Шрифт:
Дни на рабфаке проходили очень быстро. До обеда мы вспоминали физику, математику и другие школьные науки, а после трех часов дня начиналась свобода. Нас было человек семьдесят, – в основном парни, которые отслужили два года в армии, но кроме нас, бывших дембелей, была молодежь с производства и взрослые мужики, которым понадобилось высшее образование, но таких было мало.
Я сдружился с двумя моими ровесниками: Валерой и Шурой, они были, как и я после армии. Валера служил в Сибири, на одном из военных аэродромов, играл на гитаре – у него в детстве были больные кисти рук, и врач посоветовал родителям, чтобы он занялся игрой на гитаре. За несколько школьных лет он так научился играть на гитаре, что его повсюду брали в какие-то вокально-инструментальные ансамбли, и его внешность соответствовала его увлечению – волосы до плеч и очки, как у Леннона. Шура был его полной противоположностью – он родился в поселке под Екатеринбургом, там вырос, оттуда ушел в армию, и сразу можно сказать по его внешности и манерам поведения, что он с какой-то глухой деревни.
Но внешность бывает обманчивая. Несмотря на свой деревенский вид, коренастую фигуру, громкий голос и непокорную шевелюру, это был очень умный и общительный парень. Дед у него жил в деревне, но имел в самом центре города квартиру. Иногда, после занятий, мы отправлялись туда, брали бутылку – вторую, и там, в старой трехкомнатной дедовой квартире проводили оставшиеся дневные часы. Вечером мы с Валерой разъезжались по домам, а Шура ночевал в этой квартире.
Конец ознакомительного фрагмента.