Чтение онлайн

Не знавшая, что такое безделье, Надежда Константиновна занялась изучением одновременно французского, немецкого и польского языков. Писала статьи на педагогические темы: «Тип хорошего учителя», «Общественная сторона педагогических вопросов», «Школа и жизнь».

Она скучала без мужа, считала дни до отъезда. Писала младшей сестре Ленина Марии Ильиничне: «Я о весне мечтаю, нет-нет и возвращаюсь к мысли: полтора месяца, а там… там я вовсе поглупею от радости, особенно когда допутешествую до Володи».

Одиннадцатого марта 1901 года истек срок ее ссылки. На следующий день она получила паспорт для заграничной поездки. 13 марта они с Елизаветой Васильевной отправились в далекое путешествие через Москву и Петербург. Надежда Константиновна не мыслила себе жизни без мужа.

Сегодня многие не сомневаются в том, что Ленин совершил Октябрьскую революцию, вверг страну в хаос и разруху, потому что ненавидел Россию. Говорят, что в нем было слишком мало русской крови, потому ему не хватало патриотизма.

Сам Владимир Ильич на редкость мало рассказывал о своей семье. В 1922 году, отвечая на вопросы анкеты, написал: «…отец — директор народных училищ», а о деде с отцовской стороны ответил совсем коротко: «Не знаю». Надежде Константиновне он рассказывал так же мало. Да она и не проявляла особого интереса к его предкам.

Уже после его смерти поклонники Владимира Ильича принялись восстанавливать его генеалогическое древо. Сюрпризом оказались архивные документы относительно его деда с материнской стороны.

Десятого июля 1820 года Израиль Бланк (родившийся в Житомире) принял православие в Сампсониевской церкви столицы. Восприемниками стали: действительный статский советник граф Александр Иванович Апраксин и жена действительного статского советника сенатора Дмитрия Осиповича Баранова Варвара Александровна (все документы приведены в книге Михаила Гиршевича Штейна «Ульяновы и Ленины. Тайны родословной и псевдонима». Санкт-Петербург, 1997). Переход в православие в Российской империи был важным событием, представители высшей знати считали для себя почетной обязанностью стать крестными родителями.

Израиль Бланк получил новое имя и отчество — Александр Дмитриевич, поступил в Медико-хирургическую академию на казенный кошт. Дипломированный доктор служил в столице полицейским врачом, затем в Морском ведомстве и, наконец, переехал в Пермь инспектором врачебной управы. Получил чин надворного советника, что давало право на потомственное дворянство. Перед выходом на пенсию приобрел имение — деревню Янасалы (Кокушкино) в Казанской губернии и был внесен в 3-ю часть губернской дворянской родословной книги.

В 1829 году Александр Бланк женился на Анне Иоганновне (Ивановне) Гроссшопф. Ее отец, немец, переехал в Россию в конце XVIII века и занимался экспортом хлеба. Ее мать — Анна Беата (Анна Карловна) Эстедт, предки которой прибыли из Швеции.

У четы Бланк появились на свет сын Дмитрий, затем пять дочерей. Четвертой (22 февраля 1835) родилась Мария, будущая мать Ленина. Александр Бланк увидел рождение внука — будущего вождя мировой революции. И в том же, 1870 году, скончался на семьдесят первом году жизни.

Четырнадцатого ноября 1924 года секретариат ЦК одобрил предложение Комиссии по истории Октябрьской революции и РКП(б) (Истпарт): поручить «т. Елизаровой исследование истории семьи Ульяновых».

Сестра Владимира Ильича Анна Ильинична Елизарова-Ульянова отнеслась к делу серьезно. Среди прочего изучила документы о деде-еврее, отправила их в только что созданный Институт Ленина. 28 декабря 1932 года Анна Ильинична обратилась к Сталину: «Исследование о происхождении деда показало, что он происходит из бедной еврейской семьи, был, как говорится в документе о его крещении, сыном житомирского мещанина Бланка… Очень жалею, что факт нашего происхождения не был известен при жизни Владимира Ильича.

Вряд ли правильно скрывать от масс этот факт, который вследствие уважения, которым пользуется среди них Владимир Ильич, может сослужить большую службу в борьбе с антисемитизмом, а повредить ничему не может. У нас ведь не может быть никакой причины скрывать этот факт, а он является лишним подтверждением данных об исключительных способностях семитического племени, что разделялось всегда Ильичом, и о выгоде для потомства смешения племен… Ильич высоко ставил всегда евреев».

В разговоре с Максимом Горьким Ленин, не подозревавший о малой толике еврейской крови, бежавшей в его жилах, заметил: «Умников мало у нас. Мы — народ по преимуществу талантливый, но ленивого ума. Русский умник почти всегда еврей или человек с примесью еврейской крови».

В этих словах в наше время находят нарочитое пренебрежение русским народом и ставят это Ленину в вину. Но надо знать ленинскую манеру выражаться — резкую и безжалостно-язвительную даже в отношении близких и соратников. Он легко обижал и отдельных людей, и целые партии, сословия и народы.

К тому же Владимир Ильич понимал патриотизм в том смысле, который сформулировал университетский профессор Максим Максимович Ковалевский, депутат Первой Государственной думы: «Он относился к нашим слабостям и недостаткам с той горячностью, с тем необузданным желанием вырвать их с корнем, какого не вызывали в нем общественные недуги и недостатки других стран и народов».

В 1931 году текст горьковского очерка о Ленине был переделан, и резкая фраза исчезла. Не по инициативе сестер или вдовы. Как раз в то время Наркомат просвещения готовил инструктивно-методическое письмо об интернациональном воспитании в школе. Тезисы принесли заместителю наркома Крупской. Она их одобрила:

— Владимир Ильич всей душой ненавидел великодержавный шовинизм. А ведь есть еще среди учителей немало национально ограниченных людей, шовинистов и антисемитов. Вот с ними и надо вести решительную борьбу…