Кому это надо
Шрифт:
– Чего это ты? – ехидно спросила я. – А как же твой ангелочек?
– Да… – Дрюня махнул рукой. – Не мой контингент. Ты же знаешь, я все-таки с продвинутыми женщинами общаюсь, с интеллигентными… А такой отстой даже стремно как-то… К тому же меня Елена ждет, беспокоится, наверное, уже, – заключил он, обуваясь.
– Ну, спасибо, – задыхаясь от гнева, проговорила я. – Подсунул мне эту нахалку – и в кусты! Про Елену вспомнил! Полчаса назад ты о ней и не думал!
– Леля, ну извини, пожалуйста! – виновато проговорил Мурашов. – Ну, что ты переживаешь? Сейчас уже спать ляжете, а утром выпроводишь ее к чертовой матери – и все дела! Ну, пока!
И Дрюня поспешно ретировался.
Предатель!
Чтобы Дрюня ушел, даже не допив собственноручно принесенную бутылку – для этого на самом деле нужен очень весомый повод.
Я вернулась в кухню с твердым намерением осуществить его предложение – отправить Катю спать и самой лечь. А утром встать пораньше и тактично… Черт, как же это сделать тактично? В общем, сказать, что ей пора домой.
Вот! Я скажу, что мне срочно нужно уйти! Не останется же она после этого в моей квартире?
Повеселев от принятого решения, я сунула тарелку из-под колбасы в раковину и взяла бутылку с остатками водки, собираясь убрать ее в холодильник.
– Оставь! – Катя перехватила мою руку.
– Зачем? Спать пора! – удивленно сказала я.
Но, как оказалось, Катя совсем не собиралась спать. Вместо этого она плеснула себе еще водки. Тут уж меня охватил гнев. Этак она всю мою водку допьет!
Я решительно налила и себе рюмку. После выпитого злость моя постепенно стала улетучиваться, а по телу растекалось знакомое приятное тепло.
Ладно, в конце концов, бог с ней, с этой Катей! Что с нее взять? Живет с бабкой, наверняка на какой-нибудь пролетарской окраине, какое там может быть воспитание?
И пьет вон как! Даже не пьянеет!
– Твой-то куда уперся? – спросила она, кивая на дверь.
Я поняла, что она имеет в виду Дрюню.
– Домой, к жене, куда же еще, – пожала я плечами.
– Так он, значит, тебе не муж, – сделала она глубокомысленный вывод.
– Еще чего не хватало! – ужаснулась я.
– Понятно, е…рь, – кивнула Катя.
Меня аж в жар бросило от такого эпитета, и я уже даже чуть было не начала оправдываться перед этой малолеткой и объяснять ей чуть своих отношений с Дрюней, как вдруг заметила, что выпитые на голодный желудок несколько рюмок все-таки подействовали на девчонку. В глазах ее повисла пьяная пелена, взгляд стал печальным. Ее уже не интересовали мои отношения с Мурашовым, она вообще, казалось, забыла о его существовании. Катя посмотрела на меня мутным взглядом и вдруг сказала:
– Меня вообще-то скоро убьют!
– Ну что ты говоришь? – попыталась я ее успокоить, – Мишка, что ли? Да такие, как он, только пугать и способны! Не стоит к его угрозам относиться всерьез.
– Если бы Мишка, – вздохнула она.
– А кто же еще?
– Да я… Я в такое дело влезла… – она наклонилась к моему уху. – Если выгорит – бабок можно огрести – закачаешься! Правда, опасно это. Ну, кто не рискует, тот – сама знаешь! Мишка! Можно подумать, у меня только Мишка! У меня, между прочим, такой папик есть – закачаешься! Кешенька!
Я чувствовала, что меня и так уже качает, но Катю словно прорвало:
– Он богатый, не то, что этот дурень. Только с ним трудно…
– В каком смысле?
– Да он вечно уровень требует! – презрительно сказала она.
– В каком смысле? – не поняла я.
– В смысле, чтобы я вела себя как воспитанная дама, с которой не стыдно показаться в обществе! – манерно ломая голос, видимо, копируя своего «папика», пояснила Катя. – В ресторан поведет – так начинает нудеть: не так сидишь, не так ешь, нужно уметь пользоваться столовыми приборами… Плевать я хотела на его столовые приборы! Я ем, как мне удобно. А тут приходится мажорную даму из себя изображать. Я уж по-всякому научилась себя вести, и если где надо, могу за такую мадам сойти – закачаешься!
Мой дом она, видимо, не считала тем местом, где следует хотя бы изображать хорошие манеры.
– Надоело! – продолжала Катя. – И бросить его не могу. Во-первых, бабки дает, во-вторых, не отпустит. Он меня убьет просто!
Девочка, похоже, с завышенной самооценкой, – усмехнулась я про себя. – Тот убьет, этот убьет… А скорее всего, оба же ее сами и бросят.
– Тогда зачем тебе с ним расставаться? – спросила я. – Если он такой богатый?
– Так у меня новый мальчик есть! – хвастливо сказала Катя. – Знаешь, какой? Закачаешься!
Я поняла, что мне уже не суждено избавиться от пожизненной качки. А Катя тем временем продолжала:
– Вот я с ним и собираюсь серьезно встречаться. Он жениться на мне собирается. И вообще мальчик – м-м-м! А эти козлы меня уже достали! Хоть бы отвяли, что ли, сами собой. Да боюсь, не получится, – со вздохом сказала она и взяла бутылку. Она оказалась пуста.
Катя недоверчиво просмотрела ее на свет, потом недовольно отставила.
– Дерьмо какое, – проворчала она.
– Ты очень много пьешь! – покачала я головой.
– А-а-а! – снова обреченно махнула рукой Катя. – Все равно мне не жить!
– Да никто тебя убивать не будет, – уже с раздражением произнесла я. – Накручиваешь бог знает что!
– Эх, Ольга, Ольга, – серьезно и мрачно сказала Катя и посмотрела на меня таким взглядом, что мне стало жутковато. – Если б ты все про меня знала…
– А ты расскажи, – заинтересовавшись, попросила я.
– Не стоит. Пошли лучше спать, – неожиданно заявила Катя.
Она поднялась, опираясь о стол, и, нетвердо держась на ногах, спросила: