Чтение онлайн

– Отмечено, – буркнул Шесть.

Визоры проецировали схему: точки пробития, траектории входа, плотность атмосферы – в пределах нормы, на чужом корабле искусственная атмосфера. По составу почти такая же как на Земле. Мы так не можем. Давление стабильно. Значит, штурмовать можно без перебазирования внутрь шлюза. Меньше времени – больше шансов выжить.

– Готовность по группам? – в броне, стою у люка.

– "Гамма" – в позиции. "Дельта" – ждёт. "Сигма" – потери два человека, компенсировали с "Иоты", – отрапортовали быстро, без истерики. Дисциплина как скальпель. В бою некогда рефлексировать, только то что давно и прочно отработано и вбито на уровне рефлексов.

– Вскрытие через пятнадцать секунд. Цель – пробить к ближайшему реакторному узлу, занять. Ну, или к чему-то такому. Контроль доступа. Никто не геройствует.

– Принято.

И вот он – щелчок. Секция обечайки упала внутрь. И шагнул, первым.

Внутри – технический коридор. Сделан, словно человеком, но надписи на буквы совсем не похожи. Это же руны! Высота прохода чуть выше среднего человеческого роста. Для меня низковато. Стены из чернёного композита. Плоские полосы освещения, встроенные в потолок, моргнули от перегрузки, но зажглись.

Ни пульсации. Ни органики. Чёткая, технологичная геометрия.

И воздух – не пустой, датчики идентифицируют запах металла, масла и горячей пластмассы.

Живое судно. Но не в смысле "живое" – а в смысле на ходу, активно сопротивляющееся вторжению.

Контакт с противником – сразу.

– Справа, на девять! – закричал кто-то.

Из-за поворота влетают дроны – не на гусеницах, не на ногах – летающие стабилизированные турели с многогранными торцами. Огонь – синими вспышками. Высокоскоростные заряды, похожие на плазменные выстрелы. Технология явно не наша, и не нашего даже уровня. На земле пока только разговоры про что-то такое, ну ещё сверхи так делают. Да, по-прежнему проскакивают воспоминания в мозгу, что очень помогает.

Ответ – моментально.

– "Сигма", огонь! – отдал запоздалый приказ, который никто и не ждал.

И без меня всё делалось, словно на автомате. Не зря так долго тренировались.

– "Иота", обход через верхнюю трассу, ломай им подачу!

Но он и сам это уже делал. Ну, так-то командир и должен был озвучить боевой приказ.

Грохот. Крик. Взрыв. Плоть и металл – всё мелькает. Кто-то упал, броня вспорота, тело ещё дёргается, но уже без головы. Другого унесло вместе с дверью. Сам же шагал, оглядывался, бил короткими очередями. На шлеме уже брызги чужого – не крови, а чёрного масляного пара. Дроны распадаются на секции, самоуничтожаются. Парни гибнут в бою с машинами.

Дальше – глухо.

Корабль сопротивляется. Автоматические перегородки захлопываются. Кто-то не успевает – срезает пополам. Новый "двухсотый". Чёрт! Чёрт! Чёрт! Идём в обход.

– Потери: шестнадцать подтверждённых. "Дельта-3", "Гамма-4" и почти вся "Сигма" – уничтожены. У них было гнездо турелей в зоне распределения. Там ад.

– "Тараканы", что с прикрытием?

– Один выведен, два в строю. Но один с перегревом.

– Подавление на себя, прикрытие "Иоты". Пробиваемся предположительно к энергосекции. Цель прежняя.

Двигаемся. Шум, дым, выстрелы. Корабль не просто обороняется. Он учится.

Каждый следующий бой – сложнее. Новые турели, новые маршруты. Какие-то секторы, по идее, должны быть беззащитны, но в них включаются ловушки: направленные перегрузки, внезапные отравляющие выбросы из вентиляции, локальные взрывы.

– Он меняет архитектуру, – выдал инженер с тыла. – Секции переориентируются, я получаю другие схемы, чем две минуты назад!

– Значит, надо быть быстрее, чем его перекомпоновка.

В тот момент не чувствовал страха. Ни страха, ни эйфории. Только толчки в коленях от выстрелов. Только сухость во рту, хотя фильтрация всё равно гонит воду.

Это – бой без знамен. Без пафоса. Просто бой, чтобы выжить и выполнить задачу.

– "Шесть", при мне, – сказал, сверяя карту, – через четвёртую стыковку. Там должна быть шахта. Нам туда.

– Уже вижу. Но к ней ещё метров сто, и сектор под огнём. Турели под потолком.

– Значит, в первую очередь подавляем потолок.

…Турели подавлены. Одна из них вспыхнула, перегрузив свой конденсатор, и под потолком разнесло кусок опоры, засыпав всё металлическим мусором. Шёл вперёд, целясь, наводя ствол туда, где ещё могло быть движение. Шестеро выжили из нашего состава. Остальные – или остались там, или на связи с другими отсеками. Позиции терялись – связь дрожала, шум из эфира становился всё злее.

И тут они появились.

– Впереди! Контакт! – выкрикнул "Четыре".

Сначала думал – ещё один наш отряд.

Рост, телосложение, даже форма с первого взгляда схожая. Чёрный сегментный доспех. Плечевые пластины. Симметричная компоновка. Но как только вспыхнули их визоры – глубокий, ярко-белый свет без намёка на светофильтры – всё стало ясно.

Не наши.

– Контакт с антропоморфными! Трое! Вижу руны! Не русский! Повторяю – не русский!

Они не кричали. Не отвечали. Просто шагнули – в абсолютной синхронности, будто связаны каким-то алгоритмом. И открыли огонь.

Импульсные выстрелы. Не плазма, не снаряд. Что-то иное. Молчащие лучи пробивали всё, кроме лба таракана, и даже тогда – оставляли на броне жгущий отпечаток, как от резака. Один из наших – Семнадцатый – закрылся, но задержался на полсекунды. Выстрел – пробитие – тело упало, броня раскололась по шву.

– Работать! Боковые стенки, ведём огонь на подавление! – орал, но голос был уже металлический. Сливался с ревом штурма.

"Шесть" вырвался вперёд, запрыгнул на платформу – и сбил одного из них прикладом в упор, уронив под себя. Тот не издал ни звука. Даже при ударе.

– Близкий! Повторяю – ближний бой! – орал кто-то из тыла.

Второй – будто почувствовал – бросился впритык. Но не как обычный боец. Его движение – точное, экономичное, чужое. Пластичное и одновременно угловатое. Он бил, как бы вырезая траектории, не тратя ни лишнего движения. Один из наших упал –перерублен напополам кинжалом, который выдвинулся из предплечья врага.