Испорченный...
Шрифт:
Проклятье, кто просил его лезть? Я чертыхнулась, в мысленной суматохе потеряв тот момент, когда врач взял меня за руку и сделал быстрый укол.
Я широко раскрыла глаза, смотря на каплю крови на своей вене. Он… Он вколол мне то, что растворит подавители?
— Ты?.. — прошептала панически, но не договорила. Врач меня перебил.
— Послушай, Николас. Тебя ведь так зовут? — он подошел к экрану и внимательно посмотрел на него. — Это вопрос звучит странно, но ты уверен, что не было никакой ошибки при создании тебе чипа? Или, может, у тебя какие-то проблемы со здоровьем?
Вавилон медленно перевел взгляд на доктора. Я тоже повернула голову, едва в силах выдавить:
— Что? — я поежилась. Кожу начало покалывать. То, что мне вкололи действовало слишком быстро.
— Я не вижу в твоей крови альфа-частиц. Я никогда не сталкивался с ошибкой при создании чипа, но в твоем случае те данные, которые я получил из базы, и те, которые вышли в результате моего теста, не совпадают. — он наклонился к экрану ноутбука, на котором было множество каких-то символов и графиков. — Подожди-ка… Этого не может быть.
Я видела, как меняется лицо доктора, когда он расширил глаза, уставившись на результаты. Он был потрясен настолько, что, казалось, сейчас просто захлопнет ноутбук, чтобы ничего не видеть.
Это значило только одно.
Я понимала это, но до последнего отрицала. Тем более, в этот момент мне было по-настоящему паршиво. Это лекарство, вколотое в мою вену, растворило подавитель за считанные секунды и тело обмякло обдавая жутким жаром.
Сознание взорвалось паникой и я, словно в тумане, наблюдала за тем, как Вавилон скользнул взглядом по результатам теста на экране, по всей видимости, понимая их больше меня, а потом медленно посмотрел снова на меня.
Вместе с этим, ветер, ворвавшийся в комнату, через открытое окно, пронес к нему мой просыпающийся после подавителей запах.
Вавилон сделал глубокий вдох и свел брови. Его глаза менялись. Становились звериными. Наполнялись непониманием и чем-то очень мощным. Еще один вдох. Потом следующий. С первых же мгновений дышал бесконтрольно жадно, будто бы и не мог иначе. А я испуганно вжалась в спинку кресла.
Альфа отпустил скальпель, а в следующий момент взявшись двумя руками за мою толстовку, просто разорвал ее, обнажив мое очевидно женское тело и перетянутую бинтами грудь.
Глаза альфы еще больше изменились. Он выглядел так, словно только что увидел то, чего просто не могло быть.
— Ты не парень, — сказал Вавилон, делая уже очевидный вывод. Вместе с этим опять вдохнул запах. Потер лицо ладонью, так, словно его крыло. — Омега.