Как стать хорошим дельцом

День был так ясен, ветер — свеж, небо — сине, а солнце — солнечно, что лорд Эмсворт, любивший хорошую погоду, мог бы предаться радости, тем более что смотрел он на цветы, которые тоже любил. Однако лицо, торчавшее над оградой, отделявшей лорда от цветов, казалось скорее печальным, ибо мечтательный и недалекий граф думал о своем младшем сыне.

Приехав в Америку на свадьбу одной из племянниц с местным миллионером, лорд Эмсворт встал перед выбором. Правительство его страны, известное своей скупостью, не разрешило ему взять столько денег, чтобы жить в отеле, и пришлось выбирать между тетей жениха и вышеупомянутым сыном, обосновавшимся на Лонг-Айленде. Когда верные люди сообщили, что у мисс Плимсол (это тетя) не меньше пяти болонок, старый граф выбрал Фредди (это сын), а теперь понял, что ошибся. Болонка уязвляет тело, сын — душу.

Цветы росли в соседнем саду, у большого красивого дома. Лорд Эмсворт глядел на них минут сорок, он любил глядеть на цветы, как вдруг услышал автомобильный сигнал и плохой голос, распевающий модную песенку. Фредди сидел за рулем новой машины.

— А, вот ты где! — сказал Фредди.

— Да, — отвечал правдивый граф. — Смотрю на цветы. Красивые… Тут вообще красиво.

— Прекрасно все, лишь человек дурен, — сурово заметил Фредди. — Держись отсюда подальше. Наш сосед позорит округу.

— А что такое? — всполошился лорд Эмсворт.

— Плохой человек, — объяснил Фредди. — Жена уехала, а он развлекается с блондинками. Забыл его фамилию, то ли Григз, то ли Фолансби. Мы его зовем Лесная Акула. Торгует лесом.

— И развлекается с блондинками?

— Без всякого перерыва. Это нехорошо. Вот у меня жена уехала, а где блондинки? То-то и оно. Ну, до свиданья.

— Куда же ты?

Фредди укоризненно пощелкал языком.

— В клуб. Я вчера говорил и сегодня утром два раза. Тебя не зову, встреча деловая. Еда на столе. Холодная. В четверг слуги гуляют.

И он уехал, дыша деловитостью, а лорд Эмсворт совсем загрустил.

Казалось бы, у его сына все шло прекрасно. Работал он в фирме Доналдсона, продававшей корм для собак, и за три года чудом превратился из лондонского бездельника в нью-йоркского дельца. Каждый день рассказывал он отцу о своих успехах, не скрывая, что повезло не столько ему, сколько фирме.

Младший сын, преуспевающий в Америке, лучше младшего сына, разоряющего вас в Англии, тут и говорить не о чем, но лорд Эмсворт все больше убеждался, что былой бездельник считает бездельником его. Деловитый Фредди презирал тех, кто не трудится, не прядет, и с отцом говорил свысока; а что может быть хуже для гордого аристократа? И мы не удивимся, что по дороге к дому старый граф горько улыбался. Спасибо, что не скрежетал зубами.

Холодная еда его не утешила. На тарелке, как тела после битвы, лежали багровый ломтик ветчины, бежевый ломтик буженины, сиреневатый ломтик паштета и, что хуже всего, болотно-зеленый маринованный огурец. Лорду Эмсворту показалось, что слуги его сына не способны отличить пожилого, не очень здорового человека от бродяги, который ищет, чем бы закусить.

Оглядев неприятный натюрморт, несчастный граф подумал, что в холодильнике должны быть яйца, — и не ошибся.

— Ха! — сказал он, вспоминая, как в школьные годы ловко делал омлет.

Но с тех времен миновало полвека, а время не щадит даров младой поры. Ловкость он утратил. Пришла минута, когда лорд Эмсворт не понимал, он взбивает яйца или яйца — его. Чтобы об этом подумать, он опустил вилку. Тут в дверь позвонили, и он пошел открывать, весь в белке.

Перед ним стояла девушка. Оглядев ее сквозь пенсне тем отрешенным взглядом, который раздражал его родственниц, граф решил, что она ему нравится. У него было очень много племянниц, которые вечно мешали читать любимую книгу о свиньях, и девушкам он не доверял, что там — он их боялся. Но эта ему понравилась, ибо он не заметил в ней ни гордой красоты, ни пламенной силы, которыми славились племянницы.

— Доброе утро, — сказал он.

— Доброе утро, — ответила гостья. — Вам не нужна спортивная энциклопедия в роскошном переплете?

— Не нужна, — признался граф. — Вы умеете взбивать яйца?

— Конечно, — сказала девушка.

— Заходите, заходите, — сказал пэр Англии. — А я пойду, переоденусь.

Женщины бывают и хорошие. Пока лорд Эмсворт надевал костюм, в котором был особенно похож на очень мелкого служащего, незнакомка создала мироздание из хаоса. Она не только уняла вконец разгулявшиеся яйца, но и поджарила тосты с теми ломтиками, и сварила кофе. Словом, получился истинный пир, и повеселевший аристократ принялся было за еду, как вдруг заметил непорядок.

— А ваша тарелка где? — спросил он.

— Моя? — удивилась гостья. — Мне тоже можно?

— Еще бы! — ответил лорд.

— Спасибо вам большое, — сказала она. — Я очень хочу есть.

— Омлет, — сказал он сквозь омлет, — просто замечательный. Соли?

— Спасибо.

— Перцу? Горчицы? А вот скажите мне, — решился он, — почему вы спросили про энциклопедию? Очень любезно с вашей стороны, — поспешил прибавить он, — но в чем тут дело?

— Я их продаю, — честно отвечала она.

— Продаете?

— Да.

Хотя о лорде Эмсворте говорили, что он не намного глупее средней медузы, он понял.

— А, да! — сказал он. — Понятно. Вы их продаете.

Она не возражала, но уточнила:

— Только никто не покупает.

— Почему?

— Не хотят.

— Не хотят?

— Да.

— Энциклопедию в переплете?

— Ну, может, и хотят, но скрывают.

— Ах ты, Господи! — сказал лорд Эмсворт, глотая ломтик ветчины. — Это же вам неприятно!

Девушка согласилась.

— Зачем же вы их продаете?

— Ну… как бы это… В общем, я рожаю.

Лорд Эмсворт испугался.

— Нет, — сказала она, — не сейчас. Зимой. А это дорого, понимаете?

Лорд Эмсворт понял.

— Когда родился Фредерик, — сказал он, — моя покойная жена все жаловалась на расходы. Она говорила: «Боже мой, Боже мой. Боже мой». Она еще была жива, — пояснил он.

— Эд работает в гараже, — сообщила гостья.

— Правда? — откликнулся граф. — Простите, а кто это?

— Мой муж.