Конец игры. Файл №225
Шрифт:
— Не зли меня. Ведь это он звонил по телефону?
— Я не… знаю…
Он отшвырнул ее почти брезгливо. Скалли на этот раз приземлилась на журнальный столик. Брызнули осколки -. крышка столика была стеклянной.
И снова — медленные, тяжелые шаги. Как в кошмаре. Не убежать, потому что ноги — чужие. Вот он… навис…
А потом — как в кошмаре у Молдера стало меняться лицо. Проступили скулы, надбровные дуги, обесцветились глаза…
Ну и ладно, с облегчением подумала Скалли и потеряла сознание.
Молдер нетерпеливо постучал в дверь и тут же, не дожидаясь ответа, толкнул ее. Дверь приоткрылась. В номере было темно. Он пошарил рукой по стене, нашел выключатель и щелкнул.
Так…
— Он был здесь, сказала Саманта, протискиваясь сбоку. Совсем недавно.
— Уже догадался… выдохнул Молдер.
— Она жива, — сказала Саманта, как будто прочитав его мысль. — Она нужна ему живой. Чтобы обменять ее на меня.
— Не понимаю, почему она его впустила? Саманта несколько секунд молчала, как бы прислушиваясь к чему-то.
— Я думаю, она не поняла сразу, кто это. Возможно, она приняла его за тебя…
— Ты хочешь сказать…
Молдер начал говорить — и остановился. В конце концов, если этот ассасин способен имитировать внешность Чапела или Вайса — в первом случае Молдер не сомневался абсолютно, во втором — не сомневался почти, — то почему его собственная, молдеровская, внешность должна быть неприкосновенной? Если подходить строго логически…
— Пойдем, сестренка, — вздохнул он и покрутил на пальце ключи от машины. — Если уж на то пошло — зачем ему ты?
— Во-первых, свидетель. Очень важный свидетель. Во-вторых, я могу почувствовать его в любом обличии — как ты понимаешь, для него это достаточно опасно.
Кстати, чтобы ты знал: когда дело дойдет до… до столкновения… Короче, убить его можно одним только способом: выстрелив или ударив ножом вот сюда, в ямку под затылком.
— Ну, сюда можно убить кого угодно…
— Конечно. Но его только и исключительно сюда. Все остальные раны для него не смертельны.
— Ни черта себе…
— Вот такие монстры водятся у них там, на далеких планетах. Впрочем, шучу. Он — искусственное существо.
— Терминатор.
— Вот именно. Только не из железа, а из какой-то гнусной органики. Кстати, ранить его опасно для ранящего — выделяется какой-то газ…
— Знаю. Глотнул однажды…
— Ого. Расскажешь?
— Потом…
Они сели в машину. Молдер завел мотор. Потом машинально включил дворники: ему казалось, что сквозь стекло ничего не видно. Но это просто была ночь.
— Что будем делать дальше, сестренка? Где искать?
— Возвращаемся домой, сказала Саманта со странным выражением. — Он сам найдет нас…
Александрия, штат Вирджиния Квартира Молдера
Звонок раздался в четверть первого пополуночи. Молдер, мерявший полутемную (горела только настольная лампа под коричневым абажуром) комнату мягкими и почти бесшумными шагами, остановился, стремительно взглянул на Саманту и поднял трубку.
— Слушаю!
Тишина.
— Говорите же.
На том конце дали отбой.
— Как думаешь, это он? — негромко спросил он Саманту.
Та пожала плечами:
— Возможно. Он ведь намерен получить то, что хочет. Любой ценой.
— А если не получит?
— Мне бы не хотелось быть жестокой, Фокс…
— При чем здесь жестокость? Это просто невозможно, вот и все.
— Ты все еще не веришь в меня, — она слабо улыбнулась.
— Я просто никак не привыкну. Двадцать два года…
— Фокс, я же объясняла…
— Я не об этом, сестренка. Ты все как-то о себе да о себе… А кто эти люди или не люди, — за которыми охотится наш приятель? И кто он сам?
Саманта встала, подошла к окну. Сказала, не оборачиваясь:
— Они — потомки тех, кто высадился здесь в сорок шестом году. Кто пытался основать колонию…
— Колонию?!
— Они так это называли. В действительности это были беглецы… Они намеревались как-то затеряться, забиться в щели. В общем, им это удалось. Почти в каждом штате живут потомки тех, кто высадился тогда…
— Клоны?
— Неправильно называть их клонами. Совсем другая физиология…
— И чего же они хотят? Действительно колонизировать Землю?
— Видишь ли… Из опыта им известно, что цивилизации, подобные нашей, часто оказываются недолговечными. И тогда они становятся законными наследниками, преемниками…
— А до тех пор?
— Прежде всего они работают над адаптацией, мимикрией… Им нужно замаскироваться так, чтобы ничем не отличаться от нас. То есть… вообще ничем. Пока что они достигли только внешнего сходства и психологической совместимости.
— Все погибшие врачи работали в клиниках, где производят аборты. Для чего?
— Чтобы иметь доступ к зародышевой ткани. Только так можно добиться… назовем это гибридизацией. Хотя и это название достаточно условно. Должно быть достигнуто как бы сосуществование в одном теле двух организмов, совершенно несовместимых по своей биохимии.
— А почему прислали терминатора?
— Опыты не были санкционированы. Там, — Саманта кивнула наверх, — с этим очень строго. Подобное действие рассматривается сейчас как загрязнение генофонда…
— Сейчас? А раньше?
— Раньше было иначе. Там… там все очень сложно. Потом расскажу. Сейчас просто не хочется. Не обижайся.
— Что ж обижаться? Я и так слышал много всяких веселых историй за последнее время…
— Фокс… — Саманта вздохнула. — Неужели ты думаешь, что я нашлась только для того, чтобы рассказывать тебе всякие веселые истории?