Кино до гроба и
Шрифт:
Пнув ногой очередную дверь, инспектор потерял равновесие, вылетел во внутренний двор студии и больно ушиб колено о каменное надгробие, на котором парочка юных греховодников пыталась заниматься любовью.
— Простите, — смущенно отвернулся Харири.
— Ничего, ничего, — отозвался слева от него выбиравшийся из-под надгробия покойник.
Двор стал быстро наполняться синюшными мертвецами с кривыми обломанными челюстями, из могил потянулись изможденные руки, судорожно хватая наэлектризованный воздух; обнаженная парочка с воплем попыталась было смыться, но над ними уже зависли поношенные саваны…
— Стоп! Стоп! Что за идиот в кадре? Уберите! Кто так кричит! Кто так кусается?! Всех к Диснею отправлю! Джонни, следующий дубль!..
Идиотом в кадре оказался инспектор Джаффар Харири. Его отвел в сторону симпатичный моложавый упырь, до того куривший у «мигалки». Джаффар с перепугу не нашел ничего лучшего, как тупо ляпнуть своему спасителю: "Скажите, а зачем вам… три стоматологических кабинета? Это ж только на первом этаже…"
— А вы можете работать, когда у вас болят зубы? — осведомился собеседник. — Я, например, не могу.
Инспектор поспешил покинуть съемочную площадку, но на полпути споткнулся о собачью будку, из которой доносились странные звуки. Джаффар заглянул внутрь.
В углу затравленно скулил и дрожал от страха лохматый пес, а по краю алюминиевой миски с едой нагло расхаживал толстый воробей; временами он хрипло чирикал и клевал лежавшее в миске мясо, кося при этом на инспектора хищным зеленым глазом…
"…Вампир Джейк проснулся, как обычно, в шесть часов, с первым криком совы. Откинув крышку гроба, он запустил в будильник подушкой, еще немного полежал, потом поднялся и отправился чистить зубы. После этой процедуры он достал из холодильника банку консервированной крови, отхлебнул, поморщился, добавил джина с тоником и уже с удовольствием допил остальное. Некоторые считали Джейка гурманом, некоторые — извращенцем.
У подъезда опять околачивался вурдалак Фред, который немедленно стал клянчить двадцать монет до получки (почему именно двадцать — не знал никто, в том числе и сам Фред). Отделавшись от него трешкой, Джейк помчался на работу.
Шеф был опять не в духе, и Джейк выскочил из его кабинета, подгоняемый яростным воплем: "Сто колов тебе в задницу!" Что такое кол в задницу, Джейк уже успел испытать — полгода назад он получил строгий выговор с занесением в личное тело.
Остальная рабочая ночь прошла ничуть не лучше; потому не было ничего удивительного в том, что Джейк возвращался домой, проклиная все на том и на этом свете. В подъезд склепа он ввалился в сопровождении мертвецки пьяного Фреда, клявшегося ему в любви до гроба — и увидел ЭТО!
Омерзительное бледно-розовое существо с полуразложившимися зубами и сосискообразными пальцами без малейших признаков когтей шагнуло к Джейку из-за внешней стороны склепа. В детстве мама нередко пугала его людьми, подростком он обожал страшные истории, но такое!..
Этого Джейк вынести не смог. Он выхватил из-за пояса осиновый кол и всадил его себе в сердце…
…Следственная комиссия констатировала самоубийство на почве нервной депрессии; показания пьяного Фреда были выброшены секретарем — все твердо знали, что это мистика и людей не бывает…"
Джаффар немного поразмыслил над найденным обрывком сценария, сунул его в карман и присел прямо на пол. Откуда-то снизу до него доносились отголоски семейной сцены:
— Опять пару схлопотал! — рокотал солидный сердитый бас.
— Не пару, а кол! — огрызнулся мальчишеский дискант. Послышался возглас, звук падения крупного тела и шлепок, сопровождаемый хныканьем.
— Чему тебя только в школе учат? — произнес наконец женский голос. Сколько раз тебе говорить, что это неприличное слово… Ну, кто теперь будет папу откачивать?
И тут Харири осенило. С криком "Эврика!" он понесся по коридору.
…Директор оказался обаятельным мужчиной средних лет, улыбку которого не портили даже плотно сжатые губы. Джаффар нахально уселся в кресло, представился и попросил разрешения начать. А начало было таким…
— В один прекрасный день… Простите, в одну прекрасную ночь в пыльных закоулках филиала заурядной киностудии появился вампир. То ли ему осточертели родные кладбищенские кипарисы, то ли в нем проснулась неодолимая тяга к искусству — но, так или иначе, результатом блужданий бедного упыря стал труп встреченного продюсера, оставшийся в одном из переходов с традиционным следом клыков под ухом. Весь день несчастный вампир не находил себе места, а в шесть часов вечера помчался в памятный переход. Там его поджидал восставший из гроба продюсер.
После недолгого обсуждения вариантов нового сценария они разошлись по съемочным площадкам. На следующую ночь к ним присоединилась местная примадонна, которую не портили даже удлинившиеся зубки, и оператор. Через две недели студия "Триллер Филм Инкорпорейтед" приступила к съемкам.
Гримироваться теперь приходилось не перед кинопробами, а после — если кто-нибудь хотел сходить, к примеру, на дискотеку. Проблема массовок решилась сама собой — кладбище было за углом, и толпы статистов в белых саванах лазили прямо через забор.
Впрочем, немногие сохранившиеся на студии люди, особенно вечно пьяный сторож, кусать которого было просто противно, отнеслись к ситуации философски. Кое-кто даже добровольно соглашался на укус — правда, только после свадьбы…
Итак, смешанный коллектив студии с энтузиазмом взялся за дело. Первая же лента "Вампир во время чумы" добавила шесть нулей к банковскому счету, а сериал "Кровь с молоком"…
— Достаточно, мистер Харири, — директор снова улыбнулся, обнажив на этот раз все тридцать восемь зубов, не считая четырех рабочих резцов. — Я надеюсь, вы ограничитесь этим. Уважая ваш интеллект, а также фантазию, я думаю, что такой доклад все-таки не поступит в прокуратуру округа, не обладающую вашими умственными способностями. Вы меня понимаете? Кроме того, в противном случае я гарантирую вам со своей стороны весьма крупные неприятности… Не стоит лезть в бутылку, мистер Харири.