Шрифт:
Сгущенка и дружба
Саша Шумилов, мой дошкольный друг (жил во дворе напротив меня), хотя впоследствии мы и оказались в одном первом классе, был как-то сильно здоровее меня. Ну это к делу не имеет отношения.
В те времена, дефицита и пустых магазинов, была такая фишка у советских людей – варить сгущенку. Интересно, конечно, кто и как это изобрёл!? Обычно ведь технологии изготовления продуктов подсказываются либо случайно, типа, утонул корабль с алкоголем, а через много лет бутылки подняли, а там «ого-го уже что»! Или сырок забыли в пещерке, потом нашли, с голодухи попробовали, а плесень – «вау»! Либо научные эксперименты, когда перед народом очкастым задачи нарезаны конкретные, как сохранить тот или иной продукт или как его отходы использовать, чтоб обогатиться.
Но с вареной сгущенкой как получилось?! Сложно представить алкаша, который, варя макароны, случайно обронил в кастрюлю банку сгущенки, или такого ботана-исследователя, который вдруг решил отдать десять или двадцать лет жизни на такой прекрасный продукт, как сгущенка. Он сыпал туда таблицу Менделеева ежедневно, замораживал ее, крутил в центрифуге и смешивал ее с обувным кремом, точно зная, что в конце туннеля–нобелевская премия… Но думаю, без алкаша вареной сгущенки, случайно сложенной около печки, всё-ж не изобрести.
В общем, Сашка в свои семь лет уже тоже был осведомлен о гениальном, забытом страной алкаше. А, правильнее сказать, о наследии, которым он одарил население Совка. И, недолго думая, обнаружив в закромах синенькую банку, тут же бросил её в кастрюлю, ну и, естественно, испытывая скорейшую необходимость получения варенки в кратчайшие время, плиту включил на максимум!
Чего, естественно, Сашка не знал, так это того, что зависимость улучшения вкуса от времени варки не бесконечна. Писнувшая слегка под себя от совершенно внезапного взрыва в кухне, мать Сашки подлетела в кровати, даже не успев открыть глаз! Сашка, каким-то образом, на инстинктах понял, что взрыв, это и есть тот момент в данном дне, когда нужно максимально ускорить ход дальнейшего течения событий. Между слепым прыжком его огромной разъярённой матери-убийцы из дальней комнаты их коммуналки в сталактитовую пещеру, где ранее была кухня, Саня успел:
1. хватануть ртом ком сгущенки, который прилип около выключателя света;
2. взвизгнуть обожжённым ртом;
3. плюнуть часть слизи на пол;
4. взвизгнуть от обожженного подбородка, на который сгущенка переместилась изо рта;
5. поскользнуться;
6. упасть лицом с сгущенкой на пол со сгущенкой;
7. взвизгнуть;
8. вскочить на колени;
9. схватить с пола или стены ком номер два и выброситься на лестницу.
Волной от мыслей матери Сашка был в момент выброшен во двор с своего последнего этажа. На бегу он делал движения похожие на перекидывание горячего предмета из руки в руку, когда человек не хочет обжечься… Я как раз в этот момент вяло ковырял палкой дырку в асфальте, или, как понимали мои родители, это препровождение времени – гулял. Когда Саня подлетел ко мне во дворе, как раз началась трансляция обращения матери с неба к сыну божьему, ею ранее бесполезно рожденному. В этой трансляции жители Технологического района узнали: кто он, зачем он, что с ним будет, когда он вернется, и кем он станет после этого!
Так как предложения, извергаемые перепачканной сгущенкой убийцей, были удивительно длинными и наполненными, то требовались и периодически заборы воздуха. Саня стоял лицом к небу и покорно внимал. Я, как и положено еврейскому мальчику, на всякий случай спрятался за ним. В паузы забора воздуха я слышал Сашкин голос: «На-на, бери-бери, ешь». Руки Сашки за спиной были разжаты, черные от грязи, в них была намазюкана сгущенка. Папа требовал от меня все шесть лет моей жизни непрерывно мыть руки. Семья врача все-ж. Я знал поименно каждого микроба, который мог покарать мое здоровье и долголетие, если я не применю достаточно мыла при очередном мытье. А тут эта грязная слизь и ее, типа, как бы, сейчас, именно в такой важный момент, надо съесть. Ведь Саня для меня принес, а его сегодня за это казнят! Как же получается, если не съем, бессмысленная смерть и все из-за меня!
Я весь перекошенный ковырнул подушечкой своего розового указательного пальца в слизь с волосами. Все мое тело передернула судорога.
«Еще-еще, бери!» – шептал Саня. Я ткнул тем же пальцем еще пару раз. «Ну!? Ну? Вкусно?» – шептал Саня. Я честно лизнул грязь: «Очень вкусно. Спасибо тебе большое!» – сказал я, вытаскивая волосы незнакомых мне людей, а, возможно, и зверей изо рта.
Гаря и Миша. Поджог
Так как мы очень близки с семьей сестры моего отца, то всегда ездили друг к другу навещать и проводить каникулы и даже отпуска вместе. Когда-то Гарик – мой двоюродный старший брат, приехал к нам на каникулы. Гарик почти ровесник брата Миши, поэтому они проводили все время вместе, ездили на велосипедах на озера и к Мишкиным друзьям. Другая близкая семья, моей тети по маме, как я раньше писал, тоже всегда была рядом. Ирочка и Боря. Как-то раз Гаря и Миша оказались в машине дяди Бори, уж не знаю, почему была такая логистика, но оказались. Было им лет по тринадцать. Боря остановился на обочине дороги, чтобы залить бензин. Дело было не на заправке, а именно на обочине. Заправок было тогда еще немного. Он наливал из канистры. В какой-то момент бензин пролился достаточно большой лужей, тогда даже на пистолетах бензоколонок не было еще автоматических отщелкивателей, надо было держать его рукой и не зевать, чтоб отпустить вовремя крючок. Видимо, Боря проспал этот момент и наливая через воронку. Ничего страшного, достаточно обычная ситуация. Что было у Мишки в голове – непонятно! Ведь не маленький уже был парень. Миша достал из кармана коробок со спичками, тут же чиркнул и бросил горящие спички в лужу. Где был этот обычный для всех людей ограничитель, говорящий всем нам, что можно, а что нельзя?! Почему он не работал у него!? Все получилось, как в современных фильмах. Бензин загорелся прозрачными синими языками пламени! Боря заорал на детей: «Бегите!!!». Гарька с Мишкой начали отпрыгивать и побежали. Боря не мог бросить состояние, которое в те годы большинство не могли заработать за всю жизнь, это состояние называлось «Жигули». Не знаю, думал ли он о других людях и машинах, проезжавших мимо, которые, возможно, сидели в своих железных сокровищах, понимая, что едут мимо активированной бомбы!? Наверное, это пронеслось сегментами и кусками в голове… Боря просто был героем, он сорвал с себя пиджак и начал им бить по огню. Бок машины ведь был, как и всегда в таких случаях, облит бензином. Горло бензобака находится над задним колесом, поэтому дорога у пламени была прямая, как по фитилю прямо в бак. Секунды нужны были для перехода огня с нижней части лужи на ее верхнюю. Боря каким-то чудом успел!
Интересно, что делать с таким неразумным ребенком!? Как наказывать? Нельзя же просто поговорить о том, что он сделал, что-то надо было добавить, как-то усилить наказание, чтобы поступок дурака никогда не повторился. Проучить Мишку Боря решил, дав Гарьке поводить машину по Мельничному Ручью, это около нашей дачи. Это было потрясающее удовольствие! Родители ведь редко никуда не торопились, сев в машину. Поэтому такие моменты бывали не часто и были настоящим праздником для нас!
Конец ознакомительного фрагмента.