Коммунист
Шрифт:
— Что вы делаете? — вяло отбивался буржуй, — Это ведь насилие над личностью.
Один из подростков обиделся.
— Неправда ваша, дядя. Это еще не насилие. А вот это — насилие.
И ка-ак даст кулаком буржую в нос. Буржуй откинулся назад и окончательно лишился шубы. Подростки со смехом убежали, унося добычу.
Оставшись в своей нелепой визитке, буржуй захлюпал носом и обратился к Сене:
— Вы это видели?
Сеня пожал плечами и прошел мимо.
— И ведь это дети. Это их должно быть царствие небесное. Что же они сделают с этим царством? Разорят и загадят?
Буржуй продолжал еще что-то бормотать вслед Сене, утирая кровь рукавом, но Сеня уже ушел.
3
Сеня подал свернутую бумажку в окошечко.
— Один билет, пожалуйста.
Кассир посмотрел на поданную бумажку в лупу, посмотрел огромным глазом, поморгал огромными ресницами.
— Разверните, — говорит.
Сеня развернул бумажку и снова подал ее в окошечко. Кассир снова посмотрел на нее в лупу, затем взял ее и выдал Сене билет. Получив билет, Сеня поспешно отошел от кассы.
— Сдачу заберите, — сказал ему вслед кассир.
Сеня возвратился к кассе.
— Спасибо.
Сгреб монетки в карман. Вошел в зал. Рядом с дверью афиша: «Американская фильма «Большое ограбление поезда».
Зал наполовину пуст. Публика довольно разношерстная — одна-две девушки, пара военных, какой-то непрерывно крестящийся крестьянин с мешком в руках, мальчишки. Все курят, а кто не курит, тот плюет семечки. Под ногами шуршит шелуха и окурки.
Сеня нашел себе место в зале, сел. Погас свет, началась хроника. Сеня прикрыл глаза. Синематограф небогатый, на дневных сеансах обходится без тапера. Слышно только стрекотание проекционного аппарата.
Но вот на экране появился поезд и вооруженные люди. Сеня впился взглядом в экран. Смотрит во все глаза.
— Ох ты, господи! — испуганно и восторженно перекрестился крестьянин, — Чудеса какие.
Вот грабитель сбросил машиниста под колеса паровоза. Женский голос промолвил разочарованно:
— Да это же кукла!
— Сама ты кукла! — сказал Сеня со злостью. Не понимают люди искусства синематографа.
На экране ковбой направил револьвер прямо в зал и выстрелил. Явственно запахло пороховым дымом.
Публика выходила из зала наполненная, заряженная новыми ощущениями, одухотворенная. Сеня смотрел куда-то внутрь себя.
— Видать, последние дни настали, раз такие чудеса творятся, что живых людей на стенах показывают, — бурчал рядом крестьянин.
Два мальчишки играли, стреляя друг в друга из воображаемых пистолетов.
— Тыщ! Тыщ!
— Падай, ты убит.
Один изображал, как будто в него попали. А второй подул себе в палец, как в дымящийся ствол револьвера.
Девушка в шляпке с матерью под руку, выражала недовольство.
— Мама, неужели ты не видела, они заменили человека на куклу. Это же надувательство.
— А ты что, хотела бы, чтобы они сбросили с поезда живого человека? — возмутилась мама.
— Нет, но за свои деньги я хочу получить…
И ушла дальше, продолжая объяснять маме, что она хотела бы получить за свои деньги.
А Сеня пошел вдоль улицы. Увидел сидящего на тротуаре калеку, бросил ему монетку.
— Премного благодарны, — используя королевское множественное число, сказал калека.
— Выпей за синематограф, солдат.
— За кого? — переспросил калека.
Но Сени уже и след простыл.
4
Сеня прилип к тумбе, изучает афиши. Бормочет под нос:
— Лекция о межпланетных путешествиях. Поэтический вечер и диспут — нужна ли поэзия человеку будущего. Не то, не то. Вот! А ну-ка тут что? Диана де Шарман, проездом из Парижа в Нью-Йорк.
Сеня смотрит на белое, бескровное, невероятно красивое лицо на афише…
…и вот уже Сеня смотрит на настоящее лицо Дианы де Шарман, набеленное, как у японки. Свет в зале притушен, Диана сногсшибательно прекрасна. На голове Дианы цилиндр. Она выполняет нехитрые фокусы.
На столе стоит патефон, он играет что-то слащаво-сентиментальное.
Диана показывает обыкновенный платок. Показывает его с одной стороны и с другой. Потом подбрасывает в воздух и вдруг выхватывает из платка букет цветов.
Диана снимает с головы цилиндр, показывает его публике со всех сторон. Складывает и показывает снова. Раскладывает. Ставит на стол и достает из него живого кролика. Публика охает.
— А жареную курицу можешь достать? — спросил мужской голос из зала. Публика грохнула смехом.
Диана не обратила на замечание никакого внимания. Положила кролика обратно в цилиндр, подняла его, показала публике. Кролик исчез.
Сеня в зале огляделся, присматриваясь к окружающим его людям. Места в зале немного, все стояли битком, притиснувшись друг к другу. На сцене Диана тасовала колоду карт. Подошла к краю сцены, посмотрела в зал.
— Мне нужен доброволец.
Диана показала на молодого румяного парня.
— Вы.
— Я? — переспросил румяный парень. Явно только что приехал из деревни.
— Загадайте карту.
— Да я…
— Давай, загадывай! — закричали в зале. Тем временем Диана отделила от колоды одну карту и держала ее перед собой рубашкой к зрителям.
— Валет пик.
Диана перевернула карту и показала ее зрителям — это валет пик. Зал взорвался аплодисментами.
— Еще! — требовали зрители. Диана с размаху бросила карты на стол. Одна карта подлетела в воздух. Диана поймала ее двумя пальцами на лету и повернулась к румяному парню.
— Карта.
— Да они сговорились! — возмутился усатый мужчина в сером френче.