Шрифт:
Глава I.
Рон родился в 2088 году, и на 13 ноября 2126 года ему исполнилось 38 лет. Он работал инженером на крупном заводе по производству роботизированных систем. У него была жена – Хейли, учитель математики, и десятилетняя дочь Кристи. В последнее время Хейли лишилась работы, так как все больше учебных заведений переходили на дистанционные программы с использованием искусственного интеллекта, и живые учителя стали не востребованы. Она начала заниматься домашним обучением Кристи, помогая ей осваивать школьную программу на дому.
Хейли была отличным педагогом, и, хотя им приходилось нелегко, Кристи получала высококачественное образование дома. В мире будущего, где многие полагались на обучение с помощью ИИ, семья Рона оставалась верной традиционному подходу.
Рон, консервативный по своим взглядам, всегда предпочитал старые технологии новым. Например, вместо имплантированных чипов, которыми пользовались его коллеги, он до сих пор использовал традиционное удостоверение личности. Большинство людей, включая сотрудников завода, уже давно перешли на чипы, которые позволяли им идентифицироваться, совершать покупки, бронировать столики и многое другое. Рон считал эти нововведения вторжением в личную жизнь и не позволял внедрять их в свою семью.
Его отвращение к новым технологиям во многом объяснялось воспитанием. Его отец, Фрэнк, был суровым, но справедливым человеком, который смог вырастить и воспитать всех своих четверых детей после того, как его жена Джейли погибла при аварии на поезде, управляемом искусственным интеллектом. Этот инцидент оставил глубокий след в душе Рона, усилив его недоверие к современным технологиям. Несмотря на обещания улучшения безопасности, он не мог избавиться от мысли, что машинам нельзя доверять такие ответственные задачи.
13 ноября Рон, как обычно, пришел на работу за 30 минут до начала смены. Однако его привычный вход через старый турникет был демонтирован, и на его месте начали устанавливать автомат с кофе и пончиками.
"Эй, Рон! Ты же знаешь, без чипа теперь не пройти", – крикнул ему коллега из-за ограды.
Рон раздраженно поморщился. Он всегда проходил через старую систему идентификации и не собирался идти на поводу у современных технологий.
Охранник на входе, знакомый Рону уже много лет, с сочувствием пожал плечами:
"Извини, но правила есть правила. Без чипа не смогу тебя пропустить. Вся система завода перешла на новые протоколы безопасности."
"Да брось, ты же знаешь меня уже лет десять!"
"Не в этом дело, Рон. Если не пройдешь идентификацию, твои рабочие часы не будут засчитаны."
Понимая, что отказ от чипирования может стоить ему работы, Рон с недовольством направился в медпункт на заводе. Этот шаг ему был особенно неприятен, поскольку чипирование теперь означало для него не только отказ от привычного образа жизни, но и принятие тех технологий, которым он не доверял.
В медпункте, вместо живых медсестер, которых он помнил по прошлым годам, его встретил синтетик:
"Здравствуйте! Пожалуйста, подтвердите согласие на чипирование," – проговорил робот, высветив на экране планшета длинное пользовательское соглашение.
Рон пробежал глазами текст. Он и раньше слышал о том, что чипы не только позволяют идентифицировать человека, но и имеют доступ к персональным данным, включая его местоположение и даже воспоминания. Это его беспокоило. На одном из пунктов соглашения его взгляд задержался: "Вы даете согласие на доступ к вашей памяти, персонализированной рекламе и анализу данных в целях улучшения пользовательского опыта корпорацией 'СинЛЕКС'".
Но у Рона не было времени на долгие раздумья – смена вот-вот начнется. Он подписал согласие и быстро прошел процедуру чипирования. Она оказалась не такой болезненной, как он ожидал. Новые функции чипа начали активироваться практически мгновенно: перед его глазами всплыл интерфейс с возможностью заказать продукты на дом или забронировать столик в ресторане. Это было удобно, но Рон чувствовал себя некомфортно с этим новым устройством в его голове.
На работу он успел вовремя, но всю первую половину дня ему было сложно сосредоточиться. Взгляд постоянно падал на интерфейс, появляющийся перед глазами при мысли о каких-либо покупках или бытовых задачах. Однако уже к обеду Рон начал привыкать к новому устройству и после перерыва вернулся к своей обычной продуктивности.
Конец ознакомительного фрагмента.