Исповедь
Шрифт:
Я видела вас, я была в саду, в кустарнике. Я пришла в бешенство. Я убила бы вас, если бы могла!
Я сказала себе: «Он никогда не женится на Сюзанне! Он ни на ком не женится. Я не вынесу такого несчастья». И вдруг он стал мне глубоко ненавистен.
Тогда знаешь, что я сделала?.. Слушай… Я видела, как наш садовник приготовлял колобки, чтобы травить бродячих собак. Он камнем разбивал бутылку и толченое стекло клал в мясной шарик. Я взяла у мамы аптекарский пузырек, искрошила его молотком и спрятала толченое стекло в карман. Это был блестящий порошок… На следующий день, когда ты приготовила пирожные, я разрезала их и подмешала туда порошок.., он съел три штуки.., и я тоже съела одно… Шесть остальных я бросила в пруд… Два лебедя умерли через три дня.., помнишь? Молчи же… Слушай, слушай… Только я одна не умерла.., но осталась больной навсегда… Слушай… Он умер… Ты знаешь… Слушай… Это еще ничего… Но потом.., все время.., было самое страшное… Слушай…
Вся жизнь, вся моя жизнь.., какая это была мука! Я сказала себе: «Я больше не покину сестру и перед смертью все скажу ей…» Да… И с тех пор я всегда думала о том часе.., о том часе, когда я признаюсь тебе во всем… Час настал… Как мне страшно!.. О!.. Сестрица!
Утром и вечером, днем и ночью я все думала: «Придет время, и я признаюсь ей во всем…» Я ждала. Ах, какая это пытка!.. И вот я все рассказала… Молчи! Ни слова… Теперь мне страшно, страшно… О, как мне страшно!.. Если я теперь увижу его.., на том свете.., если увижу, — подумай только?.. Ведь я увижу его первая!.. Я не посмею!.. Но придется… Я умираю… Прости же меня! Прости!.. Я не могу предстать пред ним без твоего прощения. Скажите ей, господин кюре, чтобы она простила меня… Скажите, прошу вас… Я не могу умереть без этого…
Она умолкла, и, тяжело дыша, судорожно царапала ногтями по простыне…
Сюзанна закрыла лицо руками и не шевелилась. Она думала о нем, о том, кого могла бы любить так долго. Какую хорошую жизнь могли бы они прожить! Она снова видела его, видела в исчезнувшем прошлом, в далеком, навсегда угаснувшем прошлом. О дорогие мертвецы! Как они терзают нам сердце! А этот поцелуй, его единственный поцелуй! Она сохранила его в душе. И после него — ничего, ничего за всю жизнь!..
Вдруг священник выпрямился и громко крикнул дрожащим голосом:
— Мадмуазель Сюзанна! Ваша сестра умирает! Сюзанна отвела руки от залитого слезами лица, бросилась к сестре и, крепко целуя ее, шепнула:
— Прощаю тебя, детка, прощаю…