Чтение онлайн

Всегда помнить.

Потому что встать ночью попить водички и увидеть простынку, летающую по гостиной на уровне примерно 3,5 фута от пола...

Это бодрит!

И больше хочется в туалет, чем водички.

Или, может, сразу в душ, кому как...

Пока я догадалась, что это мелкий, накрытый простыней, а не привидение из фильма ужасов, пока прикидывала – каким сачком его ловить, на мой вопль прибежал Вернон.

Набравший приличную скорость летун не вписался в поворот и ушел в дверной проем, затормозив об мужа.

С одной стороны – хорошо, что не об стену.

Он и так слишком странный, чтобы еще в таком нежном возрасте биться головой о твердые предметы. Правда, Вернону не понравилось быть “мягким предметом”.

С другой стороны, хорошо, что я уже забеременела.

Пару дней после муж был способен изъясняться исключительно матерными словами.

Требовал лед и йод. Не отморозит, так сожжет кожу. Чтоб уж наверняка. Но взрослые мальчики ведь не слушают женских советов!

Мелкий почувствовал, что сделал что-то не так и вел себя тихо, как мышка.

С какого же дня мы начали его всерьез бояться?

Совершенно точно не после этой дурацкой истории!

Комментарий к 3 дня и очень бодрая ночь 1 фут = 30,48 см; 3,5 фута = 1,067 м

====== Ох, век бы эти дни не считать ======

Животик становился все заметнее. Это было фантастическое ощущение.

Правда, врачи у которых мы наблюдались, сетовали на повышенный тонус и советовали больше лежать, задравши ноги к потолку. И не нервничать.

Ага, как же! Полежишь тут.

Нанять помощницу мы так и не решились.

Вернее, попробовали, но у бедняжки что-то произошло с головой.

Через какое-то время начались сильные боли.

То она видит несуществующего ребенка, то она не видит никакого ребенка.

То она вообще забыла, кто она и зачем пришла в наш дом. Или это мы пришли в ее дом и младенца с собой притащили?

Короче, пока ее мозги не повернулись необратимо, пришлось отказаться от услуг посторонних.

Большую часть работ по дому взял на себя Вернон.

Но он и так безумно уставал на работе.

Всякая акула бизнеса норовит сожрать молодую фирмочку. Да еще такую перспективную, как у моего мужа.

Я тайком, по-партизански, тоже терла и мыла.

Лежать подолгу не удавалось – мелкий всегда обеспечивал нас с Верноном предметами, которые нужно помыть, потереть или отремонтировать.

Я отправилась в парк, потому что Вернон затеял дома Большую Уборку.

С Мытьем Полов Под Диваном и Кроватью.

Ну и с наймом уборщицы на один день.

Беспокоясь за женщину, я собрала мелкого, собралась сама и пошла.

Что могло случиться с нами в парке у дома?

Мы бывали там каждые выходные!

Ходили втроем, конечно. И наш “Маугли” привык кататься на руках и виснуть на плечах. Или наоборот, смотря по настроению.

Но я ведь не Вернон.

Мальчишка погулял, побегал, испачкался. Это сделано.

А покататься?

Нет.

Он захныкал.

Нет.

(доктор Спок советует сохранять спокойствие и невозмутимость, настаивая на своем).

Мелкий шлепнулся на попу, прямо где стоял, поднял ручонки к небу, столь жестоко лишившему его покатушек, и заревел в голос.

Мне мама еще и наподдала бы, чтоб появился весомый повод пореветь.

Но я же привязалась к нему. Столько уже пережито.

Я не смогла просто стоять и смотреть.

Дура.

Я присела перед ним на корточки и успокаивающе проговорила:

“Я не могу взять тебя на ручки, мне нельзя. Мы ждем твоего мааленького кузена. Не могу”.

И погладила сперва чернявую макушку, а потом свой живот.

Ребенок очень внимательно посмотрел на меня, подумал себе что-то там. И снова попросился на ручки.

Вот бестолочь!

Не мо-гу!

И тут по животу как-будто ножом полоснули.

По ногам потекла кровь.

Я обхватила себя двумя руками, защищая своего малыша.

Кто-то что-то испуганно говорил. Незнакомая мне девушка убежала в ближайший магазин – вызвать скорую.

Когда меня укладывали на носилки, я вцепившись в чью-то руку все твердила: “Скажите Вернону, что ребенок остался в парке. Ребенок остался в парке”

Меня подняли в машину. Прежде, чем двери захлопнулись я успела услышать:

– Чего это она?

– Бредит. Наверное, напугалась, что выкидыш.

Врачи спасли моего малыша.

5 дней я пролежала на сохранении.

Все это время Вернон, бедолага, вел хозяйство один.

Но вот когда меня выписали, я, пожалуй, впервые почувствовала, что домой возвращаться как-то страшновато.

Нет, я, конечно, сама себе враг.

Воспитывая супермена, надо четко следить за своими словами и его руками.

И сокращать контакты до минимума.

Ему покажется, что он отвесил дружеский подзатыльник или пихнул, а нас с Верноном размажет по стенке.

Не подходить, не гладить

Не утешать, когда ревет.

Не брать на руки.

Вообще, как можно реже прикасаться.

Иначе обязательно навредим или себе или ему.

Но не так это просто.

Мальчишка агукает в манежике, рад меня видеть, не понимает – где я так долго была?

Что, поросятина, хочешь быть единственным ребенком в семье?