Исповедь соблазнителя
Шрифт:
Потому что мы начинаем верить.
* * *
Темнота с улицы вдруг как-то разом вползла в дом и укрыла все вокруг. Стало не видно ни потолка, ни стен. Границы комнаты будто раздвинулись, уползли куда-то далеко-далеко, открывая широкое и бескрайнее пространство – как ночью в степи. И от этого вдруг почему-то стало легко. Исчезли последние остатки скованности, исчезло ощущение какой-то неловкости, когда ты не знаешь, что и как сказать, и слова приходится словно выталкивать из себя. И наконец-то разговорились, и дальше беседа уже потекла сама собой, как весенний ручей, пробивший себе дорогу и весело зажурчавший под уклон. Олег не перебивал, лишь изредка что-то переспрашивал, но это выглядело лишь как уточнение, дополняющее рассказ Художника:
Конец ознакомительного фрагмента.