Чтение онлайн

Затем события стали развиваться еще быстрее. На следующий день во время похорон Каина была сделана попытка уничтожить большинство членов нашей семьи взрывом бомбы. Негодяю удалось ускользнуть. Позднее я продемонстрировал силу Колеса-Призрака, моего нового изобретения, результата моих побочных занятий во время работы в «Большом Проекте», и тем самым сильно взволновал Рэндома.

Колесо-Призрак – своего рода компьютер, но работающий на основе совершенно иных физических законов, чем те, которые я изучал в школе. По сути дела, эти законы можно назвать магическими. Мой Призрак был способен к самопрограммированию и казался живым существом. Это напугало Рэндома. Он велел мне пойти и отключить его. Мне не очень-то понравился приказ дяди, но возражать я не стал.

Все время, пока я добирался до цели сквозь Тени, кто-то преследовал меня, угрожал, пытался испугать и чинил всяческие препятствия. От огня меня спасла странная дева, которую потом я похоронил в озере. От мерзких животных и чудовищного землетрясения меня уберегла некая таинственная личность; как оказалось позднее, это был Люк. Мы вместе дошли до последнего барьера, до места обитания Колеса-Призрака.

Мое творение немного рассердилось на меня и решило наказать нас с помощью Теневой бури – а встреча с этой штукой весьма малоприятна, с зонтиком или без. Мы выскользнули из этого светопреставления по одному из Козырей Рока – так я окрестил карты, найденные в квартире Джулии.

В конце концов мы оказались у голубой хрустальной пещеры, и Люк затащил меня туда. Добрый старый Люк… Он позаботился, чтобы у меня ни в чем не было недостатка, и благополучно оставил своим пленником.

Он рассказал, кто он такой, и стало ясно, что напугало Фиону, когда она увидела фото. Люк очень походил на отца – убийцу и архипредателя Бранда, который когда-то почти уничтожил наше королевство и в придачу всю Вселенную. К счастью, Каину удалось добраться до него, прежде чем Бранд успел осуществить свой замысел.

Люк-то и убил Каина, чтобы отомстить за отца. Весть о гибели Бранда, как оказалось, он получил тридцатого апреля и с тех пор отмечал этот день весьма оригинальным способом…

Мое Колесо-Призрак произвело на него, как и на Рэндома, большое впечатление. Люк сказал, что я должен остаться его узником, поскольку могу пригодиться ему, понадобиться ему, чтобы научить управлять этой штукой, которая, как он считал, может стать идеальным орудием уничтожения всего нашего рода.

Он отправился налаживать отношения с Колесом-Призраком, а я тут же убедился, что какое-то странное свойство пещеры лишает меня магической силы. Здесь даже поговорить не с кем, кроме тебя, Фракир, а тебе тут некого душить…

Хочешь, спою «Над радугой»? [1]

Клинок сломался, и я отшвырнул рукоятку. Таким орудием не пробить стену, даже если я верно углядел, где голубая толща кристалла слабее всего. У моих ног валялись несколько отщепков камня. Я поднял их и машинально потер друг о друга. Бесполезно. Был лишь один путь отсюда – тот, каким я пришел. Но этот путь закрыт.

Я вернулся к себе, то есть в ту часть пещеры, где валялся мой спальный мешок. Усевшись на него, откупорил бутылку вина и сделал несколько глотков. От попыток расковырять стену я был весь в поту.

Но тут ожила невидимка-Фракир. Она покинула мое запястье, скользнула на ладонь левой руки и свернулась вокруг тех двух камешков, которые я все еще не выбросил. Потом завязалась вокруг них узлом, свесилась с ладони и стала раскачиваться, словно маятник. Я убрал бутылку и начал наблюдать. Дуга маятника была параллельна стенам туннеля, который я теперь называл своим домом. Фракир покачалась с минуту и снова вскарабкалась на запястье; чуть помедлила, дотронувшись до тыльной стороны моей ладони, потом высвободила камешки, оставив их лежать возле среднего пальца, и вернулась на свое обычное укромное место, как невидимый браслет.

Я поднял мигающий масляный светильник и с любопытством уставился на камешки. Этот цвет…

На фоне моей кожи они казались удивительно похожими на камень в перстне, который Люк забыл в мотеле «Нью-Лайн». Совпадение? Или между ними есть какая-то связь? Что пыталась сказать моя удавка?

Перстень Люка… Голубой камень в металлической оправе… А где я видел еще один, точно такой же?

Пещера, в которой я был заточен, обладала способностью блокировать Козыри и мою магию Логруса. Если Люк носил с собой камень, отколотый от этой стены, значит, у него имелась на то причина. Какими же еще качествами наделен этот материал?

Почти целый час я пытался выяснить природу камешков, но даже логрусово зрение не могло помочь. В конце концов я с досадой сунул камни в карман, поел немного хлеба с сыром и запил вином. Потом поднялся и еще раз проверил свои ловушки.

Я был узником этой пещеры уже целый месяц, обошел все туннели, коридоры и гроты в поисках выхода – ничего. Я атаковал стены волшебством и обдирал костяшки пальцев о холодный присталл. Иногда ходил медленно в поисках трещин и расселин. А порой тщетно пытался сдвинуть каменную глыбу, загораживающую вход в пещеру. Но я не мог даже пошевелить ее. По-видимому, меня собирались держать здесь долго.

Мои ловушки…

Они так и стояли здесь с тех пор, как я в последний раз проверил их – куча бревен, большие камни, нагроможденные якобы в естественном живописном беспорядке, готовые рухнуть, если кто-нибудь споткнется о спрятанную в тени веревку, принесенную из ящика в складском помещении.

Кто-нибудь? Разумеется, Люк. Кто же еще? Ведь это он запер меня здесь. И если… нет, КОГДА он вернется, его будет ждать западня. Он вооружен. У него преимущество – он будет наверху у входа, а я внизу…

Не выйдет. Меня там не окажется. Пусть войдет и спустится ко мне, и тогда…

Слегка встревоженный, я вернулся в свое жилище. Лежа на спине, заложив руки за голову, я пересмотрел свои планы. Падающие валуны могли и убить, а я не хотел убивать Люка. И дело тут вовсе не в сантиментах, хотя до недавнего времени я считал его своим хорошим другом – пока не узнал, что это он убил моего дядю Каина и, как видно, желает уничтожить всех моих родственников по линии Амбера. А все потому, что Каин убил отца Люка, моего дядю Бранда, которого охотно прикончил бы любой другой. Да, Люк, или Ринальдо, как, оказывается, его на самом деле зовут, – мой двоюродный брат, и у него есть причины для вендетты, давнего семейного обычая. И все-таки желать прикончить всех нас – это уж слишком.