Чтение онлайн

– Что это значит?
– спросила она.

– Не знаю, но думаю, это стоит сфотографировать, - сказал Джарри.

Так и сделали. После обеда Джарри связался с одиннадцатой станцией и узнал, что нечто подобное иногда замечали вахтенные на других установках, правда, не слишком часто.

– Не понимаю, - сказала Санза.

– И не хочу понимать, - ответил Джарри.

Ничего подобного за их вахту не повторилось. Джарри отметил событие в журнале, подготовил отчет. Потом они целиком отдались любви, наблюдениям, и время от времени ночным пирушкам. Два столетия назад какой-то биохимик посвятил свою вахту экспериментам с веществами, которые бы действовали на кототипов так же, как легендарное виски на нормотипов. Он преуспел, предался четырехнедельному пьянству, забросил вахту и был отстранен от нее, а затем отправлен в криобункер до конца Ожидания. Однако найденная им формула, довольно несложная, передавалась из рук в руки, так что Джарри и Санза обнаружили в кладовке богатый бар и рукописную инструкцию, содержащую практические указания и рецепты разнообразных коктейлей. Автор текста выражал надежду, что каждая вахта может внести новый вклад в копилку рецептов, в результате чего к моменту его очередного дежурства инструкция сможет достичь объема, соразмерного его желаниям. Джарри и Санза поработали на совесть: их пунш "Снежный цветок" согревал тело, превращая мурлыканье в хихиканье, и так они познали смех. Тысячелетие они отметили целой чашей этого напитка, тогда Санза настояла на том, чтобы связаться с остальными станциями и сообщить им формулу - прямо сейчас, в ночную смену - чтобы все разделили с ними их радость. Вполне возможно, так все и поступили, ведь рецепт был очень простой. И хотя потом эта чаша отошла в область воспоминаний, смех они сохранили навсегда. Вот так, легкими простыми штрихами, делает свой первый набросок традиция.

– Зеленые птицы умирают, - сказала Санза, откладывая в сторону прочитанный отчет.

– Правда?
– сказал Джарри.

– Видимо, они уже сделали для адаптации все, на что были способны, заметила она.

– Жаль, - сказал Джарри.

– Кажется, что с нашего появления здесь не прошло и года. А на самом деле - тысяча лет.

– Время летит, - сказал Джарри.

– Я боюсь, - призналась она.

– Почему?

– Не знаю. Просто боюсь.

– Чего?

– Жить так, как мы живем, наверное. Оставлять себя по кусочкам в разных столетиях. Я помню, несколько месяцев назад здесь была пустыня. Сейчас тут ледник. Расселины открываются и схлопываются. Каньоны возникают и исчезают. Одни реки пропадают, другие появляются. Все кажется таким ненадежным. Вещи выглядят прочными, но я боюсь до них дотрагиваться - вдруг исчезнут. Превратятся в дым, и моя рука пройдет сквозь них, как сквозь черный дым, и коснется чего?... Бога, наверное. Или еще хуже, даже его может не быть. Никто по-настоящему не знает, каким будет этот мир, когда мы закончим. Мы отправились в неведомую землю, и уже поздно возвращаться. Мы идем сквозь сон, устремляясь к мечте... Иногда я скучаю по своей камере... по всем этим машинкам, которые обо мне заботились. Может быть, это Я не смогу адаптироваться. Может и я, как зеленая птица...

– Нет, Санза. Нет. Мы реальны. Неважно, что происходит вокруг, МЫ здесь останемся. Все меняется потому, что мы захотели этих изменений. Мы сильнее этого мира, и мы будем давить на него, перекрашивать и дырявить до тех пор, пока не сделаем из него именно то, что нам нужно. А тогда мы займем его и заполним городами и детьми. Ты хочешь увидеть Бога? Посмотри в зеркало. У Бога острые уши и зеленые глаза. Он покрыт мягкой серой шерсткой. Когда он простирает длань, меж пальцев показываются перепонки.

– Хорошо, что ты сильный, Джарри.

– Давай-ка возьмем мотосани и прокатимся.

– Давай.

Вверх и вниз, без остановки, они неслись через Мертвую Землю, где темные камни замерли в молчании, будто облака в опрокинутом небе.

Прошло двенадцать с половиной веков.

Теперь они могли дышать без респираторов, пусть недолго.

Теперь они могли выносить температуру этого мира, пусть недолго.

Теперь все зеленые птицы умерли.

Теперь начались странные и тревожные вещи.

По ночам приходили двуногие, оставляли цепочки знаков на снегу, оставляли в центре мертвых животных. Теперь такое случалось гораздо чаще, чем в прошлом. Чтобы сделать это, они приходили издалека, и у многих из них плечи были покрыты шерстью, но не их собственной.

В поисках отчетов об этих существах Джарри перерыл весь архив.

– В одном из отчетов говорится об огнях в лесу, - сообщил он.
– Седьмая станция.

– Что?...

– Огонь, - сказал он.
– Что, если они открыли огонь?

– Значит на самом деле они не животные!

– Но были ими!

– Теперь они носят одежду. Совершают что-то вроде жертвоприношений нашим машинам. Нет, они больше не животные.

– Как такое могло случиться?

– А как ты думаешь? МЫ САМИ это сделали. Они могли бы остаться неразумными, - животными, - если бы мы не пришли и не вынудили их умнеть, чтобы выжить. Мы ускорили их эволюцию. Им оставалось адаптироваться или погибнуть, и они адаптировались.

– А тебе не кажется, что это могло произойти, даже если бы мы здесь не появились?
– спросил он.

– Может, да, - когда-нибудь. А может, и нет.

Джарри подошел к окну, окинул взглядом Мертвую Землю.

– Я должен разобраться и выяснить. Если они разумны, если они люди как мы, - добавил он, - то мы должны с ними считаться.

– Что ты предлагаешь?

– Найти кого-нибудь из этих созданий. Посмотреть, можно ли наладить с ними контакт.

– Разве раньше не пробовали?

– Пытались.

– И какие результаты?

– Разные. Одни утверждают, что они определенно разумны. Другие считают, что им далеко до порога, за которым начинается человек.

– Может быть, мы делаем ужасную вещь, - отозвалась она.
– Создали людей, а теперь их уничтожаем. Однажды, когда мне было грустно, ты сказал, что мы боги этого мира, что в нашей власти создавать и разрушать. Это так, но я не ощущаю себя богом. Что мы можем сделать? Они сумели измениться, но ты уверен, что они смогут пройти с нами до конца нашего пути? Что если они вроде зеленых птиц? Если они адаптировались так быстро и полно, как могли, и этого все же недостаточно? Что здесь может сделать бог?

– Все, что захочет, - ответил Джарри.

В этот день они летали на флаере над Мертвой Землей, но обнаруживали признаки жизни разве что друг в друге. Поиск был продолжен в последующие дни, однако к успеху не привел.

Ранним пурпурным утром, двумя неделями позже, это все-таки произошло.

– Они были здесь, - сказала Санза.

Джарри подошел к выходу из установки и присмотрелся.

Снежный покров в нескольких местах был утоптан, знакомые цепочки знаков окружали тельце мертвого зверька.

– Они не могли уйти очень далеко, - сказал он.

– Не могли.

– Давай поищем на санях.

И сразу же - по снегу вдаль, через землю, называемую Мертвой, Санза управляла, а Джарри вглядывался в цепочки следов на голубом. Они неслись сквозь рождающееся утро, через огненно-фиолетовый мир, и ветер обтекал их, как река, и звуки вокруг были подобны тем, что издают ломающийся лед, звенящее олово, лопнувший стальной трос. Камни в синем инее застыли, как замерзшая музыка, и длинная тень саней, темная, как чернила, неслась впереди них. По крыше вдруг забарабанил град, словно неожиданная атака танцующих демонов, и так же внезапно прекратился. Мертвая Земля то опускалась полого, то снова дыбилась.