Чтение онлайн

Чтобы это выяснить, я пристроился к организованной группе китайских туристов. Те, взбудораженно галдящей и фотографирующей всё подряд толпой, направлялись в Синдзюку-Ген, один из намеченных мной для посещения парков Токио.

Парк оказался большой. Как Зарядье, только больше. С платным входом, хоть пятьсот йен не сказать чтобы большая цена. И забитый людьми сильнее, чем сочинский пляж в сезон. Японцы, китайцы, туристы со всего мира шли по широким дорожкам медленной процессией. На расстеленных прямо на траве покрывалах сидели компании с едой и выпивкой. Какой ад творился в том углу парка, где всё ещё цвела сакура, я оценил издалека. И повернул к выходу.

Такой отдых нам не нужен. Если мне сюда приспичит, выберу другой день. Когда хотя бы японцев будет не так много.

Завернув за угол от центральной улицы, я выстоял небольшую очередь к вендинговому автомату с газировкой (это при том, что автоматы тут на каждом шагу) и купил банку, ткнув в кнопку наугад. Попалась какая-то дичь со вкусом лимона и папайи, но от жажды спасла.

Планы на день я решил поменять. Не то, чтобы мне совсем не понравилось находиться в окружении людей. Нет, наоборот, приятно находится в праздничной толпе. Видя, как все веселятся, мне и самому хотелось улыбаться и радоваться жизни. Но блин, стоять в очередищах, чтобы купить булочку с мясом или сходить в туалет… Оно того не стоит.

Так что я просто пошёл куда глаза глядят. Тем более что не парадный Токио открылся мне куда более душевной стороной, чем лоск центральных улиц.

Нет, контейнеры с мусором и завалы ненужного хлама здесь тоже были. Но, во-первых, нигде не было ни заборов, ни перегороженных воротами проходов. Вот реально, через любой (ну почти любой, пару раз я всё же упирался в тупик) переулок можно было пройти насквозь от улицы до улицы. Во-вторых, они были уютные. Не просто чистые — к чистоте я привык и в Москве. А прямо реально обжитые. Все эти горшки с цветами, статуэтки божков (некоторые выглядели забавно, как, например, какой-то бурундук с огромными яйцами у задней двери лавки со специями), деревянные вывески с каллиграфическими цитатами волка из пацанских пабликов (шучу, там как правило было или название, или пафосная хрень типа “Удача” или “Уважение”). И всё это не просто выставлено за дверь чтобы не мешало внутри. Нет, из них везде были сделаны натуральные композиции по фень-шую, радующие глаз и не мешающие повседневной жизни.

Гулял я так где-то часа два, то вливаясь в толпу на главных улицах, то ныряя в малолюдные переулки. Периодически сидел на, эм… местах для сидения, как правило обшитые деревянными планками ограждения немногочисленных зелёных насаждений. Один раз занял табурет возле задней двери книжного магазина, и рассказал историю своего попаданства каменному деду, держащему в руке колосья риса. Деду слушать понравилось (по крайней мере он не возражал). А вот вышедший покурить продавец посмотрел на меня так, что я вскочил и долго извинялся, что занял его место для отдыха.

В итоге, ближе к вечеру, меня занесло в Кабуки-тё. Это я по карте в телефоне определил. Вот Кабуки-тё меня разочаровал. В отличие от стерильного бетонного Токио снаружи, здесь всё было… прошловековое. Такое, киберпанковское девяностых, из фильмов типа “Бегущего человека” и “Джонни-мнемоника”. Куча хаотично налезающих друг на друга вывесок, опять же толпы людей на тесных улицах. И зазывалы. Как будто на рынок попал, честное слово. Только рынок чуть побогаче развалов девяностых в моей прошлой стране. Зато почувствовал себя как дома, никто на меня не глазел в этом моём халате и деревянных сандалиях (которые, что самое удивительное, не натёрли мне ноги за весь день!). Тут таких как я хватало.

Может быть, если бы я не был так расслаблен ощущением праздника, ничего того, что случилось со мной потом и не произошло. Но у судьбы на мой счёт, похоже, были собственные планы.

Когда я остановился возле ресторана “Сытная еда и напитки господина Хозуки”, разглядывая вывеску с огромной золотой рыбкой над входом, меня окликнули.

— Ты. Эй, ты!

Зазывала в похожей на мою юкате и сдвинутой на бок маске краснорожего демона подошёл ко мне вплотную и навис надо мной с совсем не доброжелательным выражением лица. Что, я что-то сделал не так?

— Ты Онода Хиро?

Я аж вздрогнул и ощутил слабость в коленках. Откуда он знает?

— Да?

— Ты в курсе, что опоздал на три часа? — парень бесцеремонно схватил меня за руку и потащил к дверям. — Вставай сюда, и работай, демоны тебя раздери! А я пошёл домой.

Я даже возразить ничего не успел, как этот тип стащил с меня маску и нацепил свою, демоническую.

— Даже не думай притворяться больным. Послал же Будда сменщика! Опаздывает в первый же рабочий день. Ещё и стоит, зенками своими пялится. Кохай!

— Послушай, — я поднял руки, — ты ошиб…

— Нет, это ты послушай! — зарычал мой новоявленный семпай, — Когда! Я! Говорю! Прыгать! Ты! Прыгаешь!

Он вдохнул-выдохнул. Схватил меня за плечи и придвинул к косяку входа.

— Стоишь здесь! Никуда не уходишь! Сейчас я к тебе пришлю менеджера, пусть с тобой разбирается.

Глядя на его сердитую косоглазую рожу, удивительно похожую на ту самую маску демона, я решил не спорить. Лучше с этим самым менеджером поговорить и объяснить, что произошла ошибка.

Грозный парень ушёл внутрь, а я криво улыбнулся под маской. И перевёл дух, успокаивая бешено колотящееся сердце. Ну ты чего, Хиро. Чего испугался? Это просто недоразумение.

Хм. Похоже, разговоры с “внутренним Хиро” скоро войдёт у меня в привычку. Этак и до шизы недолго.

Однако привычки предыдущего владельца тела влияли на меня нынешнего. Даже в такой, казалось бы безобидной, ситуации я чуть не упал от испуга. И вчера, в торговом центре. Если бы не Ямада, под всеми теми взглядами я бы тоже потерялся от волнения и сбежал домой. Так не пойдёт. Надо наращивать ментальную броню, если я не хочу скатиться в жизнь затворника.

А я не хочу.

Так почему бы не попробовать прямо сейчас? Вот она, возможность, подходящая для преодоления страхов как нельзя лучше. В прошлой жизни я даже ходил на специальные курсы, где меня за мои же деньги отправили на улицу просить десять рублей у ста случайных прохожих. И оказалось, что эти страшные угрюмые люди снаружи — на самом деле добрые и отзывчивые в большинстве своём. Половина давала десятку без лишних слов, где-то треть спрашивали, что у меня случилось и чем помочь. И только один из ста рявкнул, чтобы я работу искал. И то, может у него плохо день был, а на самом деле он добрейшей души человек.