Чтение онлайн

Мэтью тяжело вздохнул и в тысячный раз кинул взгляд на лежащую на столе бумагу. Как и ожидалось, ничего нового там не возникло:

Да, это он писал — всегда был склонен к цветастым эпитетам. Последняя мысль вызвала мимолетную улыбку, однако новый взгляд на письмо вернул графа к реальности. Верить? Потребовалась целая ночь, чтобы понять, что это не имеет значения. Подобные письма просто так не приходят. Даже если его просто проверяют, пора уходить. Уже давно пора.

Бедный, бедный мальчик. Еще одна жизнь, еще одна смерть. Иллюзий Мэтью не питал: шансов у парня не было. У него нет способностей, чтобы сопротивляться поиску. Инары найдут его, и очень скоро. И лучше бы ему не попадаться живым…

Скомкав листок, Мэтью хотел отправить его в камин, но в последний момент передумал. Аккуратно расправив бумагу, граф сложил послание вчетверо и опустил в карман. Наверное, нужно переодеться — мысль промелькнула где-то на задворках уставшего сознания, — этот наряд он не снимал больше суток, что не могло положительно сказаться на его свежести. Нет. Сейчас ему на это сил не хватит. Их и так осталось немного, а впереди один очень тяжелый разговор.

— Тяжелый, — услышав свой голос, Мэтью невесело усмехнулся. Не должны быть тяжелыми разговоры с собственным ребенком. Не должны… Меньше надо было врать! Но правда… — тяжелая ноша, и дочери она ни к чему. Слишком мала она для этого.

Со стороны раскрытого окна послышался звон мечей. В очередной раз вздохнув, граф Литон поднялся из кресла. Сделав несколько шагов по высокому ласковому ворсу кимского ковра, он оперся руками о подоконник, подставляя лицо не по-зимнему ярким солнечным лучам. Еще одна злая шутка — в плохой день всегда отличная погода. Хотя это, наверное, справедливо: в счастливый день и пыльной буре радуешься. Глаза привыкли к яркому свету, Мэтью смотрел на покрытый белым песком квадрат внутреннего дворика, — именно туда выходило окно его рабочего кабинета.

В песке, утопая по щиколотку, стояли двое. Первый — немолодой, с белыми висками, среднего роста мужчина. Несмотря на морозную утреннюю свежесть, только в легких серых штанах и рубашке, в руке он держал длинный неширокий клинок. И его противник, а точнее противница — молоденькая девушка. Ей недавно исполнилось шестнадцать. В руке у нее был такой же меч, как у ее учителя. Внешне она расслаблена, но это лишь видимость. Огонь в глубине глаз не предвещает мастеру ничего хорошего.

Внезапно пригнувшись, девушка резко метнулась вперед. Обманное движение в ногу — в самый последний момент, когда сталь должна была встретиться со сталью, уходит вверх, в сторону левой руки… клинки все-таки встречаются друг с другом. Не забыв об обороне, девушка умело уклоняется от контратаки.

— В этот раз очень близко, — добродушно усмехается мужчина.

— Так нечестно! — возмущается в ответ она. — Я вас провела! Если бы не лучшая реакция, вы бы ни за что не достали!

— Так всегда бывает. Быстрее либо ты, либо противник. Ты ведь не ожидала, что я пропущу хоть один удар из тех, которые могу отбить. Особенно учитывая, что мечи боевые.

— Я бы успела его остановить, — немного успокоилась девушка, но меч так и не опустила. Предыдущие тренировки приучили ее ждать нападения в любой момент.

— Это мы безусловно проверим, но только когда твой удар достигнет цели.

— Не в этой жизни, — мрачно проговорила она.

— Ну, не надо столь категорично. Не забывай, что я намного старше, а кроме того — твоя атака вполне могла удаться, если бы ты сумела скрыть свои намерения. Я уже не раз говорил тебе: в бою руководят не эмоции, а хладнокровность и трезвый расчет.

— А если ты дерешься с врагом? — спросила она.

— Тогда тем более. На поле боя могут быть только противники, которых нужно поразить. Никаких эмоций — ни положительных, ни отрицательных. Понятно?

С последними утверждениями Литон не мог согласиться окончательно. Ненависть — великая сила. Возможно, даже величайшая. Единственная проблема — ее невозможно направить. Разгораясь, она сжигает все вокруг. Очень многим приходится познавать это на своей шкуре. Мэтью тешил себя надеждой, что его девочке не придется.

— Да…

— Тогда продолжим. Защищайся!

Следующие полтора часа Мэтью неотрывно наблюдал за своей дочерью — один из тех коротких моментов, когда он чувствовал себя по-настоящему счастливым.

Как же, как же она похожа на мать! Эмили умерла девять лет назад, и только стоило Мэтью смириться с ее потерей, как его старшая дочь начала превращаться в почти точную копию своей матери. Нет, характер у девушки был совершенно иной — этим она пошла в отца. В точности ответить, хорошо это или плохо для самой девочки, граф Литон не мог. Зато с некоторых пор ему стало очень хорошо известно, как влияют детская непоседливость и подростковая непокорность на родительское сердце. В молодости и ему самому нужен был весь мир: тогда Мэтью достаточно быстро понял, что мир может ответить взаимностью. К несчастью, это каждый должен осознавать самостоятельно…

Сердце вновь забилось быстрее положенного. Мэтью даже не мог представить, насколько это страшно и одновременно до бесконечности прекрасно — почувствовать себя отцом. На старости лет, совершенно неожиданно для себя, но оттого только более отчетливо…

Подняв голову, Кира посмотрела прямо на него. Улыбнувшись и насмешливо отсалютовав мечом, тяжело переставляя ноги, но неизменно улыбаясь, она направилась ко входу в дом.

Невольно Мэтью вздрогнул после этого взгляда. На какое-то мгновение ему показалось, что на него смотрит его жена. То же лицо, без малейшего изъяна, те же прямые черные волосы, спускающиеся до середины спины, та же вытянутая гибкая фигурка, еще не успевшая стать женственной, но обещающая сделать это в самом ближайшем будущем. Эмили была необычайно красива, и ее дочь в полной мере унаследовала эту красоту. Но кроме того Кира с девяти лет занималось келото, что придавало ее движениям особую неповторимую грацию, а еще — взгляд. Карие глаза Эмили светились добротой и участием, а зеленоглазый взгляд Киры источал огромную внутреннюю силу.