Кошки
Шрифт:
– А как же?
Он повернулся и увидел, что кошки разбежались по крыше, а кое-где ходили и вовсе люди, уничтожая плоды труда сегодняшних рабочих.
– Лихо! И часто вы так?
– Так? Нет, нечасто, сегодня особый случай. Ну что, идемте? За вещи не беспокойтесь, их ко мне занесут.
– А удобно? К вам ночью.
– Ну, мы же кошки - ночные жители, так что пойдемте.
– Ну раз ночные, тогда я приму ваше приглашение.
– Вот и замечательно!
– Но с одним условием!
– Да ну? Даже так? Интересно, с каким?
– Вы мне дорогу переходить не будете.
– А вы меня узнали?
– Конечно, таких эээ кошек нечасто видишь.
Девушка рассмеялась, её смех подхватил ветер и раскидал с крыши сотнями звенящих осколков.
– Обещаю, что не буду.
Последний день марта прощался с городом, он забирал с собой холод, оставляя взамен ветер и все еще нестаявший снег, чтоб и апрелю было чем заняться, и маю чем маяться.
Как и положено, перед своим уходом он кружился над миром, заглядывал в знакомые дворики и стучался в полюбившиеся окна, чтоб на целый год сохранить ощущение, что его ждут и поэтому он вернется снова. В этой квартире окно всегда открывали заранее. И шторы в нем давно привыкли к этой причуде хозяек. Март неслышно скользнул в комнату, но темноволосая девушка, сидящая за столом, все равно зябко поежилась и повела плечами так, как могла бы, наверное, кошка, если бы ей стало неуютно от ветра. Девушка накинула на плечи шаль, передвинула стопку бумаг, взяла какую-то книгу, но затем отложила и её. Март успел взглянуть на обложку, где было написано что-то о Египте. И новая книга недолго задержалась в руках хозяйки.
Вскоре девушка поднялась из-за стола и подошла к окну. Вечер уже брал свое, заменяя солнечный свет лунным, пряча тени, коверкая очертание предметов. Время текло не спеша, незаметно прошло несколько часов. За окном уже была ночь, густая и плотная, но при этом чистая и еще совсем новая. Такая ночь может быть только в начале своей весны. С соседней крыши раздались первые голоса, голоса, воспевающие любовь, свободу и радость бытия. Голоса кошек. Девушка стояла у окна и улыбалась чему-то своему, понятному, возможно, сейчас только ей, а кошки продолжали свой концерт.
Уже под утро раздалось царапание в дверь, и вошла кошка. Её пушистая шерсть нежного персикового цвета была в пыли, зато зеленые глаза щурились от удовольствия. Вслед за ней зашел камышовый кот и встал на пороге.
– Вернулись? Нагулялись? А я тут ночами не спи! А мне завтра на работу, мумии вас ждать не будут!
Персиковая кошка прыгнула на кресло.
– Не нуди, мумиям уже все равно, и к тому же я не так сильно задержалась, и меня проводили.
– Я вижу! Кот мартовский!
– Ну зато не заяц.
– И то хорошо.
Мартовский не заяц подал голос от дверей.
– Королева? Хранительница? Позволено ли мне будет откланяться, пожелав добрых снов?
– Позволено, Сир, можете идти. Благодарю за то, что заглянули в гости.
– Не за что, моя королева, мурррр.
И кот исчез за дверью.
– Ответь мне, киска, кто не хотел быть кошкой! И с чего теперь вы распеваете всю ночь песни?
– Да с того же, что и ты завтра снова идешь не только на работу, королева. Мяу.
Девушка улыбнулась и погладила засыпающую кошку, а затем закрыла дверь и еще раз взглянула в окно: над городом, золотя крыши, занималась заря. А вместе с ней в город входил апрель, его первый, юный и самый забавный день. День, который все переворачивает с ног на голову.