Чтение онлайн

Пара техников заменяла треснувшее стекло в огромных окнах, тянувшихся вдоль всей колонии. По стеклу чиркнул метеорит размером не больше песчинки. Автоматические сенсоры сигнализировали ремонтной бригаде работавшей круглые сутки, поддерживая воздухонепроницаемость и чистоту окон.

Электрические уборочные комбайны с лязгом двигались по длинному ряду кукурузы, их многочисленные руки срывали со стеблей зрелые початки, а другие манипуляторы косили опустевшие стебли и мульчировали их.

Девочка-подросток парила на ярком желто-красном дельтаплане, поднимаясь по спирали к центральной оси огромного цилиндра, где вызываемая вращением гравитация снижалась практически до нуля и она могла легко летать пока не проголодается настолько, чтоб вернуться на землю.

Один из автоматизированных перерабатывающих заводов, в рабочем коконе вне цилиндра, бесшумно и эффективно распылял тонну лунного камня и преобразовывал газообразные химические вещества в антибиотики и иммунологические стимуляторы для продажи на землю. У пульта управления сидел одинокий контролер и смотрел — зевая — на нечеловечески сложную паутину из стекла и металла. Компьютер завода наблюдал микросекунда за микросекундой за каждым граммом материала и эргом энергии используемых заводом.

А в нижней левой части его театра-кабинета пять экранов Кобба показывали виды сочной тропической растительности в Цилиндре Б. Там ничто не двигалось. Пока.

Сам Кобб едва трудился смотреть на экраны. Они настолько сделались частью его самого, что он чувствовал, когда все хорошо, а когда происходит что-то неординарное, что-то нуждающееся в его внимании.

Он диктовал в настольный коммуникатор:

— … чтобы там по мнению Всемирного Правительства оно не имело право делать, или какое сильное давление оказать на нас. Мы не разрешим никаких — повторяю, никаких — инспекционных поездок по этой колонии любым — повторяю, любым — представителям Всемирного Правительства, кем бы они там не были. Настоящая проблема не столько их официальные требования, сколько их неофициальные попытки шпионажа…

Он поднял взгляд на видеоэкран угнездившийся поблизости от потолка. Дэвид верхом на электропеде гнал очертя голову по грунтовой дороге ведшей к зданию Административного центра.

Кобб чуть не улыбнулся, а затем посмотрел на вделанные в стол часы с цифровым табло. И снова принялся диктовать памятную записку.

Ровно четырнадцать минут спустя на крошечной коробке коммуникатора вспыхнул красный свет. Кобб дотронулся до нее, а затем грубовато спросил:

— Что там?

— Это я, — видеоэкран в самом центре стола Кобба заполнил раскрасневшееся, обеспокоенное лицо Дэвида.

— Я здесь во внешнем кабинете. Мне надо с вами поговорить.

— Знаю, — сказал Кобб, глядя на юношу из-под лохматых седых бровей. — Располагайся поудобнее. Я выйду через минуту-другую.

Внешний кабинет существовал для виду, для приема гостей, и спокойной болтовни без пялящихся на тебя словно тысяча любовных глаз видеоэкранов. Кобб не держал при своем Директорате никаких секретов, никаких помощников, и никакого громоздкого штата лакеев. Зачем зря тратить ценные человеческие мозги на задачи с которыми с таким же успехом могли справиться компьютеры? Печатать на машинке, составлять досье, рассылать сообщения, находить по видеофону людей, разыскать информацию в файлах с данными — компьютеры делали это лучше, чем умели люди без перерывов на питье кофе, больничных листов, просьб о прибавке к жалованию и без скуки.

Гостей часто удивляло, что им приходилось самим уведомлять о своем визите Директора «Острова-1». Им не улыбалась никакая длинноногая секретарша. Никакой чиновный помощник не заставлял их ждать пока он решает, готов ли Босс принять их. Просто приходишь во внешний кабинет и сам берешь трубку.

Кабинет этот был достаточно роскошным: покрытые замшей кушетки и стулья сверкающие хромом и алюминием, на стенах красивые трехмерные картины «Острова-1» во времена строительства; сработанный в колонии толстый ковер; все помещение выдержано в теплых красно-коричневых тонах, с немногими ярко выделяющимися желтыми цветами.

Кобб дал двери закрыться с достаточно громким щелчком, чтобы заставить Дэвида резко повернуться лицом к нему.

— Что у тебя за проблема, сынок?

С миг Дэвид не знал с чего начать.

— Я проверял стандартные прогнозы… общую картину…

— И обнаружил, что я говорил тебе правду, — кивнул Кобб. — Мир летит к суперкатастрофе с такой быстротой с какой только может.

— Она уже началась!

— Все верно.

— А так и не увидел этого, — сказал Дэвид, рухнув на одну из кушеток. — Я чертовски замечательный Прогнозист, не правда ли?

Кобб подошел и сел рядом с ним.

— Я держал твой нос очень близко к жернову, сынок. Вина тут такая же моя как и твоя. Нельзя увидеть большую Картину, выуживая Валовой Национальный Продукт Боливии и сопоставляя его путем перекрестных ссылок с…

— Я видел все данные, — повторил Дэвид. — Я держал все это в руках. Но так и не сложил его раньше в единое целое.

— Может быть ты не хотел этого, — предположил Кобб. — Это ведь здорово пугает, не так ли?

Дэвид посмотрел на его морщинистое обветренное лицо:

— Мы должны что-то предпринять насчет этого.

— Я же тебе говорил, сынок, мы ничего не можем поделать.

— Я хочу сам проверить это.

Кобб чуть не улыбнулся.

— Разве ты не веришь мне?

— Вы говорите мне правду… какой вы ее видите, — сказал Дэвид. — Так же поступал и Лилиенталь, когда сказал, что никто и никогда не создаст аэроплана способного летать. Братья Райт нашли способ.

— И ты думаешь, что сможешь найти способ предотвратить катастрофу.

— Я хочу попытаться.

— Она, как ты уже знаешь, уже началась. Она началась тридцать лет назад.

— Знаю. Но все равно я должен попытаться.

Кобб погрузился в податливую теплоту кушетки.

— Что ты предлагаешь предпринять? Все компьютерные изыскания в мире не изменят, знаешь ли, основные данные.

— Тогда мы должны найти новые вводы, новые концепции, новые курсы действий.

— Где?

— На земле. Я должен отправиться туда, сам увидеть…

Кобб заставил его умолкнуть подняв костлявую руку.