Чтение онлайн

– Откуда ты узнала, что я думаю о них? – удивился Кит.

– Потому что они стоят прямо там. Двое из них. – Она дернула подбородком вправо, в ее глазах читалась тревога.

В этот момент весь рынок находился в напряжении, люди стремились скрыться из виду, небрежно позвякивая сосудами, коробками с ядом и зельями и амулетами в виде черепов. Дрессированные джины скрывались за спинами их хозяев. Фейри-пери остановили свой танец и наблюдали за новоявленными гостями, их прелестные лица вмиг охолодели и окаменели. Эти двое, парень и девушка, были примерно семнадцати или восемнадцати лет. Парень обладал рыжими волосами, высоким ростом и довольно атлетическим видом. Лицо девушки Кит не видел, лишь копну светлых волос, каскадом спускающихся вдоль талии. За ее спиной красовался золотой меч, а походка была неподдельно уверенной.

Оба охотника были в снаряжении: крепкая, черная, защитная одежда, ознаменовывающая их, как нефилимов - полу-людей, полу-ангелов, неоспоримо господствующих над каждым сверхъестественным существом этой планеты. Они имели свои Институты, расположенные в больших городах подобно огромным полицейским участкам. От Рио до Багдада, от Лахора до Лос-Анджелеса. Большинство Сумеречных охотников и родились такими, но и превратить примитивных в Сумеречных Охотников тоже можно. Это можно было сделать с помощью Чаши Смерти и только в том случае, когда человек чувствовал Сумеречных Охотников или же Сумеречные Охотники чувствовали силу в человеке. Они нуждались в Сумеречных Охотниках, ведь так много жизней унесла Темная Война. Словом, они похищали кого-то младше 19 лет, кто подавал какой-либо признак быть Сумеречным Охотником. Иными словами: того, у кого было «Видение».

– Они направляются в павильон твоего отца, – прошептала Рен. И оказалась права. Кит напрягся, потому что увидел, что они огибали ряды киосков, смотря лишь на вывеску, на которой гласило: ДЖОННИ РУК.

– Поднимайся. – Рен уже была на ногах, подгоняя и Кита тоже встать. Она наклонилась, чтобы собрать свой товар и завернуть его в ткань, на которой они сидели. Кит увидел необычный рисунок на ее руке и спине, как будто струя воды проходит под огнем. Возможно, это она сама себе нарисовала. – Мне пора.

– Из-за Сумеречных охотников? – удивленно спросил Кит, прикрывая ее спиной, пока она собиралась.

– Шшш, – только и произнесла она, поспешив уйти; ее разноцветные волосы подпрыгивали в такт ее движениям.

– Ну и странная она, – пробормотал Кит и направился к павильону отца. Он приблизился к боковой стороне киоска, опустив голову и держа руки в карманах. Киту достаточно было знать, что его отец накричал бы на него за то, что тот мог появиться перед Сумеречными охотниками – в особенности, если верить слухам о том, что они принуждали каждого примитивного, у которого есть какое-никакое Видение и который, к тому же, не старше 19 лет – он ничем не мог помочь, но мог подслушать. Блондинка немного наклонилась вперед, кладя локти на прилавок.

– Рада видеть тебя, Рук. – Поизнесла она со сладкой улыбочкой.

А она миленькая, подумал Кит. Явно старше его самого, а парень, стоящий рядом с ней вообще был подобен башне. И так как она была сумеречным охотником, казалось, что к ней было невозможно подступиться, даже несмотря на наружную привлекательность. Ее руки были голыми, поэтому можно было увидеть шрам, бледный и длинный, тянущийся от локтя до запястья. Черные татуировки в форме причудливых символов обвивали ее кожу сверху донизу. Одна татуировка выглядывала из выреза футболки. Это были руны – метки магии, которые увеличивали силу Сумеречных охотников. Лишь Сумеречные охотники могли их носить на своей коже. Если бы руну нанесли на кожу обычного человека или на кожу одного из обитателей нижнего мира, то они бы сошли с ума.

– И кто же это? – Спросил Джонни, кивая головой в сторону парнишки, который пришел с Эммой. – Тот самый – знаменитый парабатай?

Теперь Кит смотрел на парочку с удвоенным интересом. Все, кто знал о нефилимах, - понимали, что означает парабатай. Парабатай - это два Сумеречных охотника, поклявшиеся в вечной платонической верности друг другу, которые сражаются только совместно, на одной стороне. Они живут и умирают друг за друга. Джейс Эрондейл и Клэри Фейрчайлд - самые известные среди Сумеречных охотников, у которых есть парабатай. Даже Кит знал это.

– Нет. – Протянула блонди, взяв в руки баночку с зеленоватой жидкостью из кучи других возле кассы. Возможно, в ней было любовное зелье, но Кит знал, что в некоторые баночки наливали воду, окрашивая ее пищевым красителем.
– Не похоже, что Джулиан любит здесь ошиваться.
– Она осмотрела рынок.

– Я Кэмерон Эшдаун. – Рыжеволосый охотник протянул руку, и Джонни, выглядя при этом крайне удивленным, пожал ее. Кит воспользовался возможностью и нырнул в противоположную сторону. – Я парень Эммы.

Блондинка – Эмма – едва заметно поморщилась. Кэмерон Эшдон, возможно, является ее парнем, подумал Кит, но он бы всё поставил на то, что он им надолго не останется.

– Да. – Произнес Джонни, забирая из рук Эммы баночку. – Я предполагаю, ты здесь за тем, чтобы забрать то, что оставила? – Он вытащил из кармана что-то похожее на кусочек красной ткани. Кит уставился на вещь. Что может быть интересного в клочке хлопчатобумажной ткани?

Эмма выпрямилась. Ей нестерпимо хотелось узнать. – Ты узнал что-нибудь?

– Ну, если ты положишь это в стиралку и постираешь с белыми вещами, то они точно станут розовыми.

Эмма одарила его хмурым взглядом и забрала ткань. – Думаешь, я пришла посмеяться? Ты и понятия не имеешь, скольким людям мне пришлось заплатить, чтобы достать это. Он был в Спиральном Лабиринте. Это кусочек от рубашки моей мамы, в которой она была, когда ее убили.

Джонни поднял руки, будто в защитном жесте. – Я знаю. Я лишь…

– Не самое удачное время для сарказма. Это моя работа – быть саркастичной и ироничной, а твоя – выуживать для меня информацию.

– И тебе платят за это.
– Добавил Кэмерон. – За информацию, между прочим, неплохо платят.

– Слушай, я не могу тебе помочь. – Сказал отец Кита. – На этой ткани нет волшебства, правда. Это всего лишь кусочек хлопка. Искромсанный и весь в засохшей морской воде – но из хлопка.

Она выглядела настолько разочарованной, что вся гамма ее ярких и неповторимых эмоций была написана на лице. Эмма даже не скрыла это, когда засовывала кусок ткани в карман. Кит почувствовал укол сочувствия, что немало удивило его – ведь он никогда даже и подумать не мог, что станет сочувствовать Сумеречному охотнику.