Чтение онлайн

Что их ждет тогда? За свою жизнь Вансен встречал лишь шестерых, осмеливавшихся утверждать, будто они вернулись с той стороны. Он не поверил ни одному из них. Единственный человек из их деревни, который на самом деле переходил Границу Теней и вернулся, никогда ничего не рассказывал про это. По правде сказать, после возвращения он вообще не мог разговаривать и бродил вокруг деревни, словно бездомная собака, пока не умер от холода зимой. Ребенком Феррас видел этого человека и навсегда запомнил застывшее на его лице выражение ужаса: казалось, что случившееся с ним за Границей преследует его и здесь — каждый день, каждую минуту. Люди говорили о нем с сочувствием и жалостью, но когда сумасшедший старик умер, все вздохнули с облегчением.

Коллум вернул Вансена к реальности.

— И далеко тянется эта дорога? — спросил он. Феррас покачал головой.

— Замок Северного Предела находился в четырех-пяти днях пути отсюда. Так говорили старики в нашей деревне, хотя уже за сто лет до их рождения туда никто не ездил. Когда-то земли и города людей простирались намного дальше к северу.

Коллум Дайер прищелкнул языком:

— Клянусь сосками Мезии, теперь там ничего нет. Вансен глядел на широкую дорогу, разрезающую холмистую местность, — туда, где ее проглатывал туман.

— Это ты так считаешь, — сказал он. — Возможно. Но сейчас нам лучше сменить тему. Мне здесь не нравится.

Коллум покосился на Реймона Бека. Тот, едва удерживаясь в седле, смотрел на юг, и лицо его было бледным, как рыбье брюхо.

— И ему тоже, — заметил Дайер.

Сердце Ферраса Вансена сжала тоска, когда он проезжал по Сеттлендской дороге мимо городов и деревень Далер-Трота: Малого Стелла, Свечного города, Дейл-Хауса — резиденции герцога Рорика Лонгаррена, жениха молодой женщины, что путешествовала с караваном Реймона Бека. Вансен не появлялся в этих местах с тех времен, когда был зеленым новобранцем. Он не мог не думать о том, что скажут о нем в Большом Стелле, в таверне «Криди», когда он проедет мимо во главе отряда. Ведь он выполняет поручение самой принцессы-регента.

«Поручение, почти равное изгнанию», — подумал Феррас.

Особой радости от этих мыслей он не испытывал. Мать Ферраса умерла год назад, оборвав последние нити, связывавшие его с родной землей. Сестры перебрались в город к своим мужьям. Люди, которых он помнил, наверняка забыли его. Чему ему радоваться? Тому, что люди еще острее почувствуют, как тяжела их жизнь? А вот сынков из богатых фермерских семей, что смеялись над его плохонькой одежонкой и над вуттским выговором отца, ему хотелось бы унизить. Но если те унаследовали земли родителей, то теперь, безусловно, они гораздо богаче капитана гвардейцев. Даже капитана королевских гвардейцев.

«Здесь не осталось ничего моего, — с некоторым удивлением подумал он. — Лишь могилы родителей, но до них надо полдня скакать».

Начал накрапывать дождик, и среди набросивших капюшоны всадников Вансен не сразу отыскал Реймона Бека. Он подъехал к молодому купцу.

— Ты, кажется, говорил, что у тебя есть жена и дети, — обратился он к Беку. Тот кивнул с насупленным видом, как ребенок, готовый вот-вот расплакаться. — И как их зовут?

Молодой человек с подозрением посмотрел на него. Коллум Дайер уже не раз потешался над ним, поэтому Бек ожидал чего-то подобного и от Вансена.

— Дерла. Мою жену зовут Дерла. И у меня двое сыновей. — Он вдохнул и со свистом выдохнул воздух. — Маленький Реймон — старший. И Филтон. Он еще… еще в пеленках…

Бек отвернулся.

— Я завидую тебе, — сказал Феррас.

— Завидуете? Я не видел их уже два месяца! А теперь…

— А теперь тебе придется подождать еще несколько недель. Я понимаю тебя. Мы послали им весточку, что с тобой все в порядке, что ты уехал по поручению королевской семьи.

— Недель? — Бек нервно рассмеялся. — Вы говорите глупости, капитан. Вы не видели того, что видел я. Они заберут вас всех, и меня в придачу. Я больше не увижу свою семью.

— Возможно. Возможно, боги жаждут нашей смерти. У них свои планы, свои расчеты, — Феррас пожал плечами. — Наверное, я боялся бы больше, если бы мне было что терять. Я искренне надеюсь, что ты вернешься к жене и детям, Бек. Я постараюсь, чтобы так и было.

Молодой купец смотрел на шею своего коня. Вансен пригляделся к нему: приятное лицо, красивой формы нос, ясные глаза… Подбородок, пожалуй, маловат.

«Интересно, как выглядит его жена? — подумал Феррас. — Впрочем, это зависит и от процветания семьи, — решил он. — Благодаря богатым родственникам человек становится выше и красивее».

— А вы… женаты? — неожиданно спросил Бек.

— На королевской гвардии! — вдруг выкрикнул Коллум Дайер, ехавший чуть позади. — Удачный брак. Каждый раз в день получения жалованья гвардия дарит нам любовь!

Феррас фыркнул.

— Нет, не женат, — признался он. — И пока не собираюсь. Наверное, Коллум прав: я женат на королевской гвардии.

За годы жизни в замке ему попадались такие девушки, на ком он мог бы жениться. Например, дочь купца, что он встретил на базаре. Они понравились друг другу, даже несколько раз встречались, но она была помолвлена и собиралась выйти замуж по расчету за сына скорняка из Марринсвока, чьи родственники жили в Бренленде. Другие девушки оказывались либо слишком высокого, либо слишком низкого происхождения. Встречался он и с дочерью трактирщика: очень милая, но дважды вдова и на пять лет старше его. Еще он знавал не слишком родовитую аристократку, к которой охладел муж.

«Слишком высокое происхождение?… — подумал он. — Нет, не слишком. Особенно по сравнению с тем, на что ты замахнулся теперь».

Он вдруг ясно увидел лицо Бриони, каким оно было во время прощания на плацу. Принцесса смотрела на него тогда не так, как обычно: казалось, она перестала ненавидеть его.

«Уже год, как я чувствую эту ужасную, мучительную боль. Нет более высокого устремления. И более глупого. Зачем мне теперь жениться? Только чтобы не жить в одиночестве? Но как другая женщина заинтересует меня, если я постоянно думаю только о принцессе? Ладно. Может быть, ее пожелание сбудется: боги ниспошлют мне благородную смерть, и все будут довольны».

Нет, все довольны не будут. Он это знал. Да и сам Феррас Вансен хотел жить — по возможности честно и счастливо. Он желал жениться на принцессе. Но такая мечта недостижима в этом мире, как, впрочем, и в любом другом, ему известном.

Они должны были встретиться возле покоев Мероланны в дальнем конце Волчьего зала — там почти всю южную стену занимал выцветший гобелен с изображением фамильного герба. Множество звезд и загадочный полумесяц были вытканы над изображением оскаленной волчьей пасти в память о прошлых поколениях Эддонов. Никто не знал, сколько времени провисел гобелен на этой стене.