Маленький оборотень

Cornelia Funke

KLEINER WERWOLF

Text and illustration © Cornelia Funke, 2002

Machaon®

Это случилось в октябре. В воскресенье. Вечером.

Отвратительный был вечер.

Чудик и Лина ходили в кино, а когда они вышли из кинотеатра, на улице было уже совсем темно. Темноту Чудик не любил. Будь это в его власти, он навсегда отменил бы ночь с её темнотой, луной и прочими прелестями.

Сырой, холодный ветер дул прямо в лицо. Да ещё и швырял пригоршни опавших листьев! Прохожие, подняв воротники пальто, спешили поскорей добраться домой. Собаки на поводках то и дело рычали и огрызались. Из-за облаков выглядывала бледная, тусклая луна.

– Дурацкий фильм, – ворчала Лина. – Абсолютно тупой.

И, не сказав больше ни слова, она зашагала в сторону дома. Причём такими громадными шагами, что Чудик, как всегда, еле поспевал за ней. Лина была на целую голову выше Чудика. И Лина была его лучшим другом.

– Знаешь, а по-моему, неплохой фильм, – сказал Чудик.

– Ну, ты меня не удивил, – откликнулась Лина.

Им никогда не нравились одни и те же фильмы. Лина любила кино про зверей, Чудику же нравились приключения во Вселенной. Лина любила фильмы, в которых все друг с другом вежливы и обходительны прямо до ужаса, а Чудику нравились фильмы, где герои, все до единого, драчуны и громилы. Но куда больше, чем смотреть кинофильмы, друзьям нравилось потом о них спорить.

– А до чего же глупый вид был у того парня! – ворчала Лина. – Ты заметил, какая у него челюсть, а? Нет, он просто идиот какой-то…

Чудик был другого мнения – внешность у парня классная, лучше не бывает. Он сильная, героическая личность. И ростом он был на две головы выше остальных персонажей фильма.

Они вышли на дорожку, которая вела к подземному переходу возле станции метро. В холодном ночном воздухе пар от дыхания клубился белыми облачками.

– Брр! – Лина даже передёрнулась. – Терпеть не могу этот переход. И страшно там, и воняет жутко.

– Да ладно тебе. Идём, – сказал Чудик. После кино он всегда был чуточку храбрее, чем обычно.

Впереди зияла чёрная пасть – тёмный полукруглый вход в туннель подземного перехода. Честно говоря, не самое привлекательное место, но напрямик, через туннель, гораздо быстрей доберёшься домой. Лина взяла Чудика за руку.

– Фу! Сегодня воняет ну совсем невыносимо, ещё хуже, чем всегда! И запах, кажется, какой-то другой…

В темноте их шаги раздавались особенно гулко и жутко. А голос Лины звучал необычно, глухо.

– Эй, есть там кто-нибудь? – крикнула она.

– Да тише ты! – сердито буркнул Чудик.

Он потихоньку шёл вперёд, ощупью продвигаясь в темноте вдоль сырой и холодной стены туннеля, точно отважный капитан космического корабля, приземлившегося на неведомой планете… Но в этой темени даже у отважного капитана Чудика сердце билось что-то очень уж сильно.

Над их головами прогрохотал поезд метро. И снова всё стихло.

– Чудик! – шёпотом позвала Лина. – Чудик, смотри!

– Перестань. Что за дурацкие шутки! – рассердился Чудик.

Но Лина и не думала шутить.

В дальнем конце туннеля чуть теплился свет уличного фонаря. И там, всего в шаге от выхода из туннеля, кто-то стоял.

Не человек. Собака. Или зверь, похожий на собаку.

– Вот это да, собака! – сказал Чудик. – Ты же у нас любишь пёсиков.

Сам он собак терпеть не мог. Просто не выносил.

– Да у неё вид какой-то жуткий, – прошептала Лина и остановилась. – Может, назад повернём, а?

Чудик помотал головой. Придумает же! Повернуть назад из-за какой-то собаки! Он представил себе, что сказал бы его старший брат, узнай он о таком малодушии. И Чудик медленно зашагал к мрачной зверюге в конце туннеля.

Собака, принюхиваясь, подняла морду. Глаза у неё были жёлтые, янтарно-жёлтые. И хвостом она не виляла – стояла, опустив его.

Чудик прижался к стене. Проскользнуть бы мимо и как можно дальше от этой длинной морды.

– Смотри, у неё же глаза жёлтые! – зашипела Лина. – Не бывает собак с жёлтыми глазами! – Она схватила Чудика за рукав и потянула назад. – Чудик, стой! Это волк! Настоящий волк!

– Чепуха! – Чудик всё-таки пошёл вперёд у самой стены туннеля. Ну что за глупости, в самом деле. Волк? В городе? Как же, держи карман шире.

Собака, подняв голову, не спускала глаз с Чудика. А глаза у неё горели во тьме, как два ярких жёлтых огня.

Чудик уже пробирался рядом с ней, медленно, очень-очень медленно, и вдруг, не заметив в темноте, задел ногой жестяную банку из-под колы – та, загремев, покатилась прямо к лапам собаки.

Чудик вздрогнул.

Лина взвизгнула.

А собака цапнула Чудика за руку. Молниеносно. Всё случилось так быстро, что он даже не почувствовал боли.

И псина тут же бросилась прочь, мгновенно пропав в темноте.

– Она тебя укусила! – испуганно закричала Лина. – Укусила! Это ужасно! Тебе очень больно?

– Нет, – выдавил из себя Чудик. Он смотрел на чёрную стену туннеля. Куда угодно, лишь бы не смотреть на свою руку.

– Идём скорее! – Лина потащила его за собой, прочь из туннеля, к свету уличного фонаря.

Чудик крепко зажмурился и вытянул перед собой укушенную руку. Она была очень горячая. Горячая, да ещё и кровь в ней пульсировала.