Чтение онлайн

Затем еще раз.

И еще.

– Отличный результат, – раздался из невидимого источника голос без выражения. – Выстрелов: три. Прямых попаданий: три. Оценка повреждений: максимальная смертоносность.

– Тебе надо так свою группу назвать – «Максимальная смертоносность».

Минн-Эрва закатила глаза. Она и не собиралась смотреть на Атт-Ласса, который подкинул ей эту отличную идею. Зато услышала щелчки, с которыми он заряжал пистолет у нее за спиной.

– Ты прямо как она, – сказала Минн-Эрва, снова прилаживая винтовку на плече и прицеливаясь. – Думаешь, что это всё шутки.

– Йон-Рогг в нее верит, – заметил Атт-Ласс, выходя на позицию для стрельбы. – И я тоже.

– Ну и как эта вера поможет, когда вы попадете в перестрелку и кому-нибудь надо будет снять врага, пока вас не убили? – с жаром проговорила Минн-Эрва, делая несколько выстрелов. Каждый – с прямым попаданием. И каждый убил бы цель, если бы попал в живого врага.

– Отличный результат, – повторил Атт-Ласс одновременно с электронным голосом, раздавшимся из динамика. – Выстрелов: два. Прямых попаданий: два. Оценка повреждений: максимальная смертоносность.

– Поболтай тут мне, и на своей шкуре испытаешь, что такое максимальная смертоносность.

– Приму к сведению, – откликнулся Атт-Ласс.

***

Час спустя Минн-Эрва покинула стрельбище и сдала оружие в хранилище. Атт-Ласс ушел вместе с ней, отдав свои пистолеты.

– Почему ты с ней так сурова? – спросил он.

– Ты сам знаешь почему, – резко ответила Минн-Эрва.

– Неужели потому что она – любимица Йон-Рогга?

– У Йон-Рогга нет любимчиков, – сказала она и поморщилась – настолько неприкрытым враньем ей показались собственные слова.

Минн-Эрва открыла дверь в узкий проход к тускло освещенному тоннелю, который заканчивался еще одной, желтой, дверью. Когда они прошли до конца коридора, желтая дверь открылась, Минн-Эрва, а за ней и Атт-Ласс зашли внутрь, и девушка скомандовала:

– На первый.

Лифт начал быстрый спуск с шестьдесят восьмого этажа.

– Пока не появилась Верс, золотой деткой была ты, – заметил Атт-Ласс. – А теперь… – Его голос стих, но Минн-Эрва поняла, к чему он клонит.

– Мы – Старфорс, – твердо и без выражения проговорила она. – У нас есть работа. Работа, которую никто другой выполнять не хочет. И не может. За любого из вас я готова отдать жизнь. И я хочу быть уверена, что она поступит так же, когда придет момент.

– Она справится, – заверил Атт-Ласс.

Дверь лифта открылась, и за ней показалась оживленная улица. Типичный день на Хале.

Коллеги вышли из здания. Прохожие заметили их форму и тут же расчистили путь.

Они уверены в том, что мы их спасем. Все они.

– Уж пусть постарается, – бросила Минн-Эрва Атт-Лассу через плечо и направилась по улице в одиночестве.

Небольшой зал был слабо освещен и проветривался не лучшим образом. Оттого что в помещении присутствовал Брон-Чар, легче не становилось. Мужчина напоминал крепкую стену – а может, и что побольше и поустойчивей, – и занимал будто бы четверть зала. Потолок для Брон-Чара был слишком низким, и тому приходилось сгибаться, лишь бы не удариться головой. Он нетерпеливо мялся и теребил бороду.

– И что все это значит? – спросила Верс, бродя туда-сюда по полу с подсветкой.

– Я думаю, – медленно проговорил Брон-Чар, – что тебе стоило бы постоять. У меня голова кругом идет от твоего мельтешения.

Верс пропустила его слова мимо ушей и продолжила бродить по залу.

– Я сегодня утром виделась с Йон-Роггом, но он ничего не сказал, – заметила она. – Странное дело.

– Наверное, – согласился Брон-Чар, откинувшись на стену. – Но странное не значит плохое. Может, это что-то интересное.

– Помнишь, как «интересно» было в прошлый раз? – поинтересовалась Верс.

Прямая линия, в которую обычно вытягивал губы Брон-Чар, изогнулась в уголках еле заметной усмешкой.

– Помню, конечно. Но кто ж знал, что оно кусается?

– Я, например. И Минн-Эрва. И Атт-Ласс. И вообще, если подумать, мы все знали, что это существо кусается.

Усмешка Брон-Чара стала явственнее, теперь ее почти уместно было назвать улыбкой.

– Тебе нравится, когда ты права, да?

– Мне нравится, когда я жива, – отрезала Верс.

– Давайте на этом и порешим, – в зал вошел Йон-Рогг. Он вроде бы не спешил, но в то же время вел себя очень по-деловому. Сбоку от него встал человек в не меньшей степени серьезный, а может, и в большей. Брон-Чара и Верс он поприветствовал резким кивком, точным и выверенным, как и все его движения.

– Йон-Рогг, – приветственно обратилась к главе Старфорс Верс.

– Корат, – проговорила она, здороваясь со вторым человеком в подразделении.

Дверь за двумя вошедшими закрылась. Йон-Рогг установил на столе в середине зала небольшой планшет. Не поднимая глаз, он спросил:

– Где Атт-Ласс? И Минн-Эрва?

Будто по команде, открылась дверь и в зал вошла Минн-Эрва, а спустя несколько секунд и Атт-Ласс. Теперь вся команда Старфорс была в сборе.

– Какова обстановка? – деловым голосом, чуть более выразительно, чем обычно, поинтересовалась Минн-Эрва. Она посмотрела на Верс и перевела взгляд на Йон-Рогга.

Йон-Рогг на ее тон никак не отреагировал. Он плавно прижал к экрану планшета указательный палец. В воздухе над устройством появилась голограмма сектора космоса, где располагалась Империя Кри. Синим на голограмме светились планеты, принадлежащие или подконтрольные Империи.

– Кри ведут войны. Это не новость. Империя воевала тогда, когда никого из нас еще не было. Когда не было даже наших родителей. – Йон-Рогг посмотрел на Верс; она ответила на его взгляд, почувствовала, как ее лицо заливается краской, и отвернулась. Девушка не знала, где и когда родились ее родители, – она вообще их не знала.