Level Up. Нокаут 2
Шрифт:
Как и Хаген, Молимо тоже не отличался тягой к спорту. Он вообще сидел в лавке отца и продавал легковерным туристам «аутентичные индейские сувениры», изготовленные на самом деле в Китае, пока вдруг не увлекся рукопашным боем. После чего быстро попер вверх, выигрывая всевозможные чемпионаты: от мелких любительских состязаний до соревнований на уровне штата. Так его и обнаружил один из рекрутеров, пригласив на отборочные.
Но сходство этим не ограничивалось. На языке мивоки «молимо» означало «медведь, крадущийся в тени». Один спортивный обозреватель даже пошутил, что в истории спорта еще не было прозвищ, настолько не сочетающихся с внешностью.
Например, единственное, что напоминало в Майке «Бьорне» Хагене медведя – это татуировка. Молимо вообще больше походил на мангуста – вертлявый, быстрый и точный.
Оба бойца сухие, подвижные, техничные. У обоих не было ничего похожего на стиль медведя. Оба предпочитали бить, а не использовать борцовские захваты или подсечки.
Чуть позже журналисты прозвали Майка и Молимо «Эм-энд-Эмс» (M&M) – два бойца, которые появились из ниоткуда и создали самую большую интригу на отборочных UFC.
– Ты в порядке?
Вопрос судьи застал Хагена врасплох. Неужели даже тому заметно, что происходит нечто странное? Майк посмотрел в зал.
Вот дядя Питер: в его взгляде гордость за племянника. На нем футболка с фигурой Бьорна. Нет, Хаген еще не настолько знаменитость, чтобы появилась одежда с его изображением, это Гонсало постарался – сделал всем по экземпляру.
Рядом с дядей переминался еще один друг из прошлой жизни, китаец Веймин – с ним Хаген в свое время работал в магазине техники, а потом подрабатывал вышибалой в баре Чака. По его невозмутимому лицу не скажешь, что он в волнении. Но Веймин тоже гордился Майком. На прошлой неделе они встретились на ринге. Бой был трудным, но Майк победил.
Но… почему детали битвы в тумане? Как именно победил? Что это были за приемы? Что за странные комбо? Хаген помотал головой – сколько он ни силился, не мог понять, как он провел серию блестящих ударов, отправивших китайца в нокдаун.
– Ну? Ты в порядке? – Судья напрягся. – Чего молчишь?
Хаген посмотрел на судью и кивнул:
– Да, сэр… давайте драться…
– О’кей.
Хаген отбросил мысль отказаться от боя по причине нездоровья. Все с ним в порядке. Слишком многое поставлено на эту битву, чтобы отложить ее на неопределенный срок.
Судья развел бойцов. Ворота клетки закрылись. Шум в зале усилился.
Хаген последний раз посмотрел на Ольгу, дзюдоистку из Украины, с которой он познакомился после боя с Веймином. Она сидела рядом с дядей, и на ее груди футболка с изображением Хагена смотрелась особенно выгодно.
Странно.
«Почему я помню каждую секунду, проведенную с Ольгой? Я помню все, что мы вытворяли в номере отеля, но не помню деталей того, как я победил Веймина?»
Судья хлопнул в ладоши, что вывело Хагена из раздумий. Как всегда, весь мир исчез. Остался только Майк и его противник. Он привык входить в состояние полной сосредоточенности и выходить из него после сигнала завершения раунда.
Но концентрацию снова нарушили неуместные размышления:
«Так… Надо хотя бы вспомнить, как я планировал его победить? Я же разрабатывал какой-то план? Я хотел применить что-то… Какой-то хитрый прием…»
Юркий Молимо уже двигался на него, примеряясь к атаке. Он выше ростом, шире в плечах, а его удар ногой, вопреки всей статистке по результативности ударов, уложил немало соперников.
«Быстрый проход в ноги и перевод боя в нижнее положение? Вроде это должно удивить Молимо… Нет… не то… Как же он назывался? Стратегическая задержка? Нет… тактическая пауза? Вроде да… Но что это за пауза? И почему я вообще пытаюсь вспомнить какое-то название?»
Молимо двигался расслабленно, руки держал невысоко. Настоящий мангуст, готовый прыгнуть. Хотя… и его поведение казалось странным. Он словно был не уверен в том, что делал.
Тело Хагена непроизвольно дернулось, реагируя на обманный прием соперника. Уф, ушел…
По залу пронесся вздох разочарования. Зрители отметили странное поведение бойцов, они словно впервые вышли на ринг.
– Кто так бьет? – завопил кто-то из первых рядов. – От такого удара даже моя бабушка уйдет.
Хаген поймал недоуменный взгляд тренера, которого для него нанял Люк Лукас. Рядом с ним стоял Гонсало и тоже удивленно смотрел на ринг. Вероятно, где-то наверху, в ВИП-ложе, находился и Хабиб.
Пора контратаковать. Хаген выбросил вперед руку, проводя свой коронный удар. Отчетливо услышал громкое «Ах», пронесшееся по залу. Обычно так было, когда он проводил точный и сильный удар. Но вместо понимания того, что он победил, в голове зашумел бесконечный звук гонга.
Хаген отлетел назад и ударился спиной об стены клетки. Потом перед его лицом резко вырос пол с огромной буквой U, в которую он провалился, как в бездонную яму.
«Нокаут!» – последнее, что он услышал.
«Кажется… это мой второй нокаут?» – подумал он, и огромная буква U поглотила его окончательно.
Глава 2. FUC
В итоге мы будем помнить не слова наших врагов, а молчание наших друзей.
За секунду до того, как очнуться, Хаген уже знал, что лежит на больничной койке. Но сознание не хотело возвращаться из мира грез в реальность.
Голова болела, а перед мысленным взором крутился логотип UFC, который он увидел при падении на пол. Буквы не стояли на месте, а постоянно менялись местами. И когда они превратились в слово FUC, Хаген открыл глаза и громко вздохнул:
– Твою мать…
– Да, бро… Не то слово.
Гонсало сидел в кресле у стены, покручивая в руках мобильник.
Хаген приподнялся и сел в кровати:
– Меня настолько сильно ударили, что я в больнице оказался?
– Ударили тебя нормально. – Гонсало помедлил и добавил: – Я не сказал бы, что сильно. Молимо мог бы и получше…
По тому, как Гонсало осекся, Хаген понял, что тот решил не говорить, что и сам Хаген мог бы драться приличнее.
– В больнице ты не из-за этого, бро.