Чтение онлайн

Действительно, более удачного места найти вряд ли бы удалось, так как до каменных лестниц ведущих к башням у цитадели было рукой подать, а шум из таверны мог приглушить возню схватки.

Едва полукровка успел остановиться, как сзади послышались торопливые шаги. Красноволосый метнулся в сторону — о камень недалеко от того места, где он стоял, звякнуло что-то металлическое и отлетело, бултыхнувшись в пруд.

Крысолюд неуверенно потянулся своими длиннющими, ниже колен лапами к голенищу сапога за ещё одним ножом, оглядываясь в поисках только что стоявшего перед ним красноволосого. Где-то сбоку хлопнула ткань плаща, в следующее мгновение наброшенная на голову крысолюда, начавшего беспорядочно кромсать перед собой воздух. Полукровка отпрыгнул — появился второй грабитель: человек с длинным ларонийским кинжалом в руке, в легкой кольчуге и стигмой наемного убийцы на небритой щеке. Все это наводило на мысль, что оба было далеко не простое ворьё, обитавшее здесь в изобилии. Скорее заезжее, из городских гильдий, но, тем не менее, ворье.

Карнаж стоял перед ними, сгорбившись, держа обе руки за спиной на рукоятях оружия. Его черная с петушиным пером шляпа валялась под ногами, кроваво-красные волосы спадали на лицо, скрывая частично глаза. Из-за высокого стоячего воротника приталенной ран'дьянской куртки был виден оскал белых зубов. Он перекосил треугольное, немного суховатое лицо с небольшим белым шрамом под левым глазом.

Человек в кольчуге прищурился: из-под расстегнутой на груди куртки полукровки блеснул медальон с крупным рубином в золотой оправе.

— Это он, — пропыхтел крысолюд своему напарнику.

— Оно и хорошо, — усмехнулся наемный убийца, почесывая лезвием кинжала щетину там, где красовалась стигма, — Люблю пустить кровь нелюдям, особенно остроухим выродкам вроде этого.

— Зачем так торопиться? — процедил сквозь зубы Карнаж.

— Приятель, сам ведь знаешь золотое правило: у кого есть золото, тот правила и устанавливает! Извини, но нам хорошо заплатили.

Пока человек это говорил, крысолюд наклонился почти до земли, подняв для атаки сжатый в лапе нож над головой.

— Но есть ещё одно «железное» правило, у кого клинок острее — тому и золото, — зло прошипел полукровка.

— Вот мы и проверим, — фыркнул крысолюд и бросился в атаку.

Красноволосый извернулся, хватая противника. На его спине полыхнули вшитые в бахрому куртки на уровне лопаток огненно-красные перья.

Нож вылетел из лапы напавшего, зарывшегося своим крысиным носом в каменную крошку.

Кинжал полукровки засел в черепе крысолюда по самую рукоять.

— Феникс!? — воскликнул меченый, различив на куртке подшитые перья.

— Он самый!

— Жаль, что придется убить почти «легенду», у нас их так мало осталось, — скривился наемник, обходя полукровку по кругу.

— А ты вперёд горя не горюй, — посоветовал Карнаж.

— Я знаю, что ты мастерски владеешь кинжалом. Но сегодня тебе это не поможет, я защищен отличной кольчугой на этот случай.

— Зря ты так, в наш смутный век нельзя быть в чем-то уверенным, — Феникс завел левую руку за спину, откуда правая только что извлекла клинок, пригвоздивший предыдущего противника.

— Ха! А этот крысюк, что теперь просто корм для выверн, не был достаточно уверен? Вот поэтому и сдох, так что я попробую по-другому, если ты не против?

— Кто тебя нанял, пустобрёх?

— У чертей в аду спросишь! — меченый подскочил к полукровке.

Карнаж ушёл от удара ларонийским изогнутым кинжалом в живот и перехватил на возврате руку убийцы. Простому человеку было далеко до реакции такого полукровки. Разумеется, меченый тоже оказался достаточно быстр и проворен, но у него практически не оставалось шансов, даже при должной выучке, которой оба противника явно не были обделены в прошлом.

— О-па! — на лице красноволосого заиграла недобрая улыбка.

Сильванийские ботфорты, одетые на Фениксе, давно вышли из моды, однако их предназначение заключалось больше не в щегольстве владельца, а в боевом применении. Это становилось ясно из обитых металлом округленных мысков и массивных пяток над низким каблуком. Собственно то, что устраивало полукровку в боевом отношении, и что он с охотой использовал, абсолютно не устраивало сильванийских модников, отчего такие ботфорты с некоторых пор носили представители не самых дружелюбных профессий. А эльфийские щеголи предпочитали открытые острые мыски без металлических обоек, более мягкие пятки и каблуки повыше.

Феникс не замедлил пустить в ход свои, «вооруженные» таким манером длинные конечности, как, впрочем, использовал любое преимущество, особенно длину своих рук и ног.

Меченый взвыл, когда полукровка вывернул ему руку, так крепко вцепившись в сгиб кисти, что освободиться старым приемом, крутанув кинжал, у человека не вышло. Находчивость меченного подсказала выход, и он свободной рукой попытался дотянуться и ударить в лицо противника. Но руки у Карнажа оказались слишком длинными, и он без труда увернулся, ответив сильным ударом обитого мыска под колено. Затем, от щедрот своих, добавил убийце еще и в бок.

Незадачливый грабитель вскрикнул и выпустил оружие, успев пожалеть о том, что не спросил у кого надо, хорошо ли Феникс умеет драться в рукопашную, слишком увлекшись выяснением его клинковой техники.

Рука «ловца удачи» великодушно ослабила хватку, и меченый вырвался.

— Ну, давай! — мотнув головой, рявкнул убийца, поднимая кулаки к лицу.

Одна огненная бровь Феникса от удивления поползла вверх — неужели напавший и в самом деле был таким болваном?

Сверкнули набойки на перчатке сжатой в кулак руки — меченый успел среагировать и закрыть голову от жестокого удара в висок. Однако замах, увиденный им, оказался явно солиднее, чем сам удар. А настоящий удар бедняга получил ногой в промежность. В тот же момент левая рука Феникса метнулась за спину и вылетела обратно, сжимая еще один кинжал, с тонким лезвием. Клинок резко ударил в звенья кольчуги с боку, прошив их и войдя в ребра человека на половину лезвия.

Меченый охнул и осел.

— Кольчуга, говоришь? — Карнаж выдернул оружие.

Противник согнулся и захрипел.

Следующий удар добил беднягу в горло.

Красноволосый оглядел поле боя, поднял свою шляпу и, отряхнув, нахлобучил на голову. Попутно он с издевкой обратился к испустившему дух противнику: «Кольчуга? Похоже, милейший, вы никогда в глаза не видел славных феларских стилетов [5] ».

Севернофеларский шабер [6] вернулся в ножны на пояснице следом за темноэльфийским шпаголомом, с хрустом извлеченным из черепа крысолюда.