Шрифт:
Анатолий Вулах
Лишь то, что понято...
(1947-2000)
Антенна сердца
Опутанный сетями проводов,
Утыканный гвоздями телевышек,
Наш мир любую весть принять готов,
Увидеть все готов и все услышать.
Он чует даже шорохи планет,
Ловя антенной колебанья Герца,
Но ничего, поверь, на свете нет
Чувствительнее, чем антенна сердца.
И вздрогнет потревоженно душа,
Когда минуя сотни километров,
Ворвутся вдруг, страданием дыша,
В твой мирный дом войны далекой ветры.
Тревожный мир свои посланья шлет,
Стучится он в окно телеэкрана,
От суеты и мелочных забот
К себе нас призывая неустанно.
Ты вслушайся в бессонный этот мир,
Услышишь стон его смертельной боли.
Людскою страстью полнится эфир,
Людской мольбой о мире и о воле.
Человек
Человек - есть мера всех вещей
Протагор из Абдеры (480-410 г.г. до н. э.)
Мера сущего - человек,
Мера радости, гнева и страсти,
Труден путь его, короток век,
Но подобен течению рек
Он в извечном стремлении к счастью.
Крик младенца, влюбленного смех,
Тяжкий вздох умудренного старца,
Доброта, обогревшая всех,
И жестокости горестный грех
Это все с ним одним может статься.
Посягнувший на тайны Земли,
Все он смог, все запреты нарушил.
Быть безгрешным ему не вели,
Даже боги унять не смогли
В нем живую и грешную душу.
Нет нежней его, яростней нет,
Нет его ни глубинней, ни шире.
Лишь о нем в мудрой зрелости лет
Строки песен слагает поэт
Человек - мера сущего в мире!
***
Не торопите часа своего,
Не торопите славы и успеха,
Быть может, вы в преддверии того,
Чему лишь время - главная помеха.
Не торопите вы любви своей
И гнать ее из сердца не спешите,
Своих любимых и своих друзей
От скорого суда поберегите.
Но пусть всегда торопит время вас
Решать души нелегкие задачи,
Чтобы судьба в тот главный, звездный час
Вас одарила истинной удачей.
Фрустрация
Фрустрация - с претензией понятье,
Звучит с прононсом, веско и умно,
Средь терминов особенною знатью,
Аристократкой числится оно.
А ты переведи его - "Крушенье",
И сразу потеряв шикарный лоск,
Оно свое покинет возвышенье
И болью станет, серебром волос,
Морщинами у глаз, спиной согбенной,
Слезою горькой, горькою строкой,
Болтливостью о тайне сокровенной
И подлостью, нарушившей покой,
Любовью, в суете не разделенной,
Всем тем, чему уж быть не суждено...
Становится вполне определенным
Лишь то, что понято и переведено.
***
Не сломай, не нарушь единения душ
Словом злым, подозрением скорым.
Хоть толпа пред тобой, хоть безлюдная глушь,
Сам себе будь судьей и опорой.
Не ищи и не жди облегченья судьбе,
И душе не давай послабленья.
Только в битве с собой, в той нелегкой борьбе
Ты победу найдешь и спасенье.
Но когда на победную гору взойдешь,
Где душа от восторга воспрянет,
Различи злую правду и сладкую ложь,
А иначе и правда обманет.
Сочувствие
Когда судьба томила дни тоскою,
От испытаний тяжких не храня,
Всесильное сочувствие людское
Спасало от безверия меня.
Когда сомненье душу иссушило,
И в час нелегкий предала любовь,
Оно своей живительною силой
Во мне надежду зародило вновь.
Мне говорят, что я отстал от моды,
Что выглядит сочувствие смешным,
Но только знаю - доброты природу
Извечно люди связывали с ним.
Живет под небом мир неравнодушный,
Стихию о сочувствии моля,
И сладок потому наш хлеб насущный,
Что семени сочувствует земля.
Пусть нынче стали суше мы и строже,
Но это чувство в душах сохраним,
Ведь человеком называться может
Лишь тот, кто жил, сочувствуя другим.
***
Для того и живем, наверное,
Чтобы видеть детей своих
В добром здравии - это первое,
Ну а что же тогда во-вторых?
Чтоб они сберегли любовь свою
И растили своих детей
На родной земле, не в чужом краю.
Что же в-третьих? Ответить сумей.
Чтобы были к другим участливы
Среди жизненной кутерьмы,
Чтобы истинно были счастливы
Наши дети, а значит и мы.
Благоразумным
Если справлюсь с делом непростым,
То наморщив постненькие лица,
Скажете вы: "Водится за ним,
Тут особо нечему дивиться."
Ну а коль не выдержу труда,
Ведь душа не из каленой стали,
Скажете вы, верно, и тогда:
"Мы за ним давненько замечали..."
Как вы осмотрительны всегда
И до тошноты благоразумны,
Только не понять вам никогда,