Чтение онлайн

Тут темно и неожиданно очень тепло после долгой морозной прогулки. Небольшая площадка у дверей и сразу лестница наверх.

– У нас второй этаж,- шепчет Ирина, прижавшись к нему спиной. А он слегка приобнимает ее сзади и осторожно прикасается холодными с мороза губами к рыжим волосам на затылке. И замирает так, впитывая ее запах. И она - тоже замирает. А потом медленно поворачивается к нему, прижимается всем телом, запрокидывает голову, и уже ничего нельзя сделать, как только наклониться и коснуться губами губ. И еще раз. И еще. Губы сразу теплеют, как будто распухают даже, горячая волна бьет в голову, простые касания становятся поцелуями, а она вдруг со стоном повисает на нем. Димка подхватил ее, маленькую, легкую, приподнял, и посадил, радуясь своей силе, на перила. Теперь их лица были на одном уровне, дыхание смешалось, ее руки скользили уже у него под рубашкой - когда успел расстегнуть куртку, он уже не помнил. А его губы, оторвавшись от ее губ, спускаются короткими поцелуями на шею, он лицом окунается в распахнутый воротник, одной рукой дергая вниз молнию ее куртки. Она снова стонет и вдруг начинает дрожать. Это страшно, такого с Димкой еще не было, он не понимает, в чем дело, и подхватывает навалившуюся на него девушку. А Ирина, обхватив его руками и ногами, виснет на нем, дергается вдруг, и сползает вниз. И просто упала бы на пол, если бы он ее не подхватил опять.

– Я тебя хочу,- стонет она и даже как будто извиняется шепотом.- Очень хочу. Прямо сейчас. Здесь и сейчас.

Но тут вдруг открывается дверь на втором этаже, и из падающего на лестничную площадку света раздается мужской голос:

– Может, уже пора, Ирина? Домой - пора? Сколько же можно...

– Черт, черт, черт,- с ненавистью шепчет она.- Как же меня задолбало всё... Мент поганый - все слышит, все знает!

И кричит туда, в свет другим, веселым голосом:

– Иду! Сейчас уже иду!

Дверь закрывается, но не до конца, и в щель падает узкий луч света из прихожей, немного разгоняя темноту в подъезде. Глаза Ирины светятся отраженным светом, сияют, когда она смотрит на Димку.

– Завтра, Дим, ладно? Завтра мы снова увидимся. Я... Я с ума сойду или от стыда или от желания, если тебя не увижу. Ты приходи завтра в институт, а там...,- и она еще раз целует его в губы, по-взрослому, по-настоящему, так, что у него самого ноги слабеют, и голова сладко кружится, а потом отскакивает, делает два шага вверх по лестнице, останавливается и машет: иди, иди уже! Ты - первый!

Димка нашарил за спиной кнопку на замке, вышел на улицу, но еще долго стоял под вкопанной на газоне большой елью с остатками новогодних игрушек, пытаясь отдышаться. Сердце бухало, в ушах шумело. Было жарко. Он смотрел вверх, пытаясь угадать окно ее спальни, но ни одно окно так и не зажглось. И тогда Димка ушел.

Еще когда они гуляли, она спрашивала, как он доберется, если что, и он ее обманул, сказал что сядет на такси или поймает частника. Какое такси? У него денег оставалось только-только на автобус. Но время автобусов давно прошло, стоять на морозе - холодно, и он пошел домой пешком. Километраж примерно представлял, потому что карту города видел не раз. Вот теперь можно проверить, как это - пешком зимней ночью десять километров.

Димка шел по совершенно пустой улице, энергично отмахивая одной рукой, держа вторую в кармане. Потом руки менялись местами - замерзшая пряталась в карман, а согревшейся махал при ходьбе. Шаги он делал широкие, да еще старался почаще, так что холодно ему не было - было все еще жарко. Одно плохо - быстро задыхался и уставал. Приходилось останавливаться у попадавшихся на пути автобусных остановок, присаживаться на скамейки, задирать ноги вверх, чтобы кровь отлила, а потом снова - раз-два, раз-два, раз-два.

Уже у самого моста, сразу за плотиной, его догнал какой-то самосвал, то ли из припозднившихся с работы, то ли, наоборот, из самых ранних уже, притормозил:

– Куда, студент?

– На Гайву! Вон, сразу на въезде!

– Ну, садись, подкину хоть за мост.

И все равно вышло почти три часа. Или даже больше. Но вот и первая автобусная остановка в поселке - она как раз перед домом, за ней направо по знакомой тропинке, во дворы, к первому подъезду. Осторожно, чтобы не переколготить весь дом, он ковырялся длинным "гаражным" ключом в тяжелой недавно повешенной на подъезд железной двери, когда от стоявшей с погашенными фарами во дворе машины подошел милиционер:

– Документики ваши можно?

– А?- дернулся в испуге Димка - уж больно внезапно это было.- Да-да, конечно.

Он расстегнул куртку, повозился в карманах, достал паспорт, который всегда носил с собой - мать настояла и проверяла ежедневно, не забыл ли. Милиционер - старший лейтенант, рассмотрел звездочки Димка - взял паспорт, но не стал его даже раскрывать:

– Пройдемте в машину. Темно тут у вас.

– Да тут была лампочка, но, наверное, опять алкаши разбили,- вроде как извиняясь говорил Димка, двигаясь за ним.

Перед открытой дверцей он помешкал, посмотрел еще раз на горящее желтым светом окно кухни на третьем этаже - там мама, она сидит одна и ждет его. Волнуется.

– Ну, садитесь уже!- поторопил старший лейтенант.

Димка сел на заднее сидение, где кто-то уже был. Тут же за ним влез еще кто-то, тесно прижав его, дверца захлопнулась, заработал включенный двигатель, зажегся на мгновение свет.

– Он?

– Он!

Машина рванула с места, и как будто не приходил Димка к своему дому, как будто и не было его у родного подъезда.

Глава 2

Подразделения специального назначения (спецназ) -- специально обученные подразделения государственных разведывательных и контрразведывательных служб, армии, авиации, флота и полиции (милиции), личный состав которых имеет высокую боевую, огневую, физическую и психологическую подготовку, в задачу которых входит решение специфических боевых задач силовыми методами в чрезвычайно экстремальных условиях.

Материал из Википедии - свободной энциклопедии

...Другие заводы дают различные станки, оборудование для шахт, сельских гидростанций и нефтяных промыслов, строят суда, экскаваторы. Молотовский домостроительный комбинат поставляет разборные дома в рабочие поселки угольных бассейнов страны. Молотовский завод имени Дзержинского...

Завод имени Орджоникидзе выпускает суперфосфат, а также химикаты для борьбы с вредителями сельского хозяйства.

Путеводитель "Волга. Кама. Ока. Дон"

Совет Европы начал расследование утверждений Белграда о том, что во время войны в Косове албанцы похищали сербов и продавали для донорских целей внутренние органы похищенных, сообщает радио "Свобода".