому как параметры надежности работы в автоматике по аспекту внешней геометрии итальянского патрона практически полностью совпали с их требованиями и уже практически утвержденным проектом 7,62 39. Единственной проблемой стало различие в калибрах. Но, учитывая отличность технологических процессов при изготовлении тяжелого ствола для пулемета и легкого для самозарядного карабина, решили оставить все как есть. Тем более что уже в 1938 году получилось достигнуть прорыва в роторных конвейерах для патронного производства, и этот вопрос потерял всякую остроту, перейдя в категорию рабочих.

Одно из важнейших условий, поставленных перед разработчиками обоих стрелковых комплексов, заключалось в том, что гильзы, что – 7,62 39, что 8 59 – должны были выпускаться исключительно стальные, лакированные. Стальные, плакированные томпаком или латунью и уж тем более выполненные целиком из латуни гильзы полностью исключались из номенклатуры еще на стадии проектирования.

Моделями-ориентирами в новых оружейных комплексах Тухачевский постарался установить уже существующий ручной пулемет Дегтярева образца 1938 РП-38 под ленточное питание и знаменитый карабин Симонова образца 1945 года, который пришлось описывать в виде технического задания. Конечно, Тухачевскому хотелось получить АК-47, но без наличия под рукой сложившегося конструктора Михаила Тимофеевича Калашникова он не решился на этот шаг. Да и по большому счету в продвигаемой им концепции пехотного боя вполне должно было хватить и самозарядного карабина. Ведь основным оружием пехотного отделения Тухачевский полагал ручной пулемет, как реализовывали немцы в годы войны, а не личное оружие каждого бойца, как это продвигалось в СССР вслед за общей идеей времен Первой мировой войны. При таком подходе с созданием АК-47 можно было вполне повременить, ибо острой необходимости в том не было. Разве что для штурмовых групп, но их можно было вооружить и пистолет-пулеметами.

Кроме того, АК-47 являлся в отличие от СКС-45 чрезвычайно сложным изделием с технологической точки зрения – неподъемной моделью массового оружия для промышленного и научно-технического уровня второй половины 1930-х годов. А СКС-45 вполне укладывался в технологический ряд СВТ-38/40 и прочих самозарядных винтовок предвоенного периода.