Чтение онлайн

Тем временем Эддингтон распаковывал очередную картонную коробку с книгами, доставшуюся магазину от семейства сыроваров и владельцев молочной фермы.

Квиллер заметил в ней произведение под названием «Полный перечень лучших западных сыров».

– И эту тоже, – сказал он. – Сколько с меня? Можете не заворачивать.

И он поскорее поторопился убраться из книжного магазина с его невыносимыми ароматами.

Всё то время, пока он шёл по Мейн-стрит, затем огибал Пикакскую площадь, шествовал вдоль театральной автостоянки и далее по лесной дорожке домой, к яблочному амбару, едкий запах не оставлял его. Великолепное здание театра некогда было особняком Клингеншоенов, а в сарае для карет, расположенном чуть в глубине улицы, теперь умещался гараж для четырёх машин, с жилыми квартирами на верхнем этаже. Жительница одной из этих квартир, которую Квиллер повстречал на своем пути около автостоянки, выгружала из машины покупки.

– Помощь не нужна? – крикнул он.

– Спасибо, сами справимся. А макароны с сыром вам не требуются? – искренне рассмеявшись, поинтересовалась женщина.

Селия Робинсон – так звали эту жизнерадостную седую старушку, которая время от времени приносила ему настоящую домашнюю еду, хранимую им до поры до времени в морозилке.

– От макарон с сыром я никогда не откажусь, – ответил он.

– Я как раз собиралась вас спросить, мистер К.: что вы думаете о загадочной женщине, поселившейся в нашей гостинице? Не мешало бы вам ею поинтересоваться.

Миссис Робинсон взахлёб читала шпионские романы и уже дважды по заданию Квиллера выполняла секретные поручения, незаметно собирая для него необходимую информацию.

– Не тот случай. Да и чем интересоваться? Преступлений никто не совершал, и не надо слушать все глупости, которые болтают об этой женщине. Зачем лезть в чужие дела… Расскажите мне лучше, как вы поживаете? Всё ещё участвуете в программе «Друзья заболевших»?

– Ну а как же! Мы организовали ещё одну группу – «Молодые друзья», так я их там учу всяким премудростям. Старшеклассники, которые не прочь заработать на карманные расходы. Отличные ребята. Им здорово удаётся подбадривать больных стариков, которые не могут выйти из дома. – Тут она замолчала и стала озабоченно принюхиваться. – Уж не купили ли вы протухший сыр?

– Нет, только книгу о нём. Она принадлежала сыровару и приобрела характерный аромат.

– О, мистер К., чего уж тут умничать, сказали бы прямо: этот сыр воняет! – И рассмеялась над своей прямолинейностью.

– Как вам угодно, мадам, – ответил Квиллер, галантно кивнув головой, от чего его собеседница уже просто покатилась со смеху.

А он побрёл дальше, сквозь хвойный перелесок; ограждавший яблочный амбар от бурного движения в районе Пикакской площади. Приблизившись к амбару, он увидел глядящие на него из верхнего окна две пары кошачьих глаз, и не успел он открыть входную дверь, как сиамцы встретили его радостными прыжками, цепляясь лапами за его одежду. Он не тешил себя иллюзиями, догадываясь, чему обязан столь пламенной встрече. Даже не банкам с морскими деликатесами. Всё дело в книге о сыре. Носы у кошек сморщились, а рты слегка приоткрылись. С ними сейчас происходило то, что опытный ветеринар назвал бы реакцией Флегама. Можно было назвать это как угодно, но только не заигрыванием.

Квиллер решил сам разобраться, в чём тут дело, и как следует принюхался к книге. От неё воняло лежалым сыром – Селия права. Очень похоже на лимбургский. С тех пор как он впервые отведал этого сыра в Германии, прошло уже много лет, но запах крепко запомнился. Там этот сыр называли зрелым. Определение тухлый подходило к нему гораздо лучше.

Фамилия старика, о котором так нелестно говорили в редакции, вспомнил Квиллер, Лимбургер. Судя по всему, своеобразный тип. Как и большинство журналистов, Квиллер очень любил таких, о них интересно читать. Он вспомнил свои интервью с Адамом Динглберри, Эвфонией Гейдж и Ози Пенном и тут же принялся действовать.

Прежде всего он отнёс книгу о сыре в кладовку для инструментов в надежде, что запах выдохнется через несколько дней. Затем открыл телефонную книгу и в разделе жителей Блэк-Крик нашёл необходимый номер. Ему пришлось долго ждать, прежде чем кто-то поднял трубку.

– Это кто? – зло проорал хриплый голос.

– Простите, я разговариваю с мистером Лимбургером?

– Ты говоришь с тем, кому позвонил. Чо надо?

– Меня зовут Джим Квиллер. Я работаю в газете «Всякая всячина».

– Не нужна мне твоя газета. Больно дорогая.

– Я не по этому вопросу звоню вам, сэр. Вы являетесь владельцем. «Нью-Пикакс отеля»?

– Не твоего ума дело.

– Мистер Лимбургер, я бы хотел написать статью о вашей знаменитой гостинице, – не сдавался Квиллер.

– Это ещё зачем?

– Это историческое здание, построенное более ста лет назад, давно вызывало интерес у наших читателей…

– Так чо надо-то?

– Я бы хотел приехать к вам и задать несколько вопросов.

– Когда? – прорычал старик.

– Что, если я приеду завтра часов в одиннадцать утра?

– Если я ещё буду на этом свете. Мне восемьдесят два года. Могу отбросить копыта в любой момент.

– Я всё же рискну, – не меняя дружелюбного тона, сказал Квиллер. – Голос у вас звучит бодро.

«Ням-ням-ия-я-у!» – раздался вопль рядом с телефоном.

– Чаво-о-о?

– Ничего, это поблизости пролетел сверхзвуковой самолет. До скорой встречи, мистер Лимбургер.

Услышан, как старик бросил трубку, Квиллер усмехнулся.

Перед тем как отправиться к Полли, Квиллер прочитал буклет с расписанием Вкуснотеки. Все основные события будут сосредоточены в районе Манежного ряда, который представлял собой каменное здание длиной в квартал и находился в небольшом переулке в самом центре Пикакса. В доавтомобильные времена там была дешёвая конюшня, где ясли с овсом стоили от силы десять центов. Позднее там под одной крышей ютились разнообразные лавки, мастерские и конторы, то и дело менявшие своих хозяев. Теперь же здание стояло на пороге новой жизни. Все его большие и маленькие помещения перестраивались, превращаясь в пирожковые, бульонные, булочные, магазинчики по продаже сыра и вина, лавки со всевозможной кухонной утварью, старомодные киоски с газированной водой и большой диетический магазин.

Гвоздями программы на Вкуснотеке должны были стать конкурс на лучший пирог, аукцион на право проведения обеда со знаменитостью и серия кулинарных уроков для мужчин. Квиллер не сомневался, что друзья постараются запихнуть его на эти «уроки», но всё необходимое для себя в этой сфере он уже знал и превосходно умел разогреть любую заморозку. Сейчас, открыв банку с морскими моллюсками, он разложил еду по мискам и обратился к котам:

– Ну ладно, ребятки. Вы тут поосторожнее, пока меня нет. Я пойду навестить вашего кузена Бутси.

Квиллер сел в машину и поехал по Плезант-стрит, району викторианских каркасных домов, построенных богатеями Пикакса в те далёкие времена, когда плотники только узнали о существовании ажурной пилы. Подъезды домов, свесы крыш и фронтоны были богато украшены узорной резьбой, в результате чего местные жители прозвали эту улицу Пряничной аллеей. Здесь жила незамужняя золовка Полли, последняя из рода Дунканов, получившая в наследство старинный дом своих предков, куда она и пригласила пожить Полли после больницы.