Лирика
Шрифт:
И, голубоокий,
В небосклон далекий
Он уставил взгляд.
Бледный, русоватый
И совсем юнец!
Мертвого солдата
Мать звала когда-то
"Мамин сорванец".
Выпав из кармана,
Больше ни к чему
Портсигар чеканный,
На дорогу данный
Мамою ему.
И сквозит в бурьяне
Возле паренька
Строчка на прощанье
Сунутого няней
Свежего платка.
Дома ждут бессонно,
Но нашел конец
На траве зеленой
(К вящей славе трона!)
Мамин сорванец.
МАРИНА
Благо вам, благо!
– безвольно
Я помаваю платком.
Счастливы будьте: вам больно.
С болями я не знаком.
Жизнь моя, повесть живая,
Но становлюсь сиротлив,
Словно сквозь сон прозревая,
Что оборвется прилив.
И, не спеша поначалу,
Словно пресытясь борьбой,
Хлынет навеки к причалу
Дней беспощадный прибой.
("МАРИНА" - морской пейзаж)
x x x
Не садись ни рядом со мной, ни против меня,
Разговорчивой и веселой не будь.
Так от всего устаю я день ото дня,
Что одного лишь хочу - уснуть.
Чтобы приснился мне какой-нибудь сон,
Или не приснилось снов никаких,
Чтобы, от всех забот отрешен,
В сладостном беспамятстве я затих.
Не мечтатель, не воздыхатель и не мудрец,
Веру свою растратил я в суете
И единственное слово "конец"
Написал на чистом бумажном листе.
Вопреки обещаньям не занял я трон,
Встретить сказочной принцессы не смог.
В моем сердце - жизней людских миллион,
Сам же я до сих пор одинок.
Так что, если придешь, молча сядь в стороне,
Дай мне погрузиться в дрему,
В смерть, не несущую зла ни тебе и ни мне,
Не грозящую бедой никому.
В серой бумаге, в ломбарде - жизнь моя вся,
Вся моя будущность, вся надежда моя.
Запоздалый самоубийца, брожу, у судьбы прося
Только одного - забытья.
Полного забытья, без пышных обрядов. Так,
Путь держа из ниоткуда и никуда,
Тонут, уходя в непроглядный мрак,
Экипажем покинутые суда.
Капитан, ведущий корабль сквозь крутую волну,
Видит, как вдали, изможден и слаб,
Вместе с самой последней галерой идет ко дну
Не умеющий плавать раб.
x x x
Я по дороге шел в своей печали вечной,
И мысли были зыбки.
И, глянув на меня, какой-то школьник встречный
Вдруг просиял в улыбке.
Да, знаю я: улыбка и всем и никому,
Случайная, не в счет.
Но все-таки досталась она мне одному,
Чего же мне еще?
Никто я в жизни этой, не-я, ничей, иду
К неведомым мне срокам.
Так пусть же улыбнется мне кто-то на ходу,
Хотя бы ненароком.
x x x
Ветер чуть качает
Стебли камыша.
Дрожью отвечает
И моя душа.
Сердце сиротливо
Плачет не о том,
Что слышны порывы
Ветра над прудом.
Это легче вздоха,
Чище ветерка:
Если сердцу плохо,
Где моя тоска?
Если ветер тронет
Блики на воде,
Знаю: сердце стонет,
Но не знаю где.
x x x
Уж дотлевает свет дневной...
В душе уныние сокрыто.
Душа... ей горько быть одной...
Лазурный лучик ледяной
Уперся в мостовые плиты...
То лучик, синий и туманный,
Угаснувшей поры дневной
Привет прощальный, безымянный..
Он весь во мне, он здесь со мной:
То луч лазурный, ледяной.
x x x
Я иду с тобою рядом.
Что ни слово - в сердце жалит
Сгустком горечи и зла.
Все пронизано разладом.
Боль вчерашняя печалит
Тем, что мимо не прошла.
Да, сегодня день погожий,
Но ненужный, неуместный,
Жизни подлинной вразрез.
Не глазами и не кожей
Ощущаю: свод небесный
Только тень иных небес.
Не избыть печаль такую.
Нет, не спрашивай ответа
Что случилось там, в ночи?
В одиночестве тоскую.
Сон ли это? Смерть ли это?
Все напрасно. Помолчи.
ПОСЛЕ ЯРМАРКИ
Кто знает, чем гонимы
Неверной ли мечтой,
Иль жаждой одержимы,
Иль верою пустой
Идут шуты и мимы,
Звучит напев простой.
Бредут поодиночке,
Попарно и толпой
Спешат без проволочки
Незнаемой тропой.
Кто первым вспомнит строчки,
Тот первым их и спой.
Пажи легенды бренной,
Поведанной не раз,
Уйдя в самозабвенный
Лирический экстаз,
Не знайте о Вселенной,
Не знающей о вас.
x x x
Сочельник... По захолустью
Рождественские снега.
Дохнуло старинной грустью
У каждого очага.
И сердцу, для всех чужому,
Впервые она близка.
Мне снится тоска по дому,
Непрошеная тоска.
Смотреть так тепло и ново
На белую колею
Из окон гнезда родного,
Которого не совью.
x x x
Твой голос так наполнен лаской,