Чтение онлайн

Аларик отпустил Пироса и перекатился на колени, кашляя и хрипло дыша. Воздух был холодный, и после жара пустыни он сразу же начал дрожать, хотя, по меркам Севера, мороза не было вовсе. Глядеть на Пироса он боялся. Аларик на самом деле не думал и даже усилия воли не приложил, чтобы использовать свою силу. На это времени не было. Забрал он с собой тело Пироса целиком или только кусок, будто отрубленный мясником?

Услышав тихий стон, заставил себя посмотреть. Пирос приподнялся на локтях и закашлялся. Целиком, и не просто целиком. Оказалось, что он и Аларик лежат на широкой каменной плите. Аларик понял, что его сила позволила перенести не только Пироса, но и изрядный кусок каменного пола пещеры. На котором лежал обесцвеченный временем человеческий скелет со сломанными ребрами и рассыпающимися костями рук и ног. Скорее всего, подумал Аларик, он и Пирос просто упали на скелет и раздробили его. Среди костей виднелись крохотные пятна то ли плесени, то ли минеральных отложений серо-синего цвета. Такое же пятно Аларик увидел у себя на рукаве и, встав, тщательно стряхнул его другим рукавом, чтобы не прикасаться, чтобы не вдохнуть и чтобы на кожу не попало. Можно догадаться, что это такое.

Пирос сел, широко открытыми глазами глядя на жесткую северную траву, торчащую из-под каменной плиты, на которой они очутились, кусты и невысокие деревца, покрывающие холмистую землю, горы с белыми снежными шапками вдали. Нахмурился и поглядел на Аларика.

– Это земля мертвых? – спросил он.

– Нет, этого мы избежали, – ответил Аларик, покачав головой. – Это просто Север.

Каравановожатый стал на колени и подполз к краю каменной плиты. Потрогал руками холодную северную землю, воткнул в нее пальцы. А затем встал на ноги.

– Как мы сюда попали? – прошептал он. И снова поглядел на Аларика. – Ты это сделал.

Аларик не ответил ничего.

Пирос повернулся, оглядываясь по сторонам.

– Так далеко, – прошептал он, запахивая плотнее одежду, предназначенную для пустыни. А затем низко склонился перед Алариком.

– Что вам угодно, мой повелитель?

У Аларика перехватило дыхание. Такой реакции он не ожидал. Страха перед его колдовской силой – да. От которого рукой подать до ненависти. Но почтение?

– Ничего мне не нужно, друг мой Пирос, кроме твоей дружбы.

– Я обязан тебе жизнью, – сказал Пирос. – Такой долг так просто не отдашь.

Аларик мотнул головой.

– Я спасал свою. Оказалось достаточно легко взять с собой и тебя.

– Ты мог оставить меня умирать.

– Не такой я человек, – сказал Аларик.

Пирос прищурился.

– А человек ли ты? Или какой-то волшебный дух?

– Человек.

– Однако…

– Я родился с этой способностью. Стараюсь ею не пользоваться, когда другие могут увидеть. Она их пугает.

Аларик жестко поглядел на Пироса.

– Но ты не испугался.

– Я очень многое в жизни повидал, – сказал Пирос. – И никогда не видел, чтобы от страха была польза. Сможешь вернуть меня обратно? Только не в пещеру, а снаружи.

– Я могу вернуть тебя в лагерь худых людей, в деревню у пруда или в таверну твоего брата.

– А на холм над пещерой?

– И туда тоже.

– Я должен знать, кто это устроил. И должен увидеть моего сына и Ганио, если они еще живы.

– Сборщики превосходят нас числом, – сказал Аларик.

– Безусловно, но на этот раз на нашей стороне – внезапность, – ответил Пирос. Тряхнул головой. – Они не могли сделать это сами. Принц не позволил бы им убить меня, если только кто-то не хочет встать на мое место, сделав ему более щедрое предложение. Вопрос лишь… кто?

– Ты подозреваешь?..

Пирос мрачно сжал губы.

– Кто-то, кто пришел с нами к источнику порошка, чтобы дело было сделано. И убить тебя, чтобы не оставить надежного свидетеля.

– Возможностей две, – тихо сказал Аларик.

– Действительно, – сказал Пирос. – Отнеси меня обратно, менестрель. Я должен знать правду.

– На небольшом расстоянии от пещеры, – сказал Аларик. – Так, чтобы оттуда видно не было.

Пирос кивнул.

Они крепко обнялись и спустя удар сердца снова оказались в пустыне, на северном склоне гребня, по которому они шли к пещере. Край гребня был чуть выше их голов, но они сразу присели. Пирос подполз повыше и выглянул. Махнул рукой Аларику, подзывая его.

Скальный выступ, под которым был вход в пещеру, оказался в дюжине шагов наискосок от них. Там стояли трое худых людей.

– У тебя нож есть? – прошептал Пирос.

Аларик покачал головой. Нож у него был, но остался в заплечном мешке в лагере худых.

– Тогда бери этот, – сказал Пирос, доставая из рукава длинный кинжал и подавая Аларику рукояткой вперед.

– Я не убиваю людей, – прошептал менестрель.

– Нужно только напугать. Призраки с кинжалами. Как думаешь, устоят они против такого?

Аларик взял кинжал. Пирос достал из рукавов еще два. Интересно, сколько у него их всего, подумал Аларик.

– Иди за мной, – сказал каравановожатый. Вскочил на ноги, перепрыгнул через гребень и побежал вниз.

– Убийцы! Убийцы! – закричал он.

Аларик побежал следом, крепко сжимая кинжал.

Трое худых поглядели вверх и завопили – пронзительно, будто раненые псы. Сбились в кучу, будто перепуганные дети. Из-за скального выступа вышли трое других и тоже завопили.

Пирос уже подбежал к ним.

– Лежать! – заорал он. – Лежать, псы, каковы вы и есть, мордой в землю! Посыпьте главы прахом и камнем и молите меня, чтобы я не исполнил правосудие, которого вы заслужили!

Он помахивал ножами, и Аларик, остановившись в паре шагов за его спиной, стал делать так же в надежде, что это выглядит угрожающе.

Худые стояли на четвереньках, трясущимися пальцами собирая с земли пыль и посыпая себе головы, но не переставая вопить.

– Молчать! – проревел каравановожатый.

Вопли прекратились, сменившись тихим плачем и кашлем.

– Кто приказал? – спросил Пирос, пнув ближайшего из поверженных по голове. Раз, другой. Ответом было молчание. Пирос полоснул стоящего на коленях кончиком кинжала по плечу, взрезав одежду и кожу. Потекла кровь.