Чтение онлайн

— К сожалению, — сказала Хильда, — ничего умного предложить пока не могу. Если ты считаешь, что за хребтом будет больше шансов, давай туда.

— Вношу в протокол — решение было принято после долгих, изматывающих прений.

Мы вернулись в машину и полетели в сторону гор.

Держались над грунтом, чтобы сразу сесть в случае чего. Машина капризничала, периодически рыскала и грозила заглохнуть. Штурвал работал на «отвяжись». Управляющий контур то откликался, то снова глох, выскальзывая из-под контроля.

Хильда сидела тихо, как мышка, чтобы мне не мешать. Меня это даже чуть позабавило. Улучив минуту, когда машина пошла ровнее, я сообщил:

— Разговаривать тоже можно.

— Вообще-то, — язвительно сказала она, — я не такая уж и болтушка, если ты не заметил. Но если тебе так не хватает вербальной коммуникации в рейсе, могу взять пару уроков у девчонок с южной оси.

— Фигасе, угроза. Нет уж, без фанатизма, пожалуйста.

Пролетев километров тридцать, мы сделали остановку. Я вылез из машины, размялся и, снова сев на место водителя, максимально сосредоточился. Несколько раз подряд я тянулся к контуру, пытаясь отправить его на перезагрузку, но тщетно. На этой стадии возникал какой-то системный сбой.

— Вот блин, — сказал я. — Понятия не имею, как это обойти. Долблюсь, как об стенку лбом, аж башка гудит.

— Может, отдохнёшь? Остановку сделаем на пару часов?

— Идея хорошая, но сначала всё-таки горы перелетим.

Я опять взялся за штурвал.

Хребет был всё ближе. Горные туши росли в размерах, их цвет менялся с бледно-лилового на зеленовато-синий. Заснеженные вершины чётко прорисовались на фоне неба.

Слева от нас в саванну вклинивался отрог — приплюснутый кряж, поросший кустами. Мы уже видели его в мире-двойнике. А вот Серый Полоз на «птеродактиле» стартовал, кажется, не здесь, а у другого отрога.

— Ты излагал мне недавно свою гипотезу, — заговорила Хильда, — и у меня созрел каверзный вопрос.

— Удиви меня.

— Ты предположил, что «антенна», которую построили змееглазые, по ошибке реагировала на нас, вызывая шторм. Но так было в первом рейсе и в третьем. А во втором — ничего подобного. Почему?

— Элементарно, няша. Во втором рейсе ты взяла пеленг не на «змеиный», а на «космический» мир. Они, видимо, по очереди пеленгуются. Ну, по крайней мере, во время наших с тобой прыжков.

— Не спорю, логика есть. Но меня смущает, что цифровые координаты у этих двух миров одинаковые. То есть технически — это один и тот же мир. Как же так?

— Разберёмся, когда ответим на заколебавший вопрос — зачем на самом деле нужна «антенна».

— Пожалуй, да, всё сводится к этому.

Вплотную к горам я подлетел не сразу. В очередной раз посадил машину, перевёл дух и попросил у Хильды:

— Просканируй эфир, пожалуйста. Нужен маршрут, чтобы мы не вляпались в ядовитые залежи.

— Поняла.

Она сконцентрировалась, вслушиваясь в пространство. Указала рукой:

— Вот над этим склоном, кажется, можно. А вообще, отравленный минерал действительно чувствуется. Разбросан, правда, неравномерно.

Мы подлетели к нужной горе и начали огибать её. Наша тень, причудливо деформируясь, скользила внизу по кронам деревьев. Аэрокар по-прежнему дёргало, и я взмок, удерживая контроль.

Краем глаза я, однако, заметил группу людей, которые пробирались по тропке на скальном выступе. Это были, похоже, контрабандисты, на которых жаловался патруль. Они тоже нас увидели и переполошились, но мы проскочили мимо них без задержки.

А за хребтом в долине расположился город.

Географически он был аналогом городка в «космическом» мире, где мы заходили в библиотеку. Архитектура, однако, выглядела иначе.

Многоэтажки отсутствовали. Ближе к центру сгрудились здания в два-три этажа, вокруг них просматривались особняки с большими садами, а на окраинах — одноэтажные домики с огородами. По улицам двигались конные экипажи, над крышами промелькнул «птеродактиль».

Чтобы лишний раз не светиться, я сразу увёл аэрокар в сторону и посадил его в полукилометре от городской черты, среди дикорастущих кустов, напоминающих ежевику. Отпустил штурвал и вытер пот со лба.

— Здесь как-то надёжнее, — прокомментировал я. — Никто не наткнётся. Будем сидеть и долбить машину, пока не перезагрузится.

— Ты совсем устал, — возразила Хильда. — Тебе нужен перерыв.

— Ну, может, ненадолго…

Глотнув воды, я закрыл глаза. Было тихо, лишь где-то рядом однообразно гукала птица. Звук убаюкивал, и я задремал.

Мне даже приснился короткий сон — всё та же скала и тень, над которой занесено копьё. Но едва оно ударило в землю, картинка дёрнулась и исчезла.

Я вывалился в явь и потёр затёкшую шею. Хильда по-прежнему была рядом, у неё на коленях лежал раскрытый ямщицкий справочник.

— Долго я проспал?

— Полчаса. Как ты себя чувствуешь?

— Да вроде терпимо. Ну-ка…

Сосредоточившись, я нащупал управляющий контур. Тот отозвался — но мой командный импульс к перезагрузке опять развеялся без следа.

— Улучшений нет, — сообщил я разочарованно. — И такое чувство, что не предвидится в ближайшее время.

— Может, нам выйти? — спросила Хильда. — Мы ведь так делали, и машина быстрее перенастраивалась…

— Да, мы так ускоряли перезагрузку. Но в этот раз я даже начать её не могу, в том-то и проблема. Хотя вылезти можно ради эксперимента.

— Слушай, Тимофей… Пока ты дремал, я думала…

— Ты этим занимаешься постоянно. Не надоело ещё?

— Смешно. А вопрос такой — раз уж мы тут застряли, то, может, надо этим воспользоваться? Пообщаться с местными осторожно и собрать информацию, поискать зацепки насчёт «антенны»…

— Няша, я впечатлён. В первый прилёт ты, помнится, не хотела отходить от машины, чтобы не накосячить. А теперь вдруг переквалифицировалась в шпионку?