Чтение онлайн

Он взял со стола ручку, повертел и положил обратно, потом отпил глоток кофе и медленно, произнес:

— Как бы лучше выразиться… Да, я надеюсь, это сможет помочь. Но боль, которую испытываешь, и усилия, которые прилагаешь, чтобы справиться с ней, — все это не то, о чем можно легко поведать остальному миру. Мне бы хотелось думать о себе как о самом терпеливом и храбром из всех, попавших в беду такого рода, но я не всегда был таким, не надо из меня делать героя.

— Вы не против, если я процитирую вас дословно? — сказала она после короткой паузы. — И как вы смотрите на то, если я… — в ее глазах заплясали озорные огоньки, — напишу, что временами вы делали жизнь окружающих невыносимой?

Его лицо оставалось некоторое время непроницаемым. Затем в глазах блеснула усмешка.

— Приведите пример… Она на мгновение задумалась, а потом решительно произнесла:

— Роб Стоу, известный бизнесмен и миллионер — без сомнения, крепкий орешек и к тому же высокомерен — это я испытала на себе. Нетрудно поверить, что если посторонние люди от него страдают, то близкие и родные тем более.

— Спасибо, — сказал он с насмешливой улыбкой.

— Это правда, мистер Стоу, чистая правда. — Нив проигнорировала его иронию.

— Неужели я настольковысокомерен? Нив, вы шутите? Конечно, шутите, я вижу это по вашему лицу.

— Видите? — Она посмотрела на него невинными глазами.

— Да. В ваших глазах пляшут чертики… — И прежде, чем она смогла ответить, он поинтересовался: — Как же вы тогда намереваетесь использовать мой имидж, если собираетесь окончательно развенчать меня?

— Ну, я расскажу о ваших преданных друзьях, вашем умении обращаться с детьми. Порция, например, явно обожает вас; могу рассказать, как бережно и нежно вы отнеслись к пострадавшей журналистке… Я могу… — она помедлила, затем взглянула в его глаза, — рассказать о вашей честности… Мы свяжем все в единое целое, включая и ту огромную моральную поддержку, которую вы получили от других. Согласны на такое освещение вашей личности.

— Идет! Пишите! — почти приказал он.

Через час она выключила магнитофон и, улыбнувшись, сказала:

— Теперь мне не грозит потеря работы.

— Значит, Джордж действительно бывает крут?

— Подчас у него нет выхода. Делать газету непросто. Огромная конкуренция требует высокого качества материалов.

Роб откинулся на спинку кресла и устремил на нее изучающий взгляд.

— Итак, когда я смогу увидеть готовый текст?

Нив задумалась на минуту.

— Возможно, уже в понедельник. Я поработаю над ним в выходные, чтобы он мог войти в следующий номер журнала. Конечно, если вы дадите свое согласие.

— Вы всегда проводите выходные подобным образом?

Она бросила на него быстрый взгляд.

— Отнюдь, но моей ноге необходимо еще побыть в покое.

— Ну а как вы обычно проводите свои выходные, Нив Вильяме? — спросил он, лениво усмехнувшись.

— Летом хожу на пляж, играю в теннис. — Она пожала плечами. — В это время года бываю в кино, на концертах или выставках. Делаю что-нибудь по дому, читаю, готовлю — как и все другие люди.

— И простите за нескромность — вы делаете все это одна?

— Не всегда. Разумеется, у меня есть друзья…

— Но нет близкого друга?

— Нет, я уже говорила. Их взгляды скрестились.

— Это довольно странно, — произнес Роб с удивлением.

— Вы не единственный, кто так думает, — сухо ответила она.

— Вы привлекательны, умны и образованны. Так почему же вы одна?

— Меня всегда раздражает, когда находят странным, что в двадцать шесть лет можно быть счастливой и довольной жизнью и при этом не иметь друга, — сказала она, подумав про себя, что и он такой же, как и все остальные. Высокомерный, насмешливый, смотрит на нее как на какую-то диковинную птицу. И все же выглядит он чертовски привлекательно и мужественно.

— Но все-таки в вашей жизни были мужчины? — спросил Роб, насмешливо изогнув бровь.

— Да, двое, — сказала она, стараясь сдержать раздражение. — Мы расстались, в том числе и по моей вине. Я слишком ценю свою работу, хочу сделать карьеру, ну а мужчины иногда являются серьезным препятствием на этом тернистом пути, они отнимают много сил, а в журналистике надо быть очень сильной, чтобы стать «акулой пера». Поэтому я дважды подумаю, прежде чем выйти замуж.

— Вы рассуждаете и выглядите как зрелая женщина, но… это же не исключает отношений с мужчиной? — Роб Стоу гнул свое.

— Разумеется, нет, но есть кое-что еще, что делает меня такой. — Она поморщилась. — В душе я все еще сельская девчонка, воспитанная по строгим правилам морали. Кроме того, братья тоже внесли свою лепту в мое воспитание… например, настоятельными предупреждениями о темных намерениях мужчин по отношению к молодым девушкам. Все это наложило на меня свой отпечаток.

Роб вопросительно посмотрел на нее.

— Оказывается, вашим главным качеством является пуританская скромность?

— Боюсь, что так.

Он нахмурился.

— Но неужели вы девственница? Она помолчала. Затем, лукаво улыбнувшись, произнесла:

— Я скажу правду в ответ на вашу откровенность, Роб Стоу. Представьте себе, я девушка.

— У меня нет слов, — хмыкнул Роб. — Я восхищен. — Он окинул ее задумчивым взглядом. — Что касается нашего разговора перед ланчем…

— Ах, тот разговор, — прервала она его, — что вы тоже боитесь меня… да, откровенно говоря, это меня удивило.

— Думаю, нам удалось бы удивлять друг, друга, Нив. Такое порой случается.

— Со мной такого еще не было, — тихо произнесла она.

— Со мной тоже. Но с этим ничего не поделаешь, — ответил Роб с легким раздражением.

Она открыла сумку и стала укладывать в нее свои вещи.

— Вы по этой причине не хотели приходить?

На секунду показалось, что его вопрос повис в воздухе.

Нив почему-то сняла очки, потерла глаза, снова надела очки. Потом коротко бросила: