Чтение онлайн

Принц повернулся к Рэйчел с грустной улыбкой. Гнев его исчез.

— Он всегда был немного неприятным, — сказала она.

— Он считает себя другом вашей семьи? — улыбнулся Дэймон.

— Моим другом он никогда не был. Когда-то он учился у моего отца, директора Тортонбургской академии. Они дружат уже много лет.

Он кивнул.

— Все-таки позвольте мне проводить вас домой.

Казалось смешным, что принц Дэймон Монтегю, старший сын принца Чарлза Монтегю из Роксбери, просит разрешения проводить ее домой.

Неужели подобное происходит наяву, а не во сне? А может, в сказке, пусть и нет на ней хрустальных башмачков. Ответить «нет» могла только круглая дура.

— Нет.

У Золушки тоже хватило здравого смысла, чтобы убежать от принца.

— Я не могу допустить, чтобы вы вели машину, когда вам плохо, — настаивал принц Дэймон.

— Мне вовсе не плохо!

Он взял ее за руку, их пальцы на миг сплелись, и оба вздрогнули. Но она вздрогнула не от потрясения или страха, а оттого, что ее сердце внезапно пробудилось после долгого сна.

Как будто принц поцеловал ее и она проснулась. Ты перепутала сказки, Рэйчел, строго сказала она себе.

— Вы и в Тортонбурге обладаете властью? — спросила она, скрыв за шутливым тоном трепетное волнение сердца.

В ответ он рассмеялся тихо и нежно, и она почувствовала, что, кроме светлой радости, которую ей подарила Карли, до встречи с ним все в ее жизни было мрачно и грустно. От работы, от постоянных забот о младенце, от нехватки денег и времени нервы у нее иногда были натянуты как струна.

— Пожалуй, нет. Просто я хочу хоть недолго побыть рыцарем, вызволяющим даму из беды.

Повторить «нет» еще раз у нее не хватило сил. Рэйчел сдалась:

— Вы очень любезны, принц Монтегю.

— Друзья зовут меня Дэймон.

— Не думаю, что нас можно считать друзьями.

— Может быть, еще нельзя. Но мы подружимся.

Он сказал это так уверенно, что у нее загорелись щеки. Рэйчел не была знатной леди. Она не была красавицей, которой можно залюбоваться, не блистала остроумием. В ней не было ничего такого, что могло бы заинтересовать принца, пробудить в нем желание стать ее другом.

Она пошла вперед к выходу, он последовал за ней. Когда они проходили мимо человека в рабочей одежде, который все еще сидел на стуле, принц Монтегю протянул руку и быстро дотронулся до его плеча. Человек выпрямился, на его лице появилась улыбка.

Затем принц обнял ее за плечи. Ткань ее плаща была тонкой, и она почувствовала тепло его руки, его уверенность. Он помог ей спуститься по ступенькам к черному «ягуару», стоявшему справа от полицейского участка. Штрафная квитанция за неправильную парковку белела на ветровом стекле.

— Могу поспорить, что наш друг не терял даром времени и прибежал сюда, чтобы сделать мне сюрприз. — Дэймон не глядя положил бумажку в карман.

Она обеспокоенно взглянула через улицу на свой маленький красный «фольксваген». Во что ей обойдется стоянка? У нее едва хватило денег на поездку в полицейский участок, да и работы у нее еще нет. Но на ветровом стекле ее машины квитанции не было.

— Я должна оплатить стоянку, — сказала она. — Я…

— Не беспокойтесь, — ответил он, — положитесь на меня.

До сих пор Рэйчел очень гордилась своей независимостью. С тех пор как родилась Карли, Рэйчел никого не просила о помощи. Почему же теперь ей так приятно слышать, что о ней позаботятся?

Сегодня она смирит свою глупую гордость. Только один раз. Всего на один вечер. Вечер, который она проведет в сказке.

— Благодарю вас, — сказала она.

Ну вот. Третий раз. Теперь она стала его навеки.

Внезапно она подумала: существуют же семьи, где денег больше, чем могли бы потратить несколько поколений. Она не представляла себе, как можно жить, не беспокоясь о деньгах. Его машина стоила столько же, сколько маленький домик, который она мечтала приобрести для себя и Карли. Когда родилась Карли, она начала понемногу откладывать деньги, но оказалось, что, прежде чем она сможет собрать достаточную сумму, у самой Карли уже будет трое детей. Принц Дэймон открыл дверцу, и Рэйчел скользнула в роскошный, обтянутый кожей салон.

С тихим урчанием «ягуар» плавно тронулся с места и влился в поток машин.

Женщина, которая сидела в машине рядом с принцем Дэймоном Монтегю, казалась ему красавицей, пришедшей из сказки. Безупречно подстриженные волосы до плеч, обрамлявшие милое лицо, были необыкновенного цвета, и он подумал, что слово «каштановый», пожалуй, не подходило для их определения. Глаза цвета мокрого нефрита, небольшой нос, влажные и нежные губы никого не могли оставить равнодушным. Ее манера вздергивать подбородок наводила на мысль об упорстве, даже об упрямстве.

На приятном лице почти не было косметики, а естественный запах скорее мыла, чем духов, создавал ощущение легкости и чистоты.

Ее одежду — темно-синий плащ, белая юбка и такие же туфли-лодочки — можно назвать простой, но подобранной с большим вкусом. Небольшие сережки в форме белых капелек прекрасно гармонировали с ее обликом.

Ему внезапно захотелось поцеловать ее.

Странное желание повергло принца Дэймона Монтегю в изумление. Он не ожидал от себя такого. Сержант Креншоу, конечно, хам, но он сказал правду: с тех пор как год назад умерла жена, Дэймон жил словно в тумане, охваченный глубоким горем. Ему казалось, что его сердечная рана не заживет никогда. И не только из-за смерти жены.

Шарон умерла при родах. Их сын, маленькая копия Шарон, тоже умер.

Людям казалось, будто у него есть все. Когда-то, возможно, так и было. Но теперь ни деньги, ни положение в обществе, ни внимание окружающих — ничто не могло его утешить. Дэймон жил с ощущением потери и другую жизнь даже не мог себе представить.

О его трагедии знали все, даже такие, как Креншоу. Но только что Дэймон почувствовал, что сможет преодолеть свое горе. Начать снова жить. Выполнить свой долг.

Сегодня вечером он покинул родной остров Роксбери и на личном пароме прибыл на соседний остров в герцогство Тортонбург, чтобы встретиться с очередной красавицей, которых его благонамеренная мать упорно продолжала находить для него. Девушка подходила по всем параметрам: высокая, привлекательная, хорошо воспитанная, из знатной семьи. Иначе говоря, хорошая партия.