Шрифт:
Глава 1
Осень на побережье обладает особым шармом. Деревья укрыты красным золотом, подступают к тёмно-синему морю, что только и ждёт момента разродиться тяжёлым штормом. Небо опускается до самых крон леса, а густые облака скрывают Сестёр. Промозглый ветер бросает в лицо водяную пыль, пахнущую водорослями.
Эллион пропустил удар, качнулся, разрывая дистанцию и... согнулся пополам, исторгая поток кровавой рвоты. Торопливо выпрямился, утёр губы тыльной стороной ладони. Лицо бледное, с густой щетиной и глубоко запавшими глазами. Ветер теребит порядком отросшие волосы, норовящие закрыть глаза.
Противники, курьер Илмира и мужчина в маске из белого фарфора. Оба одеты в чёрные плащи, а у илмирита на шее виднеется татуировка. Приоткрытые губы. Символ особый, обозначающий тех, кто доставляет особо важные сообщения. Которые надо запомнить.
За их спинами спасительный лес, за спиной Эллиона серый песчаный берег. Волны шумно накатывают, растекаются по песку, с каждым разом всё дальше и дальше. Старшая Сестра уходит, и вода возвращается на исконное место.
— Почему ты сражаешься? — Спросил человек в маске, шагая по полукругу влево, пока курьер направился вправо. — Ты один, ты умираешь. Какой смысл?
— Такой же, как убивать умирающего. — Прохрипел Эллион, слегка покачиваясь и глядя в пространство между врагами.
Взгляд расфокусировал, хотя это скорее само по себе. Яд терзает тело и с каждым днём дела обстоят всё хуже. Постоянная слабость и тяжесть в голове, сменяющаяся режущей болью от темечка до паха. Две недели, отмеренные Ринзарой, иссякли наполовину, и курьер не уверен, что протянет ещё хотя бы три дня.
— Простая предосторожность. Не бери в голову. Тем более, мой приятель сильно огорчится, если они не выполнят свою часть сделки.
— Брат. — С мольбой выдохнул курьер с татуировкой. — Ты уже мёртв, умоляю, позволь себя убить, и Илмир возрадуется новым знаниям! Обещаю, я сделаю всё быстро и безболезненно.
Эллион дёрнулся и хрипло засмеялся, разбрызгивая бусинки крови вперемешку со слюной. Стиснул кулаки.
— Соблазнительно, но нет. У меня ещё есть доставка, которую надо закончить.
— Очнись! — Закричал курьер, широко разводя руки. — Они тебя бросили! Твоя доставка провалена! Курьер без груза!
Большая ошибка поддаваться эмоциям и ещё большая, расслабиться. Эллион рванул к нему, подцепил носком ботинка песок и пинком отправил в глаза. Курьер закрылся руками, оставив живот без защиты. Движение, отправившее песок в полёт плавно, перешло в опору. Эллион развернулся на одной ноге и что есть сил пнул второй. Твёрдая подошва промяла пресс и ударилась о хребет. Парня сложило пополам, он потерял контроль. Всего на мгновение, но этого хватило.
Эллион ударил в висок. Кулак, способный крошить камень, справился с тонкой костью.
Развернулся и встретил луннита, отвёл выпад кинжала, сломал кисть и схватив выпавшее оружие. Слуга госпожи Тайн закричал, но вопль оборвал клинок, воткнувшийся в глаз. Фарфор глазницы треснул, и трещина расколола маску.
Мертвец рухнул на спину, раскинув руки и подёргивая левой ногой. Эллион попятился, утирая кровь с губ и едва сдерживая новый приступ. Опустился на колено перед павшим братом. Покачал головой, глядя в стеклянные глаза.
Погано. Илмир лишился верного слуги... провёл ладонью по лицу. В карманах нашёлся кошель с горстью меди и серебра, в поясной сумке сушеное мясо, огниво и кресало. Поколебавшись, стянул плащ и накинул поверх своего. Измученное тело быстро теряет тепло. Хочется свернуться калачиком в тёплой норе и ждать. Смерти или излечения.
Луннит «расщедрился» на две золотые и кинжал, который Эллион старательно вытер о штанину мертвеца. Закончив сбор трофеев, поднял взгляд к облакам. Грязно серые, похожие на мокрую шерсть, несутся подгоняемые осенним ветром. За лес, к Долине Мардока.
Сделал два шага и рухнул на колени. Спазм давит грудь, кашель разрывает гортань и лёгкие, а вместе с ним выходит кровь. Странно горькая, с плотными сгустками. Лоб покрылся потом, а руки мелко трясутся.
Упасть. Прямо здесь.
Эллион уткнулся лбом в песок, вслепую нашарил в кармане пожухлые травинки и затолкал в рот. Горькие. Челюсти едва двигаются, язык с усилием проталкивает в глотку. Дыхание участилось, и в тело потекла сила. Совсем мало, но лучше, чем ничего.
Застонав, поднялся, и раскачиваясь, поплёлся к лесу. Ударился плечом о дерево, схватился за ветку, оттолкнулся и продвинулся вглубь. Остановился посмотреть назад. Вода почти добралась до мертвецов, холодные волны уходят в песок в паре пальцев от головы луннита.
Следы исчезнут, но это не спасение, а отсрочка. Слуги госпожи Тайн и Илмира выследили их даже после нескольких дней пути по морю. На суше им будет куда проще...
Сознание заволакивает дымка, побочный эффект целебной травы. Думать сложно, но двигаться легче. Эллион углубляется в лес и под ботинками звенит древняя брусчатка. Округлые камни выступают из грязи и наносов песка, кокетливо прикрываются пожухлой травой и листьями. По краям поднимаются огрызки парапета и цветочных клумб.
Когда-то до Раскола, здесь была прогулочная набережная. Солнечное место, куда на отдых съезжалась вся знать империи. Память услужливо подсунула древние картины, увиденные в первый год служения Илмиру. Нос защекотал терпкий аромат старых книг, бумажной пыли и топлёного воска.
Эллион упал под поваленный ствол дерева. Закутался в оба плаща, взывая к толике божественного благословения в них. Не исцелит, но пусть согреет, как грели раньше в долгих миссиях. Свернулся калачиком. Порывы ветра бьют побоку и бёдрам, стараются пробиться через плотную ткань. От земли веет сыростью и сладковатым запахом прелых листьев...