Чтение онлайн

— А Стальной Ветер чей? — хитро спросил её Витгенштейн. — Не было бы там интересов английской короны, не явился бы их защищать англский двадцаточник. Так что тут даже гадать не надо, чьи уши из-за вашей базы торчат.

— Полагаю, дядя разрешил ей выместить на нагличанах всё накопившееся раздражение, — хмыкнул Иван.

А судя по императорской выволочке, раздражения там должно было собраться… много, мягко скажем.

Начитавшись новостей и наевшись всякой вкуснятины, мы немного погуляли по центру города. Вернулись к дирижаблю — погрузка всё идёт. И тут меня осенило:

— Слушай, Иван! А позвонить мы отсюда сможем?

— Думаю, проблем не будет.

Мы прошли в очень похожую по прошлому году будочку военной междугородной связи. Всё здесь было похоже на новосибирский узел, даже дежурный офицер. В пять минут он получил разрешение на установление сообщения с Иркутском, и я набрал Афоню. Время к вечеру уже, будем надеяться…

— Алло! — ответил незнакомый мужской голос. — Контора товарищества «Коршунов, Тарутин, Коршунов».

Я немного растерялся:

— Э-э-э… С кем имею честь?

— Секретарь товарищества «КТК», чем могу помочь?

— Ах, секретарь! Послушайте, милейший, это Илья Алексеевич Коршунов вас беспокоит. Мне нужно срочно переговорить с Афанасием Степановичем. Звонок из Красноярска, с военной станции, по оказии. Он в конторе?

— Одну минуту! — трубка стукнула о стол, послышались шаги и приглушённые голоса, потом бряканье, и взволнованный голос Афони истошно закричал: — Алло! Алло, Илья?!

— Да не кричи уж, ухо глохнет!

— Илюха! Живой! Я, честно сказать, не знал, верить ли мамане или нет, до того рассказ у неё чудесный вышел!

— Афоня, погоди! Время поджимает. Дело у меня срочное.

— Ну, говори, братец, что случилось?

— Короче, мне кровь из носу надо в Амстердам.

Свояк на той стороне аж закашлялся:

— Ни хрена себе, у тебя запросы… Ну если кровь из носу… Твой «Дедьфин» всё равно после северов на профилактику встал, сегодня закончат — и вперёд. Пустой, да на форсаже… Послезавтра к полудню у тебя будет. Хорошо, я его в сетку полётов не включил ещё.

— Вот и славно!

Афоня усмехнулся:

— А чё эт ты — прям с севера да в Амстердам! В квартал красных фонарей захотелось? Ты смотри, Серафима тебе оторвёт всё, что мешается!

Я рассмеялся.

— Афоня, ты не представляешь, насколько ты прав. Именно в этот самый квартал. — На той стороне трубки поражённо замолчало, я прям живо представил себе вытаращенные Афонины глаза. — Только не затем, что ты подумал. Мне нужно оттуда человечка одного забрать да до Новосибирска довезти. К врачам. Я — обещал.

— Если обещал, надо исполнять.

— Так я о том же!

— Ладно! Я распоряжусь, встречайте. Грузовой порт. Стоянку забронирую короткую, давай без опозданий.

— Лады! — я вернул офицеру трубку.

Иван смотрел на меня со странным выражением.

— Ну чего? Ещё папане на меня пожалуйся.

— Вот ещё! — фыркнул он. — А знаешь что, я в этой гонке за тебя болеть буду. Надо их по носу хоть разок щёлкнуть! А то привыкли ни шатко ни валко…

«Они» — это, видимо, те, кто должен был обеспечивать привоз Эмминой сестрицы и тому подобные поручения.

Ну что ж, посоревнуемся. А письмецо именное я у Эмме для Лисси взял. И план подробный она мне нарисовала: куда идти, чего да как. Потому как в Новосибе только мы выгружались, а Эмме прямиком в Саратов летела, на свои спецкурсы.

К МЕСТУ ПРЕБЫВАНИЯ

Хорошо быть владельцем собственного шагохода! А ежели у вас свой дирижабль имеется, то вообще красота. Это я раз в шестой, наверное, подумал.

— И вслух сказал, — обернулся ко мне Хаген.

— Опа! Опять мысли вслух. Но всё-таки — хорошо!

В Новосибирск мы прибыли в ночь с воскресенья на понедельник. Небо — ясное, всё в звёздах. Холодрыга. Под нашу северную форму — самое то, даже расстёгиваться приходилось.

Как разгрузились — начались танцы с бубнами. «Саранча» — это ж почти двадцать тонн неудобного железа. Если бы она сама стояла-ехала, тут один коленкор, а в таком виде — на боку, недвижимой грудой — сплошные неприятности.

— Илюх, мы тебя ждём? — Иван оглянулся на остальных. — Машину придержим и за вами поедем.

А сами, все трое — вижу же — аж приплясывают от нетерпения. Дома жёны да невесты…

— Да ладно, мы нормально доберёмся. Вы только тихо там! По домам разбегитесь да носов не высовывайте. Симе не говорите, что я приехал.

— А если она утром к нам зайдёт? — озадачился Иван. — Спросит ведь. Как не сказать-то?

— Сегодня день какой? Понедельник. Значит, на уроки пойдёт. А к обеду мы причапаем. Незачем здесь сидеть, на луну подвывать. — Серго, задумчиво разглядывавший небо, приосанился и сделал серьёзное лицо. — Двигайте давайте.

Итак, мы грузились.

Одно хорошо, что в армии как — круглое носим, квадратное катаем. За мзду малую, чисто для внутренней смазки, старшина портовой пригнал нам трал военный. Как раз для эвакуации разбитой техники придуманный. И три трактора, уцепившись гуськом, затащили на него «Саранчу». А потом солдатики споро специальные крепления к «Пантере» прицепили. И пошагали мы, этот трал за собой волоча. Бурлак на Оби, блин горелый!

Как мы до университета плелись, ядрёна колупайка! Со стороны, наверное, похоже, как если бы великан на саночках ребятёнка везёт. И медленно. И аккуратно. Да ещё и в обход основного города. Кто ж нас на этой дуре здоровой в центр пустит? Все провода и вывески, какие можно, пообрываем и новомодный асфальт покорёжим. Даже если лапти резиновые одеть. Вес-то за пятьдесят полновесных тонн… А окраинами получилось. Да и то полицейские выделили нам двух урядников конных, чтоб значит спереди и позади сопровождать. Такое нам уважение было.