Чтение онлайн

Последнее предложение в этом отрывке — наглядная вступительная иллюстрация к неоднозначности толкования, с которыми мы вскоре столкнемся. Даже сам я точно не уверен, кого имеет в виду в последнем предложении автор: меня или же Колина Уилсона.

После октября 1974 года (благодаря встрече с д-ром Жаком Балле, — необычайно эрудированным астрономом, кибернетиком и уфологом) я начал разрабатывать новую систему убеждений, которая бы объясняла мой “сирианский опыт”. Она не обязательно должна была строиться на захватывающем предположении, что я в буквальном смысле принимал реальные послания телепатического передатчика, расположенного в звездной системе Сириуса.

Д-р Балле начал заниматься проблемами НЛО еще в начале шестидесятых, когда увидел два “неопознанных летающих объекта”. С годами Балле расширил сферу своих исследований, включив в нее “психические” опыты, которые были тем или иным образом связаны с НЛО. В эту категорию попадали и мои сирианские опыты. Д-р Балле был убежден, что весь канал “потусторонних коммуникаций” работает на протяжении тысячелетий, и считал, что у него совсем не космические корни.

По мнению Балле, современные каналы наполнились внеземным содержанием в результате их адаптации к мировоззрению людей двадцатого века. В другие эпохи, о чем свидетельствуют полученные им данные, это явление принимало иные и более зловещие формы.

Для меня это имело колоссальный смысл, поскольку, практикуя оккультные техники Кроули, я вошел в контакт с “Сущностью”. Я тоже считал, что внеземное объяснение не было правильным объяснением. Это была лишь современная модель для объяснения Опыта. Подобной моделью в средневековье были ангелы, а в девятнадцатом веке — духи умерших^ общавшиеся с живыми родственниками через медиумов.

13 марта 1976 года газеты всего мира обошло официальное сообщение агентства “Рейтер Ньюс Сервис”, в котором Роберт Темпл, член Английского королевского астрономического общества и довольно известный в научном мире эксперт, выдвинул на обсуждение совершенно фантастическую теорию, словно сошедшую со страниц книг самого фон Деникена.

Темпл утверждал, что около 4500 лет до н. э. Землю посетили представители высокоразвитой расы с планеты в системе двойной звезды Сириуса. Темпл строил свою гипотезу на том, что точное и конкретное знание о системе Сириуса можно найти в мифологии вавилонян, египтян и некоторых до сих пор существующих африканских племен, — знание, которое современная астрономия лишь переоткрывает с помощью сверхточной аппаратуры, созданной в последние два десятилетия.

Вообще-то любой человек был бы захвачен врасплох, узнав, что астроном масштаба Темпла выдвигает теории, которые привычно читать в желтой прессе. Поэтому я не просто удивился, — я пришел в смятение.

Через несколько дней я упомянул об этом сообщении агентства Рейтер своему приятелю Солу-Полу Сирагу, фантастически эрудированному физику, который знает обо всех областях науки значительно больше самих экспертов.

“Ну и что? Данные Темпла вовсе не новость, — сказал Сол-Пол. — Антропологам давно известно, что у нескольких африканских племен есть довольно глубокое знание о системе Сириуса. Некоторые племена даже знали о спутнице Сириуса — карликовой звезде — задолго до ее открытия”.

“И как же антропологи это объясняют?” — поинтересовался я.

“Они не объясняют, — ответил Сол-Пол с усмешкой, — это считается тайной”. Сол-Пол перед тем, как стать физиком, был теологом, он также автор веселого богословско-психоделического романа “Пленник Христа”. Сол-Пол еще более резкий агностик, чем ваш смиренный Повествователь, и обожает данные, которые не укладываются в чьи-то теории.

Я быстро получил экземпляр книги Темпла из Англии и, “проглотив” ее на едином дыхании, был просто потрясен. [5] Данные Темпла, которые мы просуммируем позже, можно проинтерпретировать как свидетельство прибытия людей с Сириуса на космическом корабле около 4500 до н. э.

По мнению Темпла, информация об этом передавалась через различные ордены посвященных в древнем Средиземноморье и в Африке и сохранилась до настоящего времени. Но эти данные можно также проинтерпретировать и так, что в то далекое время были обнаружены методы межзвездной телепатии между Землей и системой Сириуса и что с тех пор многие люди настраивались на этот канал. Другими словами, не исключено, что с помощью техник Кроули я настроился на космический диалог, который продолжается уже почти шесть с половиной тысяч лет.

Гибельное Место, как я уже говорил, в этом смысле коварно. Вам кажется, что вы уже из него вышли, а на самом деле вы просто попали в другой чертог иллюзий, который специально раскрашен под лес, чтобы вы почувствовали себя в безопасности. И когда до вас доходит, что вы все еще находитесь в Гибельном Месте, то вдруг внезапно видите, что на самом деле идете по дороге обратно домой. Как говорится в знаменитом дзэнском афоризме:

Рассказывая об этом, я вовсе не рассчитываю, что кто-нибудь поверит в передачи с Сириуса лишь потому, что автор производит впечатление честного парня. Когда-то и Ричард Никсон казался честным парнем, по крайней мере тем, кто за него голосовал. Разумеется, мы не конкурируем на рынке правоверных с Р. Никсоном или Эрихом фон Деникеном. Опираясь на объективные и документальные свидетельства, мы лишь надеемся показать, что “кое-что” происходит. И это “кое-что” более физическое и осязаемое, чем галлюцинация.

Семантик приподнимет бровь и заворчит, что вряд ли выражение “кое-что более физическое и осязаемое, чем галлюцинация” можно назвать точной передачей мысли: с таким же успехом можно говорить о “чем-то более вещественном и материальном, чем грезы”. Позднее мы будем формулировать мысли более тщательно, но на вступительном этапе, прежде чем осмелиться предложить вашему вниманию эти рассуждения, открыто признаемся в своем чудовищном невежестве.

Важно сразу же однозначно заявить, что наши данные не противоречат “науке”, как, возможно, вообразит простодушный читатель. Более того, в Части II мы предложим даже несколько научных объяснений этим данным. Но дело в том, что эти научные объяснения, как бы нелепо и неловко это ни звучало, “абсолютно противоречат здравому смыслу”. Они нестандартны, парадоксальны, абсурдны. Можно даже сказать, что “они чертовски забавны”, и если бы ребенок невинно меня спросил: “Они забавны в смысле ха-ха или забавны в смысле необычны?” — я бы ответил: “И то, и другое”.