Чтение онлайн

Макс лениво наблюдал за мистером Уитни, стоя у камина. Этот адвокат ему нравился. Он знал свое дело и никогда не суетился.

Наконец, мистер Уитни отложил золотое пенсне и посмотрел на клиента:

— Сэр Томас Твиннинг скончался раньше вашего дяди, и, согласно завещанию последнего, все его обязанности возлагаются на вас.

Макс нахмурился:

— Значит, мне вменяется и эта опека?

Мистер Уитни поджал губы.

— Я бы не стал утверждать со всей уверенностью. Договоренность об опеке можно расторгнуть, более того, совершенно очевидно, что сэр Томас не вас прочил в опекуны своим дочерям. — Посмотрев на огонь, он покачал головой. — Никто не станет этого оспаривать.

Макс сухо усмехнулся.

— Однако, — продолжал мистер Уитни, — если вы откажетесь, молодые леди останутся без опекуна. Правильно ли я понимаю, что они в настоящий момент находятся в Лондоне и намерены оставаться здесь до конца сезона?

Не требовалось большого ума, чтобы догадаться, к чему клонит адвокат. Разгневанный тем, что его обычно бездействующая совесть пробудилась к жизни, Макс подошел к окну и, заложив руки за спину, стал смотреть на лежащий внизу внутренний двор.

— Ради всего святого, не думаете же вы, что я мог бы стать подходящим опекуном для четырех молоденьких девушек!

Мистер Уитни, полагающий, что герцог справится с чем угодно, если захочет, упорно стоял на своем:

— В таком случае возникает вопрос, кто станет представлять их интересы вместо вас.

Воображение Макса помимо его воли услужливо нарисовало картину того, что случится, если он бросит четырех неопытных девушек на съедение волкам-аристократам, наводняющим улицы Лондона. Тут в голову пришла еще менее приятная мысль, что он и сам считается предводителем одной такой «стаи», полагаемой наиболее опасной. Макс просто не мог отказаться стать опекуном Каролины Твиннинг ради того, чтобы сделать ее своей любовницей. Даже для него существовала черта, переступать которую не следовало. Старательно отгоняя от себя воспоминания о паре серо-зеленых глаз, Макс повернулся к мистеру Уитни и прорычал:

— Что ж, хорошо, будь все проклято! Что мне нужно знать?

Мягко улыбнувшись, мистер Уитни стал посвящать его в подробности жизни семьи Твиннинг точно так же, как это делала Каролина.

— Да, все это мне уже известно! Сообщите мне цифры, пожалуйста! Сколько приданого за каждой из сестер?

Когда адвокат назвал цифры, Макс удивленно вскинул брови и на мгновение лишился дара речи. Подойдя к своему письменному столу, он сел на стул.

— За каждой?

Мистер Уитни согласно кивнул и, видя, что герцог глубоко задумался, продолжил:

— Сэр Томас был очень прозорливым дельцом, ваша светлость.

— Похоже на то. Значит, каждая из этих девушек является наследницей состояния?

Мистер Уитни снова кивнул, а Макс нахмурился.

— Вы, разумеется, несете ответственность только за грех младших девушек, — продолжил адвокат, сверяясь с лежащими у него на коленях бумагами.

Макс тут же пронзил его взглядом своих внимательных синих глаз:

— О? Почему так?

— По завещанию сэра Твиннинга его дочери должны находиться на попечении герцога Твайфорда до достижения ими двадцатипятилетнего возраста или до замужества. Если верить моим сведениям, старшей мисс Твиннинг скоро исполнится двадцать шесть лет, следовательно, она может сама о себе позаботиться, если захочет.

От этой новости Макс испытал огромное облегчение, но тут ему в голову пришла еще одна мысль. Каролина Твиннинг угадала проявленный им к ней интерес, что и неудивительно, ведь он не стал делать из этого секрета. Если бы она знала, что он ее опекун, то стала бы держать его на расстоянии. Ну, по крайней мере, попыталась бы. Но она ведь не была юной девушкой. Окутывающая Каролину аура спокойной уверенности в себе ясно свидетельствовала, что завоевать ее будет непросто. Было бы лучше, если бы она продолжала считать его своим опекуном. В таком случае он без труда мог бы приблизиться к ней, невзирая на собственную репутацию. Возможно, тогда, вопреки пословице, и волки были бы сыты, и овцы целы. Макс посмотрел на мистера Уитни:

— Мисс Твиннинг неизвестны подробности завещания отца. Она полагает себя моей подопечной наряду со своими сводными сестрами. Есть ли необходимость ставить ее в известность об изменении этого статуса?

Мистер Уитни по-совиному заморгал, пытаясь уразуметь мотивы герцога Твайфорда, желающего, чтобы мисс Твиннинг и дальше оставалась под его опекой. Особенно после высказанного им первоначального желания вообще отказаться от этой обязанности. Проявление нерешительности было Максу Ротербриджу совсем несвойственно.

Макс, отлично догадывающийся о сомнениях адвоката, поспешил представить самое подходящее объяснение своего поведения, какое только мог придумать:

— Не важно, двадцать четыре ей года или двадцать шесть, она точно так же, как и прочие сестры, нуждается в опеке. К тому же не стоит забывать о приличиях. Если всем станет известно, что она не моя подопечная, ей будет затруднительно появляться в моем обществе! А так как я при этом буду оставаться опекуном остальных сестер, и все они будут жить в одном из моих домов, ситуация может стать довольно щекотливой, вы не находите?

Вдаваться в подробности не было нужды. Мистер Уитни и сам обо всем прекрасно догадался. Пришел его черед хмуриться.

— Ваши слова вполне справедливы. — Мистер Губерт Уитни прекрасно знал, что молодые девушки неспособны сами вести свои дела. — В настоящее время мне не приходит в голову ни одного вопроса, требующего согласия мисс Твиннинг. Полагаю, ей стоит оставаться в неведении касательно смены ее статуса до тех пор, пока она не сочетается узами брака.

Упоминание о браке несколько поубавило пыл Макса, но он поспешно отогнал неприятную мысль, намереваясь подумать об этом позднее. Сегодня у него и без того полно дел.

Мистер Уитни тем временем продолжил:

— Осмелюсь спросить, как вы планируете поступить в этой ситуации?

Макс уже задумался над непростой проблемой: ему предстоит вывести в свет четыре молодых леди, опекуном которых он теперь является, и умудриться не вызвать при этом бури общественного негодования.

— Я немедленно открою Твайфорд-Хаус. Девушки могут жить там. Также я намерен просить свою тетю, леди Бенборо, стать их наставницей. Уверен, что эта идея приведет ее в восторг. Так она будет обеспечена развлечением на весь сезон.