Чтение онлайн

Айко сразу накинула невидимость, но я был уверен, что она где-то рядом.

А вот Саня с Антоном как-то застеснялись этой выпендрёжной машинерии и начали как будто сдавать назад, дескать: «езжайте, мы как-нибудь…», но тут Сокол крикнул строго:

— Садитесь давайте, людей задерживаем! — В стороне, помаргивая фонариками, действительно ожидало такси, не имеющее возможности притереться к посадочному месту платформы — всё это лимузин занял.

И парни полезли в салон, хоть и было видно, что им неловко.

И Сокол тоже это заметил. И сразу заявил:

— Ну, выпьем за прибытие!

— Какое ещё «выпьем»? — удивился я.

— А что? — радостно улыбался он во все тридцать два. — У меня тут бар есть! Зачем его тогда заводили?! Три года машина с баром катается, а никто ни разу так и не выпил. Глядишь, попрокиснет всё!

НА ПОПЕЧЕНИИ У СОКОЛА

Тут все засмеялись и напряжённость маленько рассеялась. И тут я вспомнил, где похожая ситуация была! Когда Дениса Панкратова в охотничий домик на дружеские посиделки пригласили. Тоже сперва всё стеснялся. А сейчас — ничего, эвон как с князьями бойко общается, я в Железногорске наблюдал с удовольствием.

— Александр, Антон, — словно услышав мои мысли, провозгласил Иван, — вы на эти дни — мои гости. Никаких возражений не принимается! Прошу чувствовать себя как дома!

И все начали передавать друг другу невесть откуда взявшиеся бокалы, а я наконец-то оглянулся по сторонам.

— Чего ты? — спросила Серафима.

— Да любопытно мне! — честно и вовсе не тихим голосом ответил я. — В первый раз в таком автомобиле еду. Чтоб прям диваны по кругу, зеркала, светильники из магического хрусталя… Да чего там! В первый раз такой вижу!

— Э, брат! — засмеялся Серго. — Я вижу третий раз в жизни, но еду тоже в первый. Это представительского класса машина, обычно на нём взрослые дяденьки катаются, а не как мы, салаги!

И все почему-то сразу обрадовались, что их обозвали чем-то вроде мальков и начали хихикать и возиться. Или это вино нам в головы ударило? И вообще, меня сейчас больше всего интересовало: долго ли мы будем ехать, дадут ли нам время отдохнуть с дороги и хорошая ли в доме у Сокола звукоизоляция? Потому как по жене я соскучился очень сильно, прям не высказать, как.

Отдохнуть нам дали. И вечером потом посидели в дружеской компании приятно, и выспался я до хруста, потому как никто нас не будил и никуда не торопил — приём должен был начаться только в пять вечера. Поэтому утро получилось благостным.

Потом мы неторопливо вкусили завтрак, плавно переходящий в обед и нарядились по полному парадному чину.

— Я волнуюсь, — призналась мне Серафима.

— Да ладно! Когда государыня к нам на обед запросто приходила — не волновалась?

— Так то к нам!

— Да то же самое, только гостей побольше будет да понаряднее. Вряд ли ты решишь выкинуть при стечении народа что-нибудь неприличное?

Жена фыркнула:

— Скажешь тоже!

— Вот и я о том. А потом в таких местах всегда есть специально обученные люди, они тебя проводят и всё подскажут: как стоять, что говорить. Я вон на встрече двух государей вообще понятия не имел — чего да куда. Выжил же! Вряд ли у государя есть цель опозорить героев войны с семьями?

— Действительно! — согласилась супруга и как-то успокоилась.

Мы собрались в большой гостиной Соколовского дома красивой торжественной группой, спустились на крыльцо и расселись всё в том же нарядном лимузине.

— Может, по бокальчику? — предложил Иван.

— Вот ещё, явиться на приём навеселе — куда как отличная идея! — критически усмехнулся Петя. — Или… Я не пойму — ты нервничаешь, что ли?

— Есть маленько, — Иван поёжился.

— Вот уж кому… — начал Серго.

— Ага! Вам в случае чего уши не надерут! — эмоционально возразил Сокол. — А мне по-родственному — так запросто!

Серафима посмотрела на меня круглыми глазами и вздохнула совсем уж успокоенно. Вот уж, воистину, всё познаётся в сравнении, даже степень взволнованности.

ВОЛШЕБНАЯ КРАСОТА

Зимний дворец снаружи был красив и даже помпезен, как полагается большому императорскому дворцу, а вот внутри… Внутри он был просто волшебен.

Наверное, особенно ярко всё это должно было производить впечатление именно зимой — когда из снежной Московской зимы вдруг попадаешь в зал, в котором вместо колонн шумят огромные, вековые по ощущениям деревья. И их стволы, дышащие живыми запахами леса, возносят свои крону куда-то на невообразимую высоту — гораздо выше, чем шатёр обычного леса. Или всё это была иллюзия? И солнечные блики играют на коре. И бабочки. А в вышине, в сплетении ветвей, перекликаются невидимые глазу птицы…

Мы успели увидеть этот зал сквозь широкую арку двустворчатых дверей. Там что-то происходило, что-то очень торжественное, но нас пока провели правой галерейкой в соседний зал, где присутствовало ещё несколько прогуливающихся групп.

— Господа, прошу не покидать этого помещения и не расходиться, — попросил нас сопровождающий, — вы будете приглашены в семнадцать двадцать две.

— Как всё сложно! — удивилась Серафима. — А я думала, нас сразу всех в тот большой зал пригласят.

Марта ничего не сказала, но судя по взгляду, думала она примерно то же самое.

— На этом приёме должно присутствовать около полутора тысяч награждаемых, — покачал головой Петя. — Если всех загнать сразу, люди очень устанут. Всё же торжественные мероприятия — вещь довольно утомительная.

— А тут диванчики, — повёл рукой Серго. — Можно посидэть. Не желаетэ?

— Да сколько можно сидеть! — отмахнулась Дарья. — А вон там что? Витринки какие-то?

Маша слегка прищурилась, приглядываясь:

— Похоже, коллекцию старинных ювелирных украшений выставили. Можем поглазеть, пока ждём. Пойдёмте, девочки, там такие забавные есть игрушки…