Чтение онлайн

Первым делом я старался вывести из строя самих пулеметчиков, а уже потом был по колесам или двигателям. Впрочем, уже через минуту боя, я палил без разбору.

Грохот стоял такой, что я почти оглох, гильзы со звоном отскакивали от металлического пола, разлетаясь во все стороны. Запах пороховых газов щекотал ноздри, а глаза даже начали слезиться.

Зато поражающий эффект от работы модифицированного «ДШК» превзошел все ожидания — уже после второй очереди, ближайший пикап вильнул в сторону и врезался в одинокое дерево. Весь бампер, решетка радиатора, капот и лобовое стекло представляли собой дымящееся металлическое месиво. Калибр 12.7 миллиметров рвал металл как бумагу.

По нам тоже стреляли, но противнику целиться было куда сложнее — чтобы не попадать под шквал огня «ДШКМ» им приходилось постоянно маневрировать, что напрямую влияло на меткость. Зато я отрывался по полной.

Шакалы мгновенно разошлись во все стороны, стараясь зайти нашему «Уралу» в борта, но Корсар не зевал — умело использовал рельефы местности, да и Белка била точно по стеклам.

Когда удалось вывести из строя вторую машину, у меня внезапно перекосило ленту. Я выругался, полез за гранатометом и краем глаза заметил, что из ближайшей машины в нас уже целятся из «РПГ».

— Корсар, руля влево… Влево! — истошно заорал я, глядя на стартовавшую в нашу сторону гранату.

Но было уже поздно…

— Вот дерьмо! — тихо выдохнул я, глядя, как приближается темно-зеленая смерть. Влетев в кузов и разорвавшись там, она, безусловно, похоронит нас всех.

Счет пошел на сотые доли секунды. Время почти остановилось.

— «Краш»! — внезапно крикнула Мара.

Граната прямо в воздухе начала деформироваться, кажется, я даже разглядел, как лопнул ее корпус. Она тут же рванула, не долетев всего пары метров. По всему кузову разлетелись осколки, застучали по броне, посекли тент. Часть прилетела и в меня — плечо, щеку запястье пронзила острая боль. За шиворот потекло горячее и липкое. Досталось и Маргарет — она сдавленно вскрикнула, но я даже не обернулся — не до того было.

Не сказать, чтобы мои ранения были прям серьезные, зато очень ощутимые. Кисть почти сразу утратила подвижность, кажется, осколками повредило сухожилие или мышцу. Стрелять из пулемета еще было можно, но одной рукой очень неудобно. И все же я дал длинную очередь по тому пикапу, из которого стреляли. И даже краем глаза заметил, как сидящий в салоне Шакал вставляет в пусковую трубу новую гранату.

— С-сука, да отвалите вы уже! — заорал я, надавив на спуск.

Выпущенная очередь пересекла кабину, капот и левое колесо. Пикап неизвестной марки, словно на стену налетел. Внезапно под колесо попал камень и транспорт завалился на бок, перевернулся и почти сразу рванул. Только переднее колесо взмыло в воздух, упав куда-то на крышу нашего «Урала».

Но у противника еще оставался последний транспорт. И судя по всему, водитель там был опытный. Он ловко ушел с линии огня, пропал из виду. Нам прострелили задние шины, от чего «Урал» пошел ощутимо медленнее, зарыскал по дороге.

Пикап не стал повторно заходить в задницу нашему грузовику, чтобы вывести из строя пулеметчика, то есть меня. Он просто прижался с правого бока, но намерения Шакалов были пока не понятны — через дырявый тент ни хрена не видно.

А потом стало ясно — с пикапа на грузовик полезли их бойцы. Двое успели влезть и уцепиться, а третьего подстрелила высунувшаяся из окна Белка и он с воем рухнул куда-то под колеса.

Как же нам повезло, что после разговора с Маргарет, я не залепил ей рот лейкопластырем. Если бы не ее способность, по кузову можно было бы отшкребать наш фарш, а заодно тушить пожар. Понятно, что она спасала не только мою шкуру, но и свою… Но все же, с ее стороны — это помощь. А значит, она уже не враг.

Я перевалился на спину, кое-как приподнялся и почти сразу увидел ввалившегося внутрь кузова огромного Шакала, в бронежилете и шлеме.

— «Искры»! — рявкнул он, разглядев меня на полу.

В мою сторону устремился шквал ослепительно ярких искр, тем не менее не нанесших никаких повреждений, но зато сбивших меня с толка. Пока я соображал, что произошло Шакал уже полез за пистолетом.

Но и я, пусть и интуитивно, уже поднимал ствол своего «Кедра», готовый к бою. Короткая, почти бесшумная очередь, не смогла пробить бронежилет противника, но зато его откинуло в сторону и, он едва не вывалился наружу, напрочь растеряв свое преимущество. Ствол он все-таки выронил, да и держаться за разорванный тент было крайне неудобно.

Тут же показался второй противник.

Этот оказался проворнее — пистолет в его руке выстрелил дважды. Одна пуля попала мне в броник, другая в правое бедро. Чавкнуло, отозвалось болью.

— «Ржавчина»! — крикнул я, скривившись от боли. Перед глазами поплыли предупреждения. Уже четыре раны — осколки и пуля обеспечили мне кровопотерю, несмотря на усиленную регенерацию.

Проклятая ерунда, сжирающая энергию. Очки Баста не успели восстановиться даже до половины, но по моим подсчетам их должно было хватить на пару применений.

Не хватило.

Точнее, хватило, но только на одно.

Пистолет Хопера вполне ожидаемо заклинило, чего Шакал совсем не ожидал. Он даже завис на мгновение. Затем нырнул вниз.

— Эй, мне тут помощь нужна! — взвыл я, понимая, что уже весь в крови.

В этот самый момент грузовик резко вильнул влево. Справа что-то взорвалось. Тяжелый удар, лязг металла. Шакал не удержал равновесие и полетев на пол, рухнул на разложенный «ДШКМ», долбанувшись об него головой. Идентификатор замерцал — слетело треть здоровья. Кажется, его вырубило.