Чтение онлайн

Елена подошла к кровати, постояла пару секунд, а потом устало опустилась на покрывало и легла на спину. Дана подошла к ней и села рядом.

— Ну? — обратилась она к Андре. — Ты такой нерешительный малый — и как она тебя выбрала? Из столетия в столетие мужчины мельчают и все больше становятся похожи на женщин. Скоро вообще вымрут. Будешь брать то, что должно тебе принадлежать, или продолжишь смотреть на меня так, будто я пришла тебя убивать?

Андре сделал пару шагов к кровати и остановился в нерешительности.

— Девственница, — проговорила Дана мечтательно, с наслаждением втягивая носом воздух. — Что может быть вкуснее крови девственницы?

— Кровь девственницы-вакханки, — ответил я.

— Фу, Винсент! Тебе обязательно нужно сказать пошлость! Теплая человеческая кровь девственницы. Вот что самое прекрасное на свете. Ради этого можно прожить целых двадцать бесконечных жизней. — Она посмотрела на Андре. — Ты не возражаешь, если я чуть-чуть попробую? Смотри мне в глаза, мальчик, не отворачивайся. Ты ведь не возражаешь?

Он медленно, будто сделав над собой усилие, покачал головой.

— Нет… сколько хотите.

Андре смотрел на то, как Дана занимает более удобную позицию за спиной у Елены, убирает ее волосы на сторону и наклоняется к шее. Он не произнес ни звука, только легко вздрогнул тогда, когда его «вторая жена» выпустила клыки и прокусила кожу чуть повыше того места, где у любого живого существа бьется тонкая жилка артерии. Если верить легендам, то такое зрелище обычно вызывает у смертных возбуждение, смешанное с отвращением и страхом. Именно это сейчас чувствовал Андре, глядя на то, как крошечный ручеек крови бежит вниз, пересекая ключицу, и скрывается в лифе платья.

Через пару минут Дана подняла голову и тщательно вытерла губы и подбородок, воспользовавшись одним из углов покрывала.

— Это прекрасно, — уведомила меня она. — Спасибо тебе, Великая Тьма, за то, что ты создала меня такой! Хочешь попробовать, Винсент?

— Лучше предложи это тому, кто должен обладать этой женщиной по праву.

Дана повернула голову к Андре, который все это время стоял без движения и изучал открывшуюся его взгляду картину.

— Ну, иди, мальчик, попробуй. Это всего лишь кровь, ты не умрешь.

Андре сел на кровать, протянул руку и прикоснулся к двум крошечным ранкам на шее Елены.

— Можешь пить, кровь еще течет, — подбодрила Дана тоном опытного учителя. — Но поторопись, она скоро свернется. Мы не вампиры, мы не оставляем жертв кровоточить. Это — как вы говорите? — негуманно.

После секундного сомнения Андре припал губами к шее своей возлюбленной и сделал пару глотков. От любопытства Дана даже привстала — она еще никогда не видела, чтобы смертные пили кровь.

— Тебе понравилось? — спросила она, погладив его по волосам. — На мой взгляд, очень вкусно.

Андре не ответил. Он сидел, вглядываясь в спокойное, ничего не выражающее лицо Елены, и теперь в его голове не осталось никаких мыслей — только бесконечная пустота, которую можно было заполнить чем угодно. И Дана не преминула этим воспользоваться. Она взяла его за подбородок и вытерла оставшуюся кровь.

— Слушай меня внимательно, мальчик, и запоминай. Ты будешь верен этой женщине до конца своих дней. Не будешь даже смотреть на других. Ты сделаешь для нее все, умрешь, если потребуется. С сегодняшней ночи для тебя в мире будет существовать только она одна. Ты меня понимаешь?

— Да, — кивнул Андре.

— А теперь ты меня послушай. — Дана повернулась к Елене. — Ты знаешь о любви все. Почти как мы с Винсентом. Впрочем… почему почти? Ты знаешь о любви столько же, сколько и мы. Ты — воплощенный соблазн. Ни одно существо, смертное или бессмертное, мужчина или женщина, не может остаться к тебе равнодушным. Тебе известны все тайны искусства любви, иногда люди думают, что ты умеешь читать мысли — так тонко ты чувствуешь их. Ты будешь жить долго. И у тебя будет много мужчин и женщин. Некоторых из них ты будешь любить, к большинству ты останешься равнодушной. Но никто из них не будет вызывать у тебя такой неприязни, как этот мужчина, который только что пил твою кровь. Ты будешь приходить в ужас при одной мысли о нем и не подпустишь его к себе, даже если будешь умирать, а он придет тебе на помощь.

— Я понимаю, — ответила Елена.

Дана привлекла ее к себе и поцеловала в лоб.

— Иди и будь счастлива, и да пребудет с тобой Великая Тьма во всех твоих начинаниях.

Андре предпринял попытку взять Елену за руку, но она отстранилась и поднялась.

— Не прикасайся ко мне, — предупредила она. — Я ухожу. Держись от меня подальше.

Она взяла со стула плащ, накинула его на плечи и направилась к дверям. Андре пошел следом.

— Но как же я буду жить без тебя? — услышали мы его голос уже из коридора. — Без тебя мне ничего не нужно!

Дана приняла горизонтальное положение, раскинула руки и, довольно улыбаясь, прикрыла глаза.

— Ты думаешь, это было жестоко, Винсент? — спросила она.

— Зачастую они наказывают сами себя гораздо более жестоко.

— Ты прав. Кольцо у меня, и я довольна. Портит мне настроение только то, что завтра все же нужно будет уезжать. — Она приподняла голову и посмотрела на меня. — Не будем возвращаться, тут так спокойно. Завтра утром заберу вещи, это не срочно. Иди ко мне, Винсент.

Дана протянула мне руку, и я поцеловал ее ладонь.

— Нет худа без добра — если бы я не потеряла кольцо, то у нас с тобой не получилось бы еще немного побыть вместе. Кроме того, было весело! Тебе понравилось?

— Очень. Обещаю, что в следующий раз придумаю что-нибудь особенное, и нам будет намного веселее, чем сегодня. Но с одним условием: твое кольцо останется при тебе.