Шрифт:
Вот это новости!
Сергеевы завтракали, с аппетитом поглощая любимую всеми мультиколбасную яичницу. Семьёй они стали две недели назад, когда бездетные Аня и Виктор приняли под свой кров семилетнюю Олесю и пёсика Бобо.
Добродушная мордашка Бобо выражала блаженство. Получить на завтрак кашу с мясом, да ещё и большой кусок лакомства – яичницы? Воплощение мечты!
– Вкусно? – подмигнул псу папа Виктор.
– Гав! – вильнул хвостом Бобо, что по-собачьи означало: «всё в порядке: я сыт, здоров, чего и вам желаю!»
На мохнатой морде пса повисла белая борода из остатков каши. Олеся, глядя на друга, прыснула от смеха. А папа Виктор отметил: «А ведь Леська-ка изменилась. Не такая скованная, чаще улыбается. Только вот называет себя по-прежнему Лейси – так, как у неё получается».
Неожиданно раздался звонок. Мама Аня пошла открывать, и в тихую квартиру, словно тайфун, ворвалась Татьяна, её старшая сестра.
– Привет всем! – прокричала она с порога и бесцеремонно протопала в кухню. – Завтракаете? А у меня уже скоро обед, я со смены.
– Куда это ты собралась? – поинтересовалась мама Аня, отступая под напором говорливой сестрицы. – И при наряде, и в шляпе.
– В город еду! – протарахтела Татьяна и плюхнулась на стоящую у стены табуретку.
Вид у Татьяны и впрямь был экстравагантный: белая блузка в чёрный горошек, джинсы по последней моде, а копну рыжеватых волос украшала широкополая чёрная шляпа. Ни дать ни взять – артистка!
– Я чего к вам забежала? – продолжила гостья, глотая слова и обеими руками поправляя шляпу. – Хорошей новостью поделиться. Мы с Серёгой завтра в Карелию отдыхать едем. За обедом решили, купили билеты на поезд по Интернету, с начальником насчёт отпуска я по телефону договорилась. Вуаля! Ну всё, я побежала! Всем – бай-бай!
Татьяна также быстро исчезла, как и появилась.
– Вот сорока! – покачал головой папа Виктор.
– Гав! – согласился пёс.
А Олеся вздохнула: «Вот бы и мне так же быстро говорить научиться! А то я даже собачье «гав» выговорить не могу, только «га» получается. Но я же не гусыня!»
Девочка подхватила вилкой пару колбасных кубиков. Смешное сравнение с гусыней подняло ей настроение и она расфантазировалась.
Представила, как пойдёт с мамой Аней в магазин и как бы случайно повстречает… волшебника. Он будет в ярких зелёных штанах, полосатом пиджаке и синей шляпе. Или лучше не в синей, а жёлтой. Фантазёрка любила солнечные цвета. Волшебник даст ей волшебную витаминку, и она заговорит свободно, смело, без остановки. Как тётя Таня, только в сто раз лучше!
В открытое окно подул тёплый ветер. Встрепенулись, заволновались жалюзи, зашелестели полосками: «Летим с нами!» По стенам кухни разбежались солнечные зайчики, проскакали по столу, поплясали у Бобо на морде, заставив пса прищуриться и отвернуться.
Мама Аня вдруг подалась вперёд, и по её серьёзному лицу скользнула легкая улыбка:
– А давай, Витя, и мы куда-нибудь съездим?! Учебный год заканчивается, пора бы и в отпуск. А то почти круглые сутки на работе. Днём ты со своими мальчишками, ночью – в такси. Дочь скоро узнавать перестанет.
Виктор оторопел. Округлив глаза и медленно повернув голову, удивлённо уставился на жену:
– Сказала тоже – узнавать перестанет! Я такое и представить не могу. А насчет отпуска – идея хорошая. Перед летним лагерем у меня две недели свободные, – и запустил руку в густые светлые волосы.
За окном послышался гортанный крик речных чаек: «Куи, куи!»
«Море, море!» – перевела Олеся и вопросительно посмотрела на маму Аню.
Мама поймала взгляд, и неожиданно предложила:
– Поедем на море! Олеську плавать научим. Пусть морским воздухом подышит, окрепнет. Да и сами позагораем, отдохнём.
Олеся вздрогнула. Выпавшая из рук вилка со звоном полетела на пол. Полезла доставать, да под столом и осталась. Присела, спряталась. Никто не видит – она в «домике». Стоит понять: поездка на море – это серьёзно? Или мечта?
Несколько месяцев проведённых в детдоме слились в один день – долгий, шумный и непонятный. А потом раз – и случилось чудо! Нашлись новые родители с такими же именами, как у прежних: Анна и Виктор.
Папа – высокий и смелый. С виду – настоящий капитан! Только не корабля, а футбольного поля. Неделю назад команда мальчишек, которых он тренирует, выиграла. Олеся своими глазами всё видела!
Мама Аня – худенькая, темноволосая и очень красивая. И голос у неё необыкновенный: нежный, певучий. Вот только она немного молчаливая и стеснительная, почти как баба-мама, бабушка Люда. Та тоже мало говорила, но Олеся её без слов понимала. Жаль, что теперь она на небе, а то бы жили сейчас все вместе: мама, папа, Олеся, Бобо и баба-мама. Вот было бы здорово!
Глаза Олеси увлажнились, она потёрла их кулаком. Папа заглянул под стол.
– Леська, ты чего там сидишь? Вылезай! Мы моря выбираем, куда отправиться. А тебе куда хотелось бы?
Чёрное, Балтийское и Каспийское. Олеся слышала, что есть ещё Белое и Красное, но подняла руку «за» Чёрное, как мама и папа.
Бобо лежал, положив голову на лапы, изредка постукивая хвостом – похоже, тоже голосовал. С виду пёс выглядел неприметным: обычная дворняжка, белого окраса побольше, чёрного – поменьше. Но весёлые блестящие глаза, вездесущий нос и смешные лохматые уши – одно постоянно стоит торчком, а другое – ленится подняться, делали его неповторимо милым.
Олеся помахала перед носом Бобо ладошкой, заговорщически подмигнула, и молча воскликнула:
«Еге-гей! Разве ты не рад, что мы едем на море? Увидим дельфинов и китов!»
Бобо сунул нос в колени подружки и спросил:
– А ты знаешь, какое оно – море?
Не взаправду сказал, а понарошку. С первых минут знакомства у обоих сложилась игра, когда Олеся вела диалог за обоих. Её невозможность говорить, как все, затрудняла общение. А мыслям препятствий нет – играй, думай, фантазируй, сколько хочешь!
Олеся смахнула с подбородка прилипшую крошку хлеба и ответила, тоже мысленно.