Искупить кровью!
Шрифт:
С погодой в Белоруссии тем летом батальону повезло.
Дни стояли жаркие, воздух был напоен хвойным ароматом, в небе белели легкие облака. Если бы не ежевечерние артналеты противника и другие события, связанные с выполнением боевых задач, пребывание батальона в это месте можно было сравнить с доставшимся отдыхом. Интенданты пару раз даже устраивали для личного состава помывку в полевой бане недалеко от окопов и смену белья.
Однако порой жара была запредельной. У одного из штрафников во взводе даже случился тепловой удар. Его быстро привели в чувство, а Пыльцын вспомнил случай произошедший с ним в августе 41-го во время строевых занятий в разведвзводе на Дальнем Востоке.
Тогда тоже был жаркий солнечный день и он, стараясь поднимать выше ногу, вдруг почувствовал двоение в глазах, потерял равновесие и «выпал» из строя. Его подхватили, отнесли в тень, где окатив грудь с головой холодной водой, заставили выпить кружку густо подсоленной.
Он тут же вспомнил, что утром он не стал глотать соль, которую взводный заставлял употреблять во время завтрака перед чаем. Это было простым и надежным средством предупреждения тепловых ударов перед тяжелой работой или походом в жару.
И вот здесь, на Белорусском фронте, его личный опыт пригодился. Александр приказал всем командирам отделений строго следить за соблюдением бойцами «солевого режима». В дальнейшем тепловых ударов ни в обороне, ни в наступлении у бойцов больше не было. Как говорится, помогло.
А пока, суть да дело, старший лейтенант переключился на «зеленые» мины. Их обнаруживать стало значительнее труднее. Где-то на втором или третьем десятке ему не повезло – подорвался на одной из них.
Тем днем, обойдя к полудню свои окопы и убедившись, что на его участке все в порядке, Александр подкрепился принесенной ординарцем брусникой, выкурил трубку и отправился продолжать уже привычную работу по разминированию. Сняв несколько мин, положил их на пень рядом и сделал шаг в сторону.
В следующий миг в глазах ослепительно блеснуло, ударил взрыв, и он взлетел на воздух. Полет был кратким, грохнулся неподалеку, плашмя, лицом вниз. Первое ощущение – нестерпимая боль в левой ноге.
«Оторвало!» горячечно промелькнула мысль, решил посмотреть, что от нее осталось. Поднял голову и обомлел, почти перед глазами мина. Как не угодил в нее лицом? Это просто чудо! Чисто автоматически разогнув усики – вынул взрыватель, стал осматриваться по сторонам.
Сбоку увидел еще одну. После того как разрядил и ее, повернувшись обнаружил, что нога на месте, только носок сапога неестественно повернут внутрь. Попробовал шевелить пальцами, удалось.
Услышав взрыв, командир отделения Пузырей с криком, – лейтенант, живой? – бросился напролом к взводному. Тот понял, что он тоже может напороться на мину и заорал благим матом, – стоять! Не двигаться! Я сам!
Кое – как встал и, волоча поврежденную ногу, стал выбираться по уже разминированной части завала к тропе. Почувствовал, как в сапоге что-то хлюпает. Кровь. Вот и первое ранение.
Конец ознакомительного фрагмента.