Шрифт:
Глава 1 ТРАКТИР СОХАТОГО
Разбудили меня уже новые голоса около поста Гвардии, на берегу Протвы.
Парни разбирают свое добро с оружием с подводы, отправляющейся обратно и складывают на телеге из мастерской, общаются с обступившим нас составом поста, раздается шутки и подколки, знакомая между собою молодежь радуется встрече со старыми друзьями.
Я слышал в пол уха по дороге, как Трон с кем-то из парней негромко переговариваются, видел, как мимо моего транспорта время от времени проходит Торк, контролирующий темп движения и опасности, подстерегающие нас в пути.
Слышал и видел, время от времени, но, сразу засыпал, как убитый, довольный, что могу выспаться, пока мы на своей стороне.
То есть, наш главный по разведке уже включился в задание и служит изо всех сил, что, не очень кстати.
Это не может не насторожить меня, ведь мы еще катимся по своей земле, что же будет после поста. Требуется как-то снять напряжение с Торка и объяснить, что до того времени, как мы спустимся в Сатум, нам ничего не угрожает.
Кроме Кортов, только, они животные умные и на группу вооруженных людей нападать не станут.
А то, он сам перенервничает и нас задергает, ведь, сегодня вечером, когда я собираюсь предпринять все усилия, чтобы славно выпить и повеселиться, мы можем, по его приказу, из последних сил карабкаться в сторону стоянки и ночевать в темном и, возможно, мокром лесу.
Я, в любом случае, собираюсь так поступить, переночевать в номере трактира, только, для такого развития событий придется предпринять определенные шаги. И, лучше, свои хлопоты не откладывать на потом.
Поэтому я слезаю с подводы, осматриваю свое спальное место, не вывалилось ли из меня, что нужное и перехватываю Торка, когда он прекращает разговор со Старшим поста и идет к нам.
— Старина, поговорим после моста, в тихом месте.
Торк с недоумением смотрит на меня, на мою неуместную фамильярность и, нехотя, кивает головой, мол, поговорим.
После не долгого общения с постом, мы проезжаем мост и углубившись в лес, останавливаемся.
— Чего ты хотел спросить? — говорит Старший, остановившись рядом со мной, так, чтобы слышали все.
— Не спросить. Обсудить, если мы хотим понимать друг друга.
— Давай обсудим, — соглашается он и ждет, когда все подтянутся поближе.
— Я хочу сказать, как человек, три раза прошедший перевалы и эту дорогу сюда, к мосту, от каньона, что, до спуска в Сатум проблем опасаться не стоит. Перевалы мы пройдем без труда, такой группой это просто легко. Потратим на это дело всего пару дней, а не четыре, как говорили мы с Учителем начальству Гвардии, — начинаю я убеждать парней.
— Сейчас уже два часа пополудни, нам пора пообедать, тем более, рядом трактир. На обед, пойдем ли мы туда или кашеварим здесь, сами с собой, уйдет час, то есть, к стоянке мы двинемся в три часа и когда, в полседьмого, начнет смеркаться, встанем посередине леса на ночлег, не добравшись до стоянки еще четыре, а то, и пять часов хода. Идти с таким грузом на плечах, по глухому лесу, поднимаясь вверх, для этого потребуется целый день, чтобы добраться отсюда до стоянки.
— Тем более, Трон едет тоже до трактира, ночует там и завтра возвращается, — говорю я и подмигиваю соседу, — Вечером он не поедет с нами, уже, через час ему придется возвращаться, — привираю я.
Трон все понял, тем более, я уже предупредил его, что придется постараться, чтобы оставить группу в трактире и хорошенько посидеть, с радостью и весельем, как, в старые времена.
— А, завтра, он может и проехаться с нами полдороги, избавить наши плечи от большого веса. Тогда он успеет засветло вернуться в город, как ему требуется.
Торк смотрит на парней, похоже, у них принято коллективно решать такие вопросы.
Я вижу, что народ в нерешительности и усиливаю нажим, говорю, что это последняя возможность нормально и весело провести время, выспаться в надежном месте.
— Вы — уже взрослые парни и понимаете, что вернуться могут не все. И какой смысл торопиться бежать с таким грузом в горы, если, можно провести хорошо вечер и нормально переночевать.
Общего согласия я не получаю и понимаю, что придется действовать методом принуждения, раз Торк тоже не хочет отдать приказ. Похоже, что пара людей в нашей группе ему не очень хорошо знакомы, они — не из его отделения разведки, сейчас они отмалчиваются и приятель хорошо понимает, что это люди от начальства.
Пока, так сразу он, тоже не хочет нарушать приказы, понимает, чем это грозит по возвращению.
Я думаю, что наша поездка в Сатум многое изменит и пережитые вместе схватки и дорога сплотят нас, как следует. Но, сейчас, я не могу про это сказать и использовать, как аргумент.
— Ладно, тогда проведем проверку, забирайте свои вещи с подводы и прогуляемся до Сторожки, — командую я, так как, подвода моя личная и вещи на ней только мои сейчас поедут.
— До трактира всего то двенадцать лиг и еще до Сторожки пятнадцать, это будет небольшая разминка перед ста двадцати пятью лигами до стоянки.
А, про себя думаю:
— Что не входит через голову, войдет через усталые ноги и гудящую спину, во второй половине дня.
Торк отдает команду разобрать свои пожитки и все ее исполняют, кроме меня, конечно.
И точно, если, проходя мимо трактира, все только посмотрели на него, ничего не говоря, то, на подходах к Сторожке два новых члена нашей группы, с уже красными от нагрузки рожами, переглянулись и кивнули друг другу. Все понятно, еще идти так до ночлега три-четыре часа желание у них пропало, все же, они не из разведки и такие прогулки им в диковинку.
Поняв, что, намерения желающих выполнять прямо дотошно приказы далекого начальства, испарились вместе с потом, Торк скомандовал развернуться и идти обратно, я же предложил сложить весь груз на телегу.
Даже Учитель посмотрел на меня с благодарностью, после таких слов. Он то, вообще, молчит и не участвует в разговорах, сдержанный очень человек, после жизни в сатумских реалиях, таким любой станет.
Или не выживет.
Меня, все-таки, как оказалось, в штат Гвардии не ввели, не знаю почему, даже копье выдали Торку, не мне лично, и я остался таким вольноопределяющимся среди военных людей.