Кассандра
Шрифт:
Думаю, читатели легко поймут: вряд ли стоит искать некие общие закономерности не только у прорицателей, живших в разных странах и временах, но и у прорицателей-современников, живших поблизости друг от друга.
Каждый наделен своим собственным — особым — даром. К каждому знание приходит своими неожиданными путями.
Но общим можно считать одно — предсказателям, будь то древнегреческая Кассандра или средневековый русский юродивый, почти никогда не верят. И лишь потом люди убеждаются в правильности их предсказаний и сделанных ими предостережений. Об этом стоит задуматься.
Вместо послесловия
Аристотель указывал, что в эпилоге древнегреческой трагедии хор песен не поет.
Пусть так. Однако, внимательно проследив за жизнью и нелегкой судьбой Кассандры (а также, для сравнения, вспомнив ее духовных потомков, живших на Руси), для нас теперь уже не секрет: эта женщина стала героиней многих художественных произведений — пьес, романов, поэм, — написанных самыми разными авторами. О ней писали Софокл и Эсхил, Шиллер и Гюго, Жуковский и Кюхельбекер, Майков и Мандельштам, да и многие, многие другие.
И вовсе не удивительно, что память о ней пережила века, а ее имя сделалось нарицательным.
И, начав повествование о Кассандре со стихов, стихами же я его хочу и завершить. Это — несколько строф из стихотворения русского поэта Бориса Гучкова, посвященного нашей героине.
Полны столетья смуты,
Догадок и молвы.
Века, года, минуты
Не превозмочь, увы.
Ах, вещая девица!
Темна твоя стезя.
Не верить, не дивиться
Пророчествам нельзя.
Истории касаясь,
В провинции, в глуши,
Все о тебе, Кассандра,
Я думаю в тиши.
Через века пришли нам
Благих вестей суму.
Скажи, что новый Шлиман
Планете ни к чему.
Грехи людей прощая,
Не зло, не мир во мгле,
Нам обещай, вещая,
Блаженство на земле.