Инженерный Парадокс 4

Глория просидела со мной четверть часа, посмотрела то, что мы с Икси накопали, но сама не предложила ничего нового. Прада, довольно иронично поблагодарила «муженька», на которого у меня с чего-то стало подёргиваться веко, что он не рассматривает «самый простой и быстрый способ решения».

— Это неприемлемый способ решения, даже если бы я тебя не знал. А ты — мой клиент, убивать, которого мне не позволяет профессиональная порядочность.

— А ты так уверен, что у тебя бы вышло?

— Да, — спокойно и честно ответил я. — Но заниматься этим я не буду.

— Это радует. Я пойду, Марк. У меня дела, как закончу — вернусь. Надо договориться окончательно, надо спланировать действия… И всё-таки это случайность, — почти неслышно произнесла она себе под нос, выходя.

А я немного… затупил, наверное. Точнее, мысли-то я думал, подчас правильные. Но в то же время занимался какой-то ерундой. Или просто сидел, пустым взглядом смотря в пустоту. Но при этом, сказанное Глорией применимо и ко мне. Я прекрасно понимал процентную вероятность «случайности» брачного партнёра, при условии нашего знакомства, работы вместе…

Однако, судя по техническим средствам и наблюдению и анализу Икси, моему ощущению эмоций и просто наблюдательности — да, случайность. Почти невозможная, но «да». По крайней мере, вероятность того что, Глория знала и принимала участие в этой афёре меньше, чем вероятность дикого совпадения.

Что Мечниковы или чиновник сознательно выбрали для афёры мою знакомую… Да тоже вероятность меньше случайности, несмотря на то, что с этой точки зрения они «мстят» и мне, и исполнителю…

— Марк, приветствую, — вдруг раздалось в мастерской голосом Рукожопа.

— Угу, — бегло кинул я взгляд на дверь, убедившись в том, что она на месте.

— Я к вам с предложением… — после чего он зажмурился.

— Что такое-то? — обратил я на него чуть больше внимания.

— Я рассмотрел схемы хранения и обработки информации пункта наблюдения, Марк. Вы только не нервничайте — она неоптимальна!

— Вполне допускаю, что можно сделать лучше, — пожал я плечами.

— Э-э-э… Да?

— Да. Допускаю.

— Это хорошо… наверное. Я составил план некоторого переконфигурирования оборудования. Будет лучше, но…

А я задумался. И думал минуты две, пока Рукожоп понял что на его покашливания я не обращаю внимания.

— Марк, как бы это сказать… Будет лучше, но сроки сдачи сдвинутся на сутки. Надо поменять начинку части терминалов, переконфигурировать массив хранения. Я знаю, как вы не любите поплывшие сроки…

— Угу. Делай.

— Что?!

— Делай говорю. И ступай, Артемий, — вздохнул я.

— Хорошо… сделаю, Марк. Не подведу!

— Угу.

Дверь к моему ленивому удивлению, как и новая ручка, с честью выдержали не только встречу, но и прощание с Рукожопом. А я вернулся к своим, не слишком весёлым мыслям. Ну и на автомате предпринял несколько действий, с расчётом, что помогут мне прийти в себя. Всё же вся эта ситуация немного, с силой артиллерийского снаряда, выбила меня из колеи.

И тут заваливается Федя. Приём так, что вывел меня из задумчивости ещё с порога: аккуратно приоткрыл дверь, зыркнул внутрь, после чего укрылся. И только потом вошёл.

— Чего-то хотел? — поинтересовался я.

— Эм-м-м… Марк, ты же не куришь!

— Я? — уставился я на пепельницу из коробки для расходников. — Да, не курю, — признал я.

— А это что?!

— Это — сигарета, — объяснил я, вздохнул и дополнил. — Есть мнение, что табачный дым успокаивает. Небезосновательное — ацетилхолин… Впрочем, неважно. Правда, мне как-то не слишком помогает, — признал я, смотря на тлеющую сигарету. — Но ничего, у меня ещё полпачки, — открыл я лежащую рядом коробку. — И если что — буду знать, что этот метод для меня не действенный.

— Поня-а-а-атно. Да, Марк, в прошлый раз получилось не слишком своевременно, — выдал Федя, чем даже несколько встряхнул меня — по крайней мере, фыркнул я вполне сознательно: «несвоевременно» — лучше и не скажешь! — Но как твой друг хочу тебя поздравить. Пожелать счастья, взаимопонимания, ну там… детишек побольше, наверное… — на последнем он сам задумчиво замолчал, но решительно махнул рукой: — В общем: совет да любовь!

— Угу, — ответил я на этот поток сознания.

— Слушай, Марк, — начал оглядываться Федька. — А где твоя жена?

— А хрен её знает, — честно ответил я. — Пошла куда-то. Ну, куда-то, куда жёны ходят… Я не в курсе, в общем.

— Мрак…

— Федь, слушай. Если ничего срочного — давай завтра, а? — попросил я.

— Понимаю. Но слушай…

— Федь! — возмутился я.

— Ухожу, ухожу. Не посрами Гаражных! — вскинул он руку в не слишком пристойном жесте и улизнул.

А я вернулся к своим мыслям. Ну вероятности и прочее — да чёрт с ним. Непонятно, что мне в этой ситуации делать. Не вообще, а применительно к ней. Ну за исключением всяких глупостей типа «супружеского долга» — всерьёз это обдумывать несерьёзно. Это пусть Федя всякую ерунду думает. Хотя… глупости, в общем.

При этом реакция Глории… странная. Собственно, один из немаловажных факторов, почему я стал рассматривать вариант с её участием в этой афере. Но если подумать… Молодая девчонка, причём, насколько я понимаю — в любящей семье. И вдруг оказывается одна, да ещё с этим статусом, который и мне гадит…

В таких раскладах её текущее нейтральное отношение к ситуации возможно. Если рассмотреть…

На этом я поймал себя на том, что хожу по мастерской кругами. Лучше прогуляюсь, решил я, жестом позвав восстанавливаемый прототип Бобика два. Его ещё доделывать и доделывать, конечно. Но и сейчас вполне рабочий вариант.

И направился гулять. Кто-то меня пытался о чём-то спрашивать из Гаражных, но был послан на более позднее время. Ну, надеюсь, что время. И вообще: видно, что человек занят, какого хрена с глупостями приставать?!

Так вот, продолжил я рассуждения, уже бредя по улице с кружащимся вокруг Бобиком. Если принять имеющиеся вводные данные, экстраполировать поведение, сделать скидку на «женщины», как на непрогнозируемый фактор… То выходит, что нейтральная реакция Глории нормальна. Мысленно она себя похоронила, поставив месть целью.