Лунные дни
Шрифт:
И Глеб чуть не свалился.
Качнулся, замахал руками (город и ночь слились перед глазами в одно мельтешащее светящееся колесо), ухватился за стенку, отделявшую балкон от других окон. Медленно присел, опершись ладонями о парапет, с закрытыми глазами переждал резкое головокружение. Так же осторожно спустил на пол ноги. И только потом оглянулся.
Женщина, вышедшая на балкон с бокалом вина в руке, смотрела на него с благожелательным любопытством.
– Передумали?
– пожала плечами.
– Ну, дело ваше.
Вечер обещал быть скучным. Мила давно уже не ценила многолюдные сборища и эти "здравствуйте-как-поживаете-век-бы-вас-не-видеть" светские беседы. Она сделала пятый круг по залу, прихватила третий бокал шампанского и решила укрыться на балконе. Поднеся к губам бокал, подняла глаза и поняла, что каким-каким, а скучным вечер уже точно не будет...
На парапете балкона спиной к ней стоял парень.
Миле приходилось иметь дело с самоубийцами. С самоубийцами-неудачниками, потому что заботу о более... хм, удачливых брал на себя городской морг. Но вот с самим процессом она столкнулась впервые и теперь застыла, не зная, что предпринять: позвать на помощь, крикнуть "парень, одумайся", ухватить за ноги?
Или просто дать пинка под зад, чтобы одним несчастным на Земле стало меньше?
А язык - как часто бывает у нее в стрессовых ситуациях - сработал сам по себе:
– Молодой человек, прыгайте уже! А то тут очередь.
Длинное мгновение ей казалось, что она все-таки ускорила его падение. Но парень выровнялся - как заправский гимнаст, - отдышался и обернулся. О, если бы взглядом можно было убивать...
Мила безмятежно улыбнулась ему в лицо:
– Передумали? Ну как хотите.
Стресс только сейчас ударил ей в голову, затряслись пальцы. Пришлось сделать большой глоток шампанского.
Парень прислонился задом к парапету и так хмуро уставился на ее ноги, что Мила всерьез засомневалась в их привлекательности. Она не думала, что после ее ухода он немедленно повторит попытку, но следовало все-таки провести какую-нибудь душеспасительную беседу.
Мила подошла и поглядела вниз. Сказала с одобрением:
– Высота походящая, отличный выбор!
Глеб ощутил абсурдное желание рассмеяться, но спросил грубо:
– Чего вам надо?
Женщина пощелкала пальцами по бокалу - хрусталь запел. Произнесла с легкой укоризной:
– Себя не жалко, пожалели бы...
Он приготовился к тому, что она скажет: "родителей" и заранее ощетинился, но женщина закончила неожиданно:
– ...дворников.
– Кого?
– Дворников. Думаете, приятно соскребать с асфальта ваши ошметки? Вы не обдумывали более привлекательные способы самоубийства?
– Повеситься, что ли?
Она наморщила нос.
– Ф-фу... и распухший язык на плечо! Кстати, очень рекомендую заранее сделать клизму: сфинктеры расслабляются и...
– Да пошли вы!..
Глеб метнулся к двери - вернее, хотел метнуться - получилось лишь шагнуть на дрожащих ногах. Оглянулся. Ему показалось, что женщина затаенно улыбается. И потому он буркнул (как и сам понял) с дурацким детским упрямством:
– Думаете что? Думаете, я теперь передумаю?!
– Да что вы, что вы! И в мыслях не держала. Но все-таки, может, обсудим еще способы, которые вы не опробовали? Вот, например, покажите-ка руки!
– Что?
– Вы решили сигануть с шестнадцатого этажа из-за того, что страдаете глухотой? Что вы меня переспрашиваете все время?
– неожиданно сварливо спросила женщина.
– Руки, говорю, покажите!
– Зачем?
Глеб нехотя, но все же развел в сторону руки. Женщина поставила бокал на парапет и шагнула поближе.
Сильные, загорелые, шрамов от порезов на запястьях и сгибах локтей нет - значит, по крайней мере, не истероид... следов от иглы, "дорожек" тоже не видно... хотя это ничего не значит, наркоманы - они такие, хоть за уши сумеют поставить...
– Ну вот, - констатировала с сожалением, - вижу, вы не опробовали еще одну классику жанра!
– Какую?
– Не вскрывали вены. Кстати, а вы знаете, почему это делается в ванной, заполненной горячей водой?
Она вышла с балкона и пошла вдоль стены мимо медленно варившейся тусовки. Против воли увлеченный абсурдной и какой-то... больной темой разговора, Глеб плелся следом. Войдя в лифт, сказал угрюмо:
– Чтобы тело распарить? Ну, чтоб не больно было резать?
– Учите матчасть, дилетант!
– презрительно заметила женщина.
– Чтобы кровь не сворачивалась - то есть не остановилась прежде, чем клиент отдаст концы!
Они вышли в душную и влажную ночь. Грозило грозой. Женщина посмотрела в обе стороны пустынной улицы.
– Вам куда?
– Да мне...
– сказал Глеб, запихивая кулаки в просторные карманы джинсов и пожимая плечами. Он как-то потерялся - словно все-таки спрыгнул и даже слегка разбился, и пока не мог собрать осколки себя прежнего.
– Ну раз вам все равно, проводите меня!
– поняла и велела ему женщина. Не попросила, а именно велела.
– Мы ведь не обсудили все неиспользованные вами способы!
Глеб фыркнул:
– А вы что, их все на себе опробовали? Или вы состоите в каком-нибудь... клубе самоубийц?
Женщина широко зевнула и прикрыла рот ладонью.
– Не-а. Я просто хирург и навидалась вашего брата. Да и вашей сестры - тоже.
Она почувствовала, как он вдруг ощетинился - чуть не отшатнулся - и, покосившись, добавила:
– Если вы боитесь уколов или клизмы - даже не надейтесь, не поставлю. Да и вообще, я уже ушла из медицины.
Через пару десятков шагов парень спросил: