Чтение онлайн

Завершаю пробежку у стартового камня. Прохаживаюсь по песку, восстанавливаю дыхание. Делаю несколько простеньких упражнений, затем — растяжка. Многие аристократы из древних родов пренебрегают физической формой, а зря. Ударить врага «Хлыстом» — это круто, но если дошло до рукопашной…

Так, теперь «ярость».

— И как ты планируешь прокачивать «щит»?

Оборачиваюсь.

Катя заговорила со мной впервые за три дня.

— Придумаю что-нибудь.

— О, — девушка понимает, что нанесла удар ниже пояса. Защитные ауры развиваются лишь одним способом — в спарринге. Кто-то должен лупить по «щиту» атакующими техниками, проверяя его на прочность. И я понимаю, что с началом занятий в «Заратустре» мне придется выбрать себе спарринг-партнера. Сыроежкин не годится — он забивает на тренировки. Другие одноклассники откажутся со мной работать, потому что я черный. Шутка. Потому что я простолюдин.

Я уже знаю, что Катя будет учиться со мной в одном классе.

Екатерина Толмачева.

— Хочешь альянс.

— У тебя нет друзей, Кен Мори. Мы с тобой — единственные мещане в классе. Твой сосед вряд ли полезет в драку, особенно против карателей. А мне терять нечего.

Аргумент.

— Я подумаю.

— Завтра линейка.

Вздохнув, присаживаюсь на краешек камня. Рюкзак ставлю себе под ноги. Пристально смотрю на девушку. Катя выдерживает взгляд. Она в десятке шагов от меня, между макетом двухэтажного дома и условным автомобилем. Макет чуть выше ее роста, псевдоавтомобиль — почти натуральной величины. Вчера я сжег эти игрушки дотла, но они восстановились за полчаса. Не знаю, как проектировщики ухитрились достичь такого эффекта.

Катя уперла руки в бока и отставила левую ногу. Вот чертовка. Сегодня она в одной майке, так что я вижу соски, упирающиеся в ткань цвета хаки. Стоп, Ярослав. Эта девочка младше тебя на много лет, уймись.

— Ладно, — я начинаю говорить удивительные для себя вещи. — Давай попробуем.

Девушка просияла.

— Уверен? Говори, что делать.

Выпрямляюсь.

Накачиваю взвесь в защитную оболочку. Мое тело окутывается «Полыхающим щитом», уровень владения которым я повысил позавчера. Аура стала невидимой — как у экспертов огненной стихии. Да, забыл сказать. Визуально все эти щиты не должны бросаться в глаза. Защищать бойца на трех планах реальности должны, а вот предупреждать противника об активации — нет.

— Бей.

— Чем?

— На твое усмотрение.

Катя, недолго думая, атакует «яростью». Даже позу не изменила. Огонь окутывает меня ярко-оранжевым с красными проблесками флером. Со стороны кажется, что человек облил себя бензином и поджег, но при этом абсолютно не страдает.

Я не просто отражаю пламя, а вбираю его, преобразую в полезную энергию и подпитываю ауру. Гашу смертоносный импульс. Это не напрягает — удар у Екатерины слабый.

— Можешь сильнее?

У меня хватает запаса прочности.

— Нет, — девушка погрустнела. — Это предел моих возможностей.

— Извини, — подбрасываю в топку еще немного взвеси. — Давай проверим твой «кулак».

Сближаемся.

Я вижу, как вспыхивают костяшки пальцев моей соседки, когда она выбрасывает правую руку. Резкий прямой удар в челюсть. Я не делаю попыток уклониться или поставить блок. Аура успешно противостоит «Красному кулаку», но сам удар заставляет меня поморщиться. Так, делаем отметочку. «Полыхающий щит» сдерживает огненные атаки, но физический урон отражает слабо. Частичная компенсация. Подозреваю, этот недостаток устраняется на более продвинутых уровнях.

— Больно? — забеспокоилась девушка.

— Норм, — щупаю скулу. Если и будет синяк, то переживу. Зато я получил представление о дальнейшем векторе прокачки. — Продолжаем.

Мы еще немного потестировали мою ауру, параллельно занимаясь постановкой ударов Кати. Затем опробовали свои техники на манекенах, бутафорских домах и машинах. Всякий раз я пытался нарастить объемы применяемой взвеси, Катя следовала моему примеру. Еще пять минут я потратил на укрепление ее «щита» — для этого приходилось бить вполсилы. Завершили мы тренировку тонфами. Я показал Кате одно из базовых ката, заставил несколько раз медленно повторить последовательность движений, затем отпустил ее с миром. Обменявшись номерами телефонов, мы договорились встретиться на полигоне следующим утром. Сложив тонфы в рюкзак, я направился к общаге.

Следы пожарища бесследно исчезли.

Ни чучела, ни огрызка креста, ни черноты под ногами. Вообще ничего. Суеты возле парадного входа я тоже не заметил. Честно говоря, не верю в трудолюбивость местных техничек. Есть подозрение, что вахтер дозвонился кому-то из начальства. А начальство использовало магию для зачистки «места преступления». Значит, никто не хочет разбираться в происходящем. Администрация «Заратустры» намерена замять некрасивую ситуацию.

Поднимаюсь по ступенькам крыльца и вхожу в вестибюль.

Вахтер как-то странно на меня смотрит. В этом взгляде — жалость, смешанная с чувством вины.

Сегодня у меня насыщенный день, поэтому решаю выбросить инцидент из головы. Надо получить учебники и школьную форму — соответствующие уведомления уже сброшены на мою почту. С этими делами я справлюсь до обеда, а потом махну на природу. Слегка попрактикуюсь в манипуляциях на питерском полигоне, опробую парочку забытых способностей из арсенала волхва и поброжу по горным тропам, наслаждаясь ландшафтами. Погода теплая, дождя не предвидится. Сейсмологи не пугают землетрясениями. Если подумать, я бы даже мог устроить себе небольшой пикничок с барбекю. Неплохая идея, кстати.

Мечты разбиваются о реальность.

Учебники и форму я получил. Форму аж в двух экземплярах. Примерил — понравилось. Идеально сидит на фигуре, стильно и добротно. Сразу видно — шили для аристократов. Понимали, что у родителей могут возникнуть претензии, если их отпрыски будут ходить в масс-маркете. Брюки и пиджак у меня темно-синего цвета, на груди слева вышит Фаравахар. Пиджак больше напоминает френч с мягким стоячим воротником, накладными карманами и гладкими эбонитовыми пуговицами.

Форма Сыроежкина лежит на его кровати. В запакованном виде. Значит, сосед еще не занимался примеркой, а вместо этого убежал в магазин за мороженым. Или еще куда-нибудь. Тратить поднятые на крипте деньги…

Я уж было задумался над вызовом такси и закупкой всего необходимого для барбекю на природе, как мелодичный сигнал возвестил о приходе эсэмэски.

Боги, последний день лета!

Дайте уже человеку расслабиться и побыть наедине с самим собой.

Сообщение меня насторожило и озадачило одновременно. Я перечитал несколько раз каждое предложение, выискивая тайные смыслы.