Чтение онлайн

к нему не обращается. Уверившись, что попала туда, куда

нужно, она идет к роялю и затем минут десять терзает

застывшую в ожидании публику: кладет свои цветы на

рояль, снимает перчатки и кладет их рядом с цветами,

таким же образом снимает с полдюжины бриллиантовых

колец; садится к клавиатуре, но ей неудобно: то слишком

близко, то слишком далеко, то высоко, то низко; короче

говоря, она перебирает все штучки профессионального

пианиста, прежде чем наконец ударить по клавишам. Звучит

блестящий вступительный пассаж. При первых звуках

Реджиналд с воплем скатывается с дивана и в ужасных

судорогах начинает извиваться на ковре. В удивлении она

останавливается.

Реджиналд. О! О! О! Крокодилы! Перестаньте, перестаньте же! (Оглядывается и

видит даму у рояля.) Вот те на! Дама. Как вы смеете поднимать такой шум, когда я играю! Вы в своем уме?

Какая невоспитанность! Реджиналд (сидя на полу). Прошу прощения. Дама. "Прощения"! С чего вы так заорали? Реджиналд. Мне показалось, вы крокодил. Дама. Что за глупости! Похожа я на крокодила? Реджиналд. Нет. Дама. Играю я, как крокодил ? Реджиналд (поднимается и робко подходит к ней). Видите ли, узнать, как играл

бы крокодил, очень трудно. Дама. Вздор! (Опять играет.) Реджиналд. Пожалуйста! (Останавливает ее. опуская крышку рояля.) Кто вас

впустил? Дама (угрожающе поднимается). А вам какое дело, хотела бы я знать? Реджиналд (робко отступая). Это, видите ли, моя комната. Дама. Ничего подобного. Это комната герцогини Данмоутской. Я уверена, это

именно та самая комната, потому что она дала мне ключ и он подошел. Реджиналд. Но зачем она это сделала? И кто вы такая, смею спросить? Дама. Нет, не смеете. Это не ваше дело. Впрочем, вам, пожалуй, лучше узнать,

с кем вы говорите. Я Страйга Тэндридж. Реджиналд. Как? Падеревский женского рода? Страйга. Простите, это, кажется, мистера Падеревского называют "Тэндридж

мужского рода". Однако настоящему джентльмену не пришло бы в голову

повторять такие оскорбительные пошлости. Будьте любезны, отправляйтесь

на свой диван и помалкивайте. Иначе я тотчас уйду. Реджиналд. Но, знаете ли, я болен. Страйга. Тогда ложитесь в постель и посылайте за доктором. (Снова садится к

роялю.) Реджиналд (падая на колени). Вы не должны играть, в самом деле не должны

играть! Я не могу этого выносить. Я просто сойду с ума, если вы начнете

играть. Страйга (поднимая крышку). Тогда я начинаю сейчас же. Реджиналд (двигается к ней по полу на коленях и хватает за руки). Нет, нет,

вы не будете играть.

Она поднимается в негодовании. Он держит ее за руки и

вдруг вскрикивает в восторге.

Однако какие у вас красивые руки! Страйга. Что за глупости! (Отшвыривает его на ковер.) Реджиналд (с полу, уставясь на нее). Какая же вы сильная. Страйга. Я развивала силу, играя левой рукой пассажи октавами - вот,

например. (Начинает играть "Лесного царя" Шуберта в переложении Листа.)

Реджиналд затыкает уши пальцами, но не отводит от нее

взгляда.

(Останавливаясь.) Я не в состоянии играть, когда вы затыкаете уши. Это

оскорбительно. Уходите вон из комнаты. Реджиналд. Но я же говорю вам, это моя комната. Страйга (вставая). Уходите вон, не то я позвоню и велю выбросить вас отсюда.

(Идет к столику и собирается нажать кнопку звонка.) Реджиналд (бросаясь к ней). Не надо, не надо! Если вы позвоните, кто-нибудь

придет, а я сойду с ума, когда войдет какой-нибудь чужой человек.

Она толкает его левой рукой, и он летит на ковер. Он

жалобно хнычет.

Неужели вы не видите, что я болен? Страйга. Я вижу, что вы душевнобольной. Только мне это все равно. Герцогиня

Данмоутская пригласила меня прийти сюда и играть здесь два часа. Я

никогда не нарушаю своих обязательств, особенно при оплате в двести

пятьдесят гиней. (Поворачивается к роялю.) Реджиналд. Разве она ничего не говорила вам обо мне? Страйга (снова поворачиваясь к нему). Она сказала, что в комнате будет один

глупый молодой человек и что мне не надо обращать на него никакого

внимания. Она уверяла, что вы не опасны ни для кого, кроме самого себя.

(Хватает его за шиворот и пригибает спиной к роялю.) И я не потерплю

никаких глупостей. Как это вы не хотите слушать моей игры? Весь мир

слушает, когда я играю. Слушайте, либо убирайтесь. Реджиналд (беспомощно). Мне же придется сидеть на лестнице. Я боюсь идти в

комнаты: там могут быть люди. Страйга. Молодой человек, на лестнице тоже будут люди, уйма народу. Их там

по шесть на каждой ступеньке, не считая тех, что сидят верхом на

перилах в надежде послушать мою игру. Реджиналд. Какой ужас! (Плаксиво.) Вы не имеете права обращаться со мной так

грубо. Я же болен. Я не могу этого вынести. Я выброшусь в окно. Страйга (отпуская его). Ну и выбрасывайтесь! Вот это реклама! Это будет

очень любезно с вашей стороны. (Снова садится к роялю и собирается

играть.) Реджиналд (бежит через комнату к окну). Вы раскаетесь в своей жестокости,

когда увидите мое изувеченное тело (Открывает окно, выглядывает на

улицу, торопливо захлопывает его и отскакивает с криком.) Там целая

толпа. Я боюсь. Страйга (сияя). Ждут, что я стану играть. (Тихонько наигрывает.) Реджиналд (с восхищением). Ах! Знаете ли, это по мне. Страйга (продолжает играть и иронически замечает). Благодарю вас. Реджиналд. Дело в том, что я и сам немножко играю. Страйга (продолжая наигрывать). Вы. наверное, дилетант? Реджиналд. Мне многие говорят, что, попробуй я, я мог бы этим зарабатывать